соответствующего вида. Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 28 декабря 2020 года № 50-П «По делу о проверке конституционности статьи 11х Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, статей 17 и 18 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и пунктов 139-143 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы в связи с жалобой гражданина ЕВ. Парамонова», правовое положение лиц, подозреваемых или обвиняемых в преступлении и заключенных под стражу, значительно отличается от правового положения осужденных к лишению свободы, оставленных в следственномизоляторе или переведенных туда для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве по решению следователя, дознавателя или суда, вынесение которого не требует наличия предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации условий и оснований, необходимых для избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу. Поскольку оставление в следственном изоляторе или перевод туда в порядке статьи 771 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации не предполагают в качестве
от 13.10.2004 № 1314, Федеральная служба исполнения наказаний является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, функции по содержанию лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, и подсудимых, находящихся под стражей, их охране и конвоированию, а также функции по контролю за поведением условно осужденных и осужденных, которым судом предоставлена отсрочка отбывания наказания. Приказом Минюста России от 25.01.1999 № 20 утверждено Положение о следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации для каждого следственного изолятора, включенного в Перечень следственных изоляторов, входящих в состав территориальных органов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации. В силу указанного приказа Минюста России ответчик входит в структуру органов юстиции по управлению и эксплуатации мест лишения свободы и освобожден от уплаты государственной пошлины. При таких обстоятельствах суд полагает возможным возвратить истцу из средств федерального бюджета государственную пошлину в полном объеме. Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного
заинтересованности в самостоятельном выявлении ошибок и их исправлении. Кроме того, в качестве обстоятельства, смягчающего ответственность, может быть учтено финансовое положение налогоплательщика, являющегося казенным учреждением, входящим в уголовно-исполнительную систему Министерства юстиции Российской Федерации, созданным для содержания подозреваемых и обвиняемых (подсудимых и осужденных) в совершении преступлений, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также для исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы, а не с целью осуществления предпринимательской деятельности ( Положение о следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции российской Федерации, утвержденное приказом Министерства юстиции Российской Федерации № 20 от 25.01.1999г.). Исходя из вышеизложенного, суд считает возможным на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 112, пункта 3 статьи 114 Налогового кодекса РФ снизить размер подлежащего взысканию штрафа в четыре раза. В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ расходы по уплате государственной пошлины распределяются между сторонами пропорционально удовлетворенным требованиям; однако Инспекция ФНС по г. Сыктывкару согласно подпункту
Волгограда с ходатайством о замене наказания в виде лишения свободы, назначенного по приговору Ворошиловского районного суда города Волгограда от 11 мая 2012 года, на принудительные работы. Постановлением судьи Центрального районного суда г. Волгограда от 21 июля 2014 года ходатайство осужденной ФИО1 передано по подсудности в Ленинский районный суд Волгоградской области. В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 считает постановление судьи незаконным и необоснованным, просит его отменить. Мотивирует тем, что ссылка суда в постановлении на « Положение о следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ» от 25 января 1999 года № 20 и на то, что местом отбывания ею наказания является ФКУ ИК-<адрес> России по Волгоградской области, является несостоятельной, поскольку с момента подачи ходатайства она находилась в ФКУ <адрес> России по Волгоградской области, которое территориально находится в <адрес> г. Волгограда, и именно поэтому ходатайство ею было подано в <адрес> суд г. Волгограда. Ссылаясь на ч. 3 ст. 396 УПК РФ и ст. 16
основным правам и свободам человека и гражданина. Кроме того, из личных дел ФИО,ФИО,ФИО следует, что указанные личные дела не содержат указаний дознавателя, следователя или суда в силу ст.21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о запрете свиданий данных лиц с адвокатами ФИО, ФИО, ФИО а также о перечисленных в уголовно-процессуальном законе исключительных обстоятельствах, исключающих участие адвокатов в деле. Заявлений от ФИО,ФИО,ФИО содержащихся в ФКУ СИЗО-2 о нежелании пользоваться услугами указанных адвокатов также не поступало. Анализируя Положение о следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 25 января 1999 года №20 (зарегистрировано в Минюсте РФ 19 февраля 1999 года), суд приходит к выводу, что ФКУ СИЗО-2 не относится к числу участников уголовного судопроизводства, предназначен для содержания подозреваемых и обвиняемых (подсудимых и осужденных) в совершении преступлений, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу. В связи с чем, ФКУ СИЗО-2 не наделено полномочиями принимать
уголовно-исполнительной системы. В силу положений ст.8 указанного Закона следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы (далее - следственные изоляторы) предназначены для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу. Следственные изоляторы обладают правами юридического лица. Как следует из изложенного в иске истцом и представленных в дело иных доказательств в указанный истцом период, а именно с ДД.ММ.ГГГГ он содержался в СИЗО-3. Приказом Минюста РФ от 25.01.1999 года №20 было утверждено Положение о следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы Минюста РФ», а впоследствии утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (приказ от 14.10.2005 года). Исходя из содержания приведенных нормативных актов обязанность по содержанию заключенных под стражу, а также их этапирования к следователям, прокурорам, иным лицам, имеющим право вызова, равно как и обеспечение их питанием возложена на следственные изоляторы. Согласно представленного ответчиком – УМВД России по г.Барнаулу технического паспорта на здание РОВД (литер А), расположенного по адресу <адрес>А, оно не
