выше, ни специальный закон № 171-ФЗ, ни Гражданский кодекс не содержат оснований для прекращения права собственности на спорный объект у муниципального образования и возникновения – у Российской Федерации. Исходя из пункта 2 статьи 1 Закона № 171-ФЗ, указанный закон определяет особенности правового регулирования отношений в области организации, создания основ деятельности АО «Почта России», устанавливает особенности порядка его реорганизации и ликвидации, осуществления АО «Почта России» своей деятельности. Соответственно, в сферу действия указанного закона не входит перераспределение имущества между публично-правовыми образованиями. Суд апелляционной инстанции правомерно исходил из отсутствия оснований также и для удовлетворения иска о признании права в связи с отсутствием оснований возникновения права федеральной собственности, установив, что на момент законодательного разграничения государственной собственности в соответствии с постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и
силу на следующий день после официального опубликования. Разрешая требования главы Сергиево-Посадского муниципального района, суд пришел к выводу о том, что оспариваемый им закон Московской области № 132/2007-03 не противоречит федеральному законодательству. Таковой вывод суда основан на законе и материалах дела, Судебная коллегия не усматривает оснований для несогласия с ним. Статьями 83, 85 Федерального закона № 131-ФЗ установлен переходный период до 1 января 2009 года, в течение которого должна быть реализована реформа местного самоуправления, предусматривающая перераспределение имущества между муниципальными образованиями в соответствии с разграничением полномочий. Порядок перераспределения (разграничения) имущества между вновь образованными поселениями и муниципальными районами, в состав которых они входят, определен частью 11.1. статьи 154 Федерального закона от 22 августа 2004 года № 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных
субъекта Российской Федерации установлен Законом N 122-ФЗ от 22.08.2004 « О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон»Об общих принципах организации местного самоуправления» и постановлением Правительства Российской Федерации от 13.06.2006 N 374. Как следует из ч. 11 ст. 154 Закона N 122-ФЗ и постановления Правительства Российской Федерации от 13.06.2006 N 374, перераспределение имущества между федеральным уровнем и субъектом Российской Федерации производится в государственных интересах уполномоченными органами государственной власти. Пунктом 4 постановления Правительства Российской Федерации от 13.06.2006 N 374 установлено, что предложения субъекта Российской Федерации и муниципального образования о передаче имущества из федеральной собственности в собственность субъекта Российской Федерации и муниципальную собственность и передаче имущества из собственности субъекта Российской Федерации и муниципальной собственности в федеральную собственность направляются в Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом уполномоченным исполнительным органом государственной
образования возникла обязанность передать безвозмездно в собственность Российской Федерации спорное недвижимое имущество, отнесенное к федеральной собственности. Однако как установлено судами, право собственности на спорное имущество зарегистрировано в ЕГРН за муниципальным образованием 15.12.2013. При этом Закон № 171-ФЗ, Закон № 122-ФЗ и Гражданский кодекс не содержат оснований для прекращения зарегистрированного права собственности на спорный объект у муниципального образования и возникновения на него права у Российской Федерации. Также в сферу действия Закона № 171-ФЗ не входит перераспределение имущества между публично-правовыми образованиями. Разрешая спор, суды не приняли во внимание, что в силу пунктов 24 и 25 статьи 19 Закона № 171-ФЗ в состав имущественного комплекса предприятия, подлежащего передаче обществу «Почта России» в качестве вклада Российской Федерации в уставный капитал общества, подлежат включению объекты недвижимого имущества, находящиеся в собственности только Российской Федерации и предоставленные Российской Федерацией предприятию на праве аренды. Предусмотренная частью 5 статьи 19 Закона № 171-ФЗ реорганизация не является основанием для прекращения
Верховного Суда Российской Федерации. Как усматривается из судебных актов, по результатам выездной налоговой проверки деятельности общества за период с 01.01.2015 по 31.12.2017 инспекцией составлен акт и принято решение о доначислении налога на прибыль в сумме 8 013 266 рублей, соответствующих сумм пени и штрафа. Основанием для доначисления налога на прибыль в сумме 8 013 266 рублей послужил вывод инспекции о совершении сделок, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем передачи товарного знака с целью перераспределения имущества между взаимозависимыми лицами. Не согласившись с решением инспекции в указанной части, общество обратилось в арбитражный суд. При рассмотрении дела судами установлено, что обществом с индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее - предприниматель) заключен лицензионный договор от 07.06.2010 № 404681 на использование товарного знака «А-Лен A-Len». Договором предоставлялась неисключительная лицензия на использование исключительного права на товарный знак для производства и введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации красящей добавки к полипропилену и полиэтилену на основе карбоната
31.12.2022. В дальнейшем вексель, являющийся, по мнению конкурсного управляющего, необеспеченным, передан должником через цепочку заинтересованных лиц ООО «Нива» без какого-либо встречного предоставления. Указывая, что вышеуказанные сделки совершены между аффилированными лицами со злоупотреблением правами, безвозмездно, направлены на причинение вреда кредиторам, конкурсный управляющий обратился с требованием о признании вышеуказанных сделок недействительными. Рассмотрев спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в группе аффилированных лиц, в которую входят как должник, так и ответчик было произведено перераспределение имущества с целью обеспечения интересов тех Обществ, на которых фактически был в последующем сосредоточен весь бизнес группы компаний «Ашатли», это ООО «Нива», ООО «Пихтовское», иные Общества, остальная группа компаний последовательно оказывалась в процедуре банкротства, в которой устанавливалось отсутствие каких-либо активов. Аналогичная ситуация произошла с ООО «Промышленные линии», где единственный ликвидный актив, 100% доли в уставном капитале ООО «Нива», был безвозмездно передан аффилированному лицу для так называемого усиления залогового актива перед ПАО Сбербанк. При этом должник
без удовлетворения. В кассационной жалобе общество «Уральская агропромышленная компания» просит определение суда первой инстанции от 14.11.2022 и постановление суда апелляционной инстанции от 18.04.2023 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование доводов кассационной жалобы общество «Уральская агропромышленная компания» указывает, что судами необоснованно сделан вывод о том, что предусмотренный сторонами порядок оплаты по договору купли-продажи свидетельствует о том, что в группе аффилированных лиц производилось перераспределение имущества и вывод активов с целью причинения вреда кредиторам. Несостоятельный вывод о том, что установленные в рамках дела № А50-23861/2017 обстоятельства в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) имеют преюдициальное значение для настоящего спора. Указанные выводы судов первой и апелляционной инстанций противоречат обстоятельствам дела и действующему законодательству. Дело № А50-23861/2017 рассматривалось в ином составе участников, сделка совершена при иных обстоятельствах, подписана не уполномоченным лицом, не одобрена участниками. Заключение о
мотивированно им отклонены. Признавая данные доводы несостоятельными, суд апелляционной инстанции руководствовался правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2021 № 307-ЭС19-23103 (2), относительно необходимости более детального и подробного исследования имущественного комплекса несостоятельного гражданина и исходил из того, что бывшая теща должника входит в круг близких родственников последнего и лиц, состоящих с ним в родстве (свойстве), что, в свою очередь, предполагает у них значительную дискрецию для правильного оформления всех необходимых документов на перераспределение имущества внутри семьи, минимизируя тем самым риски предпринимательской деятельности отдельного ее члена либо изначально создавая ситуацию невозможности обращения взыскания на имущество, приобретенное противоправным путем, на основании чего обоснованно констатировал, что предложенный финансовым управляющим вариант получения информации направлен на наиболее полное достижение целей процедуры банкротства, соблюдение интересов и защиту прав кредиторов должника. Каких-либо объективных причин, по которым суд не должен содействовать финансовому управляющему в получении информации о родственниках и свойственниках должника, судом апелляционной инстанции не установлено.
в рамках рассмотрения которого, в том числе, на данное имущество наложен арест. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции как соответствующими обстоятельствам дела и представленным доказательствам, которым дана оценка в соответствии со ст. 67 ГПК РФ. Так, из материалов дела и пояснений ответчиков, представителя ФИО1 ФИО7 следует, что данные договоры только внешне были оформлены в качестве договоров купли-продажи, не предполагали реального исполнения всех порождаемых ими последствий, а, кроме того, были направлены исключительно на перераспределение имущества между супругами С-ными. Указанное, помимо признания данных обстоятельств стороной ответчиков, подтверждается также указанием цены за единицу техники, значительно отличающуюся от реальной, а также отсутствием доказательств реальной передачи данных транспортных средств и уплаченных за них денежных средств. Ответчик ФИО3 также в суде апелляционной инстанции пояснил, что его супруга ФИО1 деньги ему за проданные ей транспортные средства не передавала, что именно он занимался предпринимательской деятельностью, связанной с грузоперевозками, а ФИО1 не является предпринимателем. Не состоятельным является
Основные владельцы акций ПАО «Вологодская сбытовая компания»: АО «Финэнергоинвест» - 19,9% акций, ООО «ЛВЛ инвестмент групп» - 19,5% акций, ООО «ПК «АСЭП» - 19,1% акций, ООО «Центр частного права электроэнергетики» -19% акций, ООО «М.Стайл» - 5,4% акций. Учитывая, что ПАО "ВСК" и АКБ "Мосуралбанк" являются участниками единой экономической группы, считает ответчик сам факт заключения поручительства в обеспечение обязательства по кредитному договору и совершение в его исполнение платежей в качестве намеренных действий, направленных на фактическое перераспределение имущества ПАО "ВСК" в пользу аффилированной кредитной организации. Данные действия выходят за пределы добросовестного поведения, что также нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку ФИО1 не было известно о договоре поручительства между ПАО "ВСК" и Мосуралбанком, его никто ставил в известность о заключении такого договора, своего согласия на договор поручительства он не давал, принимая во внимание, то, что платежи в пользу аффилированного банка совершены незадолго до даты возбуждения производства по делу о
брака и записанной на имя должника ФИО2, что означает принятие ответчиками действий по сокрытию имущества должника от обращения на него взыскания по требованиям кредитора. На протяжении судебных разбирательств в двух судах ответчики ни разу не упоминали о существовании данного брачного договора. Брачный договор от 21 мая 2012 г. является мнимой ничтожной сделкой на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ, так как, игнорируя его существование и содержание, должник ФИО2 и ФИО3 в последующем производили перераспределение имущества должника в пользу ФИО3 в нарушение прав кредитора. Сведений о реальном исполнении ответчиками брачного договора от 21 мая 2012 г. не имеется. После расторжения брака ответчики продолжают проживать совместно и вести общее хозяйство. У ФИО1 нет иного способа защитить свои права кредитора, с учетом выводов Второго кассационного суда общей юрисдикции в определении от 10 декабря 2019 г., кроме как, руководствуясь пунктом 3 статьи 166 ГК РФ, просить суд признать брачный договор ничтожной мнимой сделкой,
