Право залогодержателя на арендные платежи - гражданское законодательство и судебные прецеденты

1.5 договора залога № 7090009). По соглашению сторон предмет залога оценен на сумму 15 188 000 руб., в том числе: стоимость исключительного права на каждый объект интеллектуальной собственности - 607 520 руб. (пункт 1.6 договора залога № 7090009). Данными договорами залога обеспечиваются, в том числе требования залогодержателя к обществу «Тучковский» по выполнению последним своих обязательств по договору от 25.12.2019 № 0990510 в том объеме, какой они имеют к моменту удовлетворения за счет заложенного имущества (пункты 1.5 договоров залога от 27.12.2019 № 6590015 и № 6590016, пункт 1.3 договора залога от 27.12.2019 № 7090009). Указанные договоры залога заключены в обеспечение своевременного исполнения обязательств общества «Рузское Молоко», открытого акционерного общества «Аннинское», закрытого акционерного общества «Им. Доватора», акционерного общества «АПК «Космодемьянский», общества «Тучковский» перед залогодержателем по выплате любого из арендных платежей по договорам аренды с правом выкупа от 25.12.2019 № 0990504, № 0990505, № 0990506, № 0990507, № 0990508, № 0990509, № 0990510,

04.02.2019 отменил постановление от 06.09.2018 и оставил в силе определение от 25.05.2018. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, банк просит отменить судебные акты судов первой инстанции и округа в связи с существенными нарушениями судами норм права и оставить без изменения постановление суда апелляционной инстанции. Изучив материалы истребованного дела, судья не находит оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Как установлено судами и следует из материалов дела, часть требований банка обеспечена залогом имущества должника. Должником заключены договоры аренды находящегося в залоге у банка имущества. Банк направил в адрес конкурсного управляющего должником письмо с требованием перечислять причитающиеся залогодержателю платежи в размере 95% от арендных платежей . Несогласие с предъявленным банком требованием послужило причиной для обращения конкурсного управляющего должником в арбитражный суд с настоящим с заявлением. Разрешая разногласия, суд первой инстанции, с выводом которого согласился суд округа, руководствовался статьей 334 Гражданского кодекса Российской Федерации,

ИП ФИО3 не была должником по обязательству, обеспеченному залогом, а именно по договору аренды недвижимого имущества от 14.10.2014, она не могла обеспечить исполнение этого договора. Кроме того, судом не установлено наличие права собственности у ИП ФИО3 на движимое имущество, которое она передала залог ИП ФИО1 Также указывает на то, что ИП ФИО1 не может быть признан добросовестным залогодержателем. Кроме того, указывает на то, что взысканная судом неустойка явно несоразмерна последствиям нарушенных обязательств. В результате противоправного, по мнению ответчика, поведения истца ответчик был лишен возможности заявить об уменьшении размера неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ. Также ответчик считает, что суд при принятии решения вышел за рамки исковых требований истца, взыскав с ответчика 889 000 руб. в качестве арендного платежа , между тем эта сумма являлась задатком, о взыскании которого истец не заявлял. Кроме того, взыскание коммунальных платежей необоснованно, поскольку доказательств фактического оказания коммунальных услуг истцом не представлено. Истец представил письменный

в залог принадлежащее ему право требования к Межрегиональному коммерческому банку развития связи и информатики (открытое акционерное общество) (ОАО АКБ «Связь-банк») на получение арендных платежей за переданное в субаренду помещение в здании, расположенном по адресу: г. <...>. При этом, в данном пункте договора отмечено, что право требования, являющееся предметом залога по настоящему договору, принадлежит залогодателю на основании договора субаренды нежилых помещений №б/н от 01 февраля 2006 года, заключенного между залогодателем и залогодержателем, и подлежат исполнению залогодержателем путем ежемесячной уплаты в пользу залогодателя денежных средств в размере, определенном в пункте 1 дополнительного соглашения №2 к договору субаренды нежилых помещений от 01 февраля 20006 года. Размер арендных платежей , причитающихся залогодателю от должника по договору субаренды, составляет 6395361,24 долларов США. Помещение, расположенное по адресу: <...>, переданное ответчику в субаренду по договору субаренды от 01.02.2006 принадлежит на праве собственности Министерству имущественных отношений Российской Федерации, в лице ФГУП «Управление служебными зданиями» при Министерстве сельского

инстанции исходит из следующего. Как верно указал в мотивировочной части судебного акта суд первой инстанции, при применении положений п. 2 ст. 334 Гражданского Кодекса Российской Федерации речь по существу идет об обращении взыскания на имущественные права залогодателя (право на получение дохода), в связи с чем защита прав залогодержателя в рамках полномочий, предоставленных п. 2 ст. 334 Гражданского Кодекса Российской Федерации, осуществляется путем обращения взыскания на принадлежащие залогодателю имущественные права. Восстановление прав залогодержателя происходит путем присуждения права на получение арендных платежей не арендодателем (залогодателем), а залогодержателем. Материально-правовой интерес истца заключается в присуждении в его пользу, а не арендодателя права получения дохода от использования имущества залогодателя. Между тем в настоящем деле истец не просил суд обратить взыскание на принадлежащие ответчику (залогодателю) имущественные права в виде требования с арендаторов арендной платы за использование помещений, находящихся в залоге. Равным образом отсутствует вступивший в силу судебный акт об обращении такого взыскания. Тогда как залогодержатель вправе

отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Учитывая, что договор ипотеки № 540 заключен 09.04.2014, а права и обязанности, связанные с отношениями сторон в рамках договора ипотеки от 09.04.2014, возникли после возникновения у заемщиков задолженности по кредитным договорам и обращения банка к арендатору об обращении взыскания на арендные платежи, т.е. после 01.07.2014, оснований для неприменения судом пункта 2 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют. При этом, доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что необходимо учитывать даты заключения договоров аренды спорного недвижимого имущества не принимаются судом, поскольку фактически отношения возникают между залогодателем и залогодержателем, в том числе и по требованию об обращении взыскания на арендные платежи , у арендатора в силу условий договоров аренды имеется обязанность уплачивать арендные платежи арендодателю (собственнику помещений), а в силу требований пункта 2 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации и договора

ином толковании положений пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве текущие расходы, возникающие в связи с передачей в аренду заложенного имущества, будут относиться на все гражданско-правовое сообщество кредиторов (удовлетворяться за счет продажи незаложенного имущества, уменьшая тем самым общую конкурсную массу), а выручка от той же аренды - направляться только одному члену названного сообщества - залоговому кредитору, создавая явный дисбаланс в объеме прав залогодержателя и остальных кредиторов. Согласно пункту 1 статьи 168 НК РФ сумма налога является частью цены аренды, в связи с чем суммы НДС, выделяемые из арендных платежей , и подлежащие уплате в бюджет в рамках текущих обязательств должника следует считать расходами на реализацию предмета залога, указанным в пункте 6 статьи 138 Закона о банкротстве, а значит, затраты на уплату НДС, начисленного при сдаче в аренду заложенного имущества в ходе конкурсного производства, погашаются за счет арендной платы до ее распределения по правилам, установленным пунктами 1 и 2 статьи 138

дохода от использования имущества залогодателя. Арендатор не является лицом, которое нарушило права и законные интересы залогодержателя. Принятие судом решение об обращении взыскания на арендные платежи в пользу залогодержателя, не изменяет имущественных обязательств арендатора. Принятие решение об обращении взыскания на арендные платежи, свидетельствует о переходе прав требований от арендодателя (залогодателя) к залогодержателю. Право залогодержателя получить преимущественное удовлетворение своих требований за счет арендных платежей, по своему правовому содержанию имеет сходство с залогом обязательственных прав (ст. 358.1 -358.8 Гражданского кодекса Российской Федерации). С учетом положений ст. 6, 358.4 Гражданского кодекса Российский Федерации, при вынесении судом решения об обращении взыскания на арендные платежи , должник (арендатор) уведомляется о переходе прав требований в порядке статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации. Следовательно, требования залогодержателя, предъявленные к арендатору заложенного имущества, не соответствуют правовому регулированию правоотношений, вытекающих из договора залога, а также правовому регулированию полномочий залогодержателя, возникающих в случае неисполнения обеспеченного залогом обязательства. Таким образом, в данном случае

влечет соответствующих правовых последствий. Более того заключение составлено по заказу стороны истца, выполнивший его специалист об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался. Иных доказательств недействительности оспариваемых положений договоров аренды помещений, стороной истца не представлено, и материалы дела таковых не содержат. Требование залогодержателя об обращении взыскания на арендные платежи направлено на защиту его субъективных материальных прав, которые были нарушены залогодателем в связи с неисполнением обязательств, обеспеченных залогом. Восстановление прав залогодержателя происходит путем присуждения нрава на получение арендных платежей не арендодателем (залогодателем), а залогодержателем. Материально-правовой интерес истца заключается в присуждении в его пользу, а не арендодателя права получения дохода от использования имущества залогодателя. Арендатор не является лицом, которое нарушило права и законные интересы залогодержателя. Декларированное в абзаце шестом пункта 2 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации право залогодержателя требовать причитающуюся ему денежную сумму непосредственно от обязанного лица, не влечет возникновения у данного лица статуса залогодателя и не свидетельствует о

прекращает обязательство (ч. 1 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, после получения залогодателем арендной платы обязательство по выплате арендной платы признается исполненным, а денежные средства становятся собственностью залогодателя и, соответственно, имущественное право арендодателя - залогодателя требовать (получать) арендную плату в оплаченной ее части прекращается в связи с исполнением обязанности по оплате. Требование об обращении взыскания на причитающиеся залогодателю доходы от использования заложенного имущества третьим лицом заявлено ФИО1 непосредственно в суд, ранее с такими требованиями к ФИО2 истец не обращался. Залогодержатель вправе требовать причитающуюся ему денежную сумму непосредственно от обязанного лица после того, как состоялось обращение взыскания на доходы от использования заложенного имущества, и залогодержатель стал лицом, в пользу которого должна производиться оплата арендных платежей . Принятие решения об обращении взыскания на арендные платежи влечет переход права требования от арендодателя (залогодателя) к залогодержателю. Поскольку вопрос об обращении взыскания на заложенное имущество, доходы от использования заложенного имущества разрешен судебным