Последствия расторжения договора поставки - гражданское законодательство и судебные прецеденты

конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании недействительными: договора купли-продажи автомобиля от 29.03.2017 – седан легковой марки Mercedes-Benz S63AMG 4MATIC, 2013 года выпуска, идентификационный номер <***>, цвет черно-синий, заключенного между должником и ФИО1; соглашения о расторжении договора поставки от 20.01.2018, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «СтройСервис», договора уступки прав требования от 21.01.2018, заключенного между обществом «СтройСервис» и ФИО1; применении последствий недействительности сделок. Определением Арбитражного суда Томской области от 31.03.2021 названные договор купли-продажи автомобиля и соглашение о расторжении договора поставки признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности в виде возврата автомобиля в конкурсную массу. Производство по заявлению в части признания недействительным договора уступки прав требования прекращено. Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 04.08.2021, определение суда первой инстанции отменено по безусловным основаниям, заявление рассмотрено по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции. По делу принят

договоры, применять к ним меры поощрения и налагать на них взыскания в соответствии действующим трудовым законодательством, издавать приказы и распоряжения, касающиеся деятельности общества, привлекать граждан для выполнения отдельных работ на основе гражданско-правовых договоров. Применены последствия ничтожной сделки путем признания отсутствия полномочий у ФИО2 на совершение действий от имени общества по этой доверенности в указанной части. Признана недействительной (ничтожной) доверенность от 29.03.2018, выданная ФИО3 от имени общества генеральным директором ФИО7, удостоверенная нотариусом и зарегистрированная в реестре за № 46/39-н/46-2018-1-1045, в части следующих полномочий: осуществлять руководство обществом с правом заключения на условиях по своему усмотрению всех разрешенных законом сделок, в том числе договоров купли-продажи, поставки товаров, аренды, оказания услуг, дополнительных соглашений к ним, соглашений о расторжении договоров , с правом подписания уведомлений о расторжении договоров в одностороннем порядке, производить оплату по заключенным сделкам, подписывать акты выполненных работ, счета-фактуры, акты сверки и другие необходимые документы, получать и передавать от имени общества товарно-материальные

техника была реализована по цене существенно меньше закупочной, что имело значение для правильного рассмотрения настоящего дела с учетом положений пункта 1 статьи 404 Гражданского кодекса. В частности, автомобиль-самосвал по договору лизинга от 03.09.2020 был продан по цене 4 855 300 руб. при его рыночной оценке в размере 6 820 000 рублей. Аналогично в настоящем деле судами нижестоящих инстанций не был исследован вопрос о наличии у лизинговой компании возможности расторжения договоров поставки и применения последствий расторжения данных договоров в виде возврата покупной цены, реальность возврата долга в денежной форме с учетом имущественного положения продавца, а также иные факторы, которые могут повлиять на осуществление реверсивного денежного предоставления. Из материалов дела, а также пояснений сторон в судебном заседании следует, что первоначально согласованный предмет лизинга по договору от 09.09.2023 с целью минимизации имущественных последствий был продан продавцом третьему лицу, а лизингодателю позднее был поставлен аналогичный товар, но произведенный позднее. В связи с этим судам

быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков поставки товаров. Как следует из материалов дела, в связи с неоднократным нарушением истцом сроков поставки спорных фильтров, ответчик направил в адрес истца письмо от 13.07.2015 с уведомлением о расторжении спорного договора, в том числе в части спецификации № 10. Данное письмо было получено истцом 17.07.2015. Вопросы возмещения убытков при расторжении договора поставки урегулированы в ст. 524 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом такого последствия расторжения договора поставки как возмещение фактически понесенных расходов положения данной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат. Кроме того, договор поставки расторгнут в связи с нарушением истцом обязательств по договору, в связи с чем у ответчика отсутствуют обязательства по возмещению истцу расходов, понесенных в связи с исполнением договора. Также является и несостоятельным довод заявителя жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно сделаны выводы о том, что не представляется возможным установить, что приобретенные истцом по договору

по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. Из материалов дела следует, что обязательства по договору поставки сторонами прекращены в силу его расторжения на основании соглашения от 01.11.2016. Таким образом, между сторонами возникло новое обязательство, основанное на указанном соглашении, которым стороны урегулировали порядок и последствия расторжения договора поставки для обеих сторон. По условиям названного соглашения истец принял на себя обязательство выплатить ответчику денежную сумму в размере 7 000 000 руб. Таким образом, у ответчика возникло право требования выплаты данной денежной суммы. С учетом того, что часть денежных средств в размере 4 799 600 руб. была перечислена истцом ранее в качестве аванса по договору поставки №ТД-67/02/271 от 02.11.2015, оснований для квалификации данной суммы как неосновательного обогащения ответчика отсутствуют. Доводы апелляционной жалобы о

персонала покупателя в течение 8 часов в период проведения ПНР. В случае неисполнения судебного акта взыскать с ООО «НПФ Дюкон» в пользу ООО «МФИТНЕС» 30 000 рублей за каждый день неисполнения судебного акта по истечении 5-дневного срока со дня вступления решения в законную силу по день фактического исполнения судебного акта. Судом принято к рассмотрению встречное исковое заявление ООО «НПФ Дюкон» к ООО «Мфитнес» о признании расторгнутым договора поставки № 01731000144140001110/32/17/78/1/МО от 28.06.2017. Определить последствия расторжения договора поставки № 01731000144140001110/32/17/78/1/МО от 28.06.2017 - взыскать с ООО «Мфитнес» в пользу ООО «НПФ Дюкон» убытки в виде упущенной выгоды в размере 1 701 672 руб. 54 коп. Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.09.2019 в соответствии со ст. 49 АПК РФ от ответчика были приняты изменения встречных исковых требований, ответчик просит взыскать с истца в свою пользу 1 300 000 руб. убытков. Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.06.2020 первоначальные исковые требования удовлетворены

по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. Из материалов дела следует, что обязательства по договору поставки сторонами прекращены в силу его расторжения на основании соглашения от 10.01.2020. Таким образом, между сторонами возникло новое обязательство, основанное на указанном соглашении, которым стороны урегулировали порядок и последствия расторжения договора поставки для обеих сторон. По условиям названного соглашения ответчик принял на себя обязательство выплатить истцу денежную сумму в размере 1 200 000 руб. в течение 60 дней с момента заключения указанного соглашения. Таким образом, у истца возникло право требования выплаты данной денежной суммы. Довод ответчик о том, что он не получал уведомления о расторжении спецификации № 14 от 26.12.2019, а потому исковые требования удовлетворены неправомерно, отклоняется судом апелляционной инстанции как необоснованный, поскольку, исходя из

25.750.000 руб. (пункт 3 дополнительного соглашения от 19.06.2018), а также выплатило пени, согласно пункту 11.6 Контракта, в размере 6.571.885 руб. 65 коп. (пункт 4 дополнительного соглашения от 19.06.2018 N 2). АО "ВЭБ-лизинг" в полном объеме исполнило обязательства перед Департаментом городского хозяйства администрации города Волгограда и возвратило аванс и пени, что подтверждается платежными поручениями от 25.06.2018 N 35556, от 04.07.2018 N 37452. АО "ВЭБ-лизинг" и АО "Автотехком" посредством заключения Соглашения от 08.10.2018 (Соглашение) установили последствия расторжения договора поставки (пункт 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора"). Положениями пунктов 1.1, 1.2, 1.3 Соглашения стороны согласились и подтвердили, что должник допустил просрочку исполнения обязательств по срокам поставки товара на 72 календарных дня, вследствие чего был расторгнут 22.06.2018 Договор поставки и 19.06.2018 Контракт. При этом АО "ВЭБ-лизинг" оплатил штраф за несоблюдение условий контракта в размере 6.571.885 руб. 65 коп., который подлежит возврату Ответчиком в адрес Истца в полном

В судебное заседание истец ФИО5 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена судом надлежащим образом, о причинах неявки не сообщила, обеспечила явку своего представителя. Представители истца ФИО1, ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО5 поддержали по доводам, указанным в иске. Просили иск удовлетворить. Ответчик ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, поддержал доводы, изложенные в заявлении об отмене заочного решения (л.д. №), указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства последствия расторжения договора поставки № № от ДД.ММ.ГГГГ (вернула ли истец изготовленную, поставленную и смонтированную мебель поставщику), следовательно, установить был ли действительно расторгнут данный договор, невозможно, а представленное в суд заявление от ДД.ММ.ГГГГ является мнимой сделкой. Он являлся работником <данные изъяты>» и по заданию третьего лица изготовил, поставил истцу и установил в ее квартире мебель. Данная мебель и по настоящий момент находится в квартире истца, то есть истец не возвратила данную мебель третьему лицу по указанному договору

он мог бы уяснить объем своей ответственности. В этом договоре содержатся отсылки к соответствующим спецификациям, которые не были согласованы с ним и, следовательно, договором поставки объем его ответственности как поручителя не установлен. Таким образом, договор поручительства является незаключенным, а солидарное взыскание незаконным. Также суд не принял во внимание, что с сентября 2013 г. тягач находится у истца, и не изучил вопрос о его возврате (л.д.108-110); в дополнении к жалобе также привел доводы о последствиях расторжения договора поставки . В возражениях относительно апелляционной жалобы представитель истца выражает согласие с решением суда (л.д.116-117). В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца возразила относительно апелляционной жалобы. Другие участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в заседание суда не явились, сведений о причинах неявки и доказательств уважительности причин неявки не представили, и судебная коллегия приступила к рассмотрению дела в их отсутствие в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ.

предусмотренный договором сторон досудебный порядок урегулирования спора). При этом суд пришел к выводу о том, что признание договора недействительным и применение последствий его недействительности фактически влечет расторжение договора, которое возможно лишь после соблюдения истцом предусмотренного законом обязательного досудебного порядка урегулирования спора. Указанные выводы суда следует признать несостоятельными, основанными на ошибочном толковании и применении норм материального и процессуального права. В силу статьи 12 ГК РФ - к способам защиты гражданских прав относятся: восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (абз.3); признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, либо применение последствий недействительности ничтожной сделки (абз.4); прекращение или изменение правоотношения (абз. 12); и иные. Как следует из материалов дела, ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением о признании договора поставки оборудования от ДД.ММ.ГГГГ. недействительной сделкой и применении последствий недействительности этой сделки (в порядке абзаца 4 статьи 12 ГК РФ). При этом