Правопреемство на основании решения третейского суда - гражданское законодательство и судебные прецеденты

акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. Согласно части 2 статьи 48 АПК РФ на замену стороны ее правопреемником или на отказ в этом арбитражным судом указывается в соответствующем судебном акте, который может быть обжалован. Таким образом, доводы заявителя о том, что судом произведена замена не в виде отдельного судебного акта, но в резолютивной части судебного акта по результатам рассмотрения обособленного спора не свидетельствует о наличии безусловных оснований для отмены и и не свидетельствует о нарушении его прав, в связи с чем, не может является основанием для отмены обжалуемого судебных актов в указанной части. Вместе с тем, в части обоснованности требований кредитора При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, проверить и дать оценку всем доводам лиц, участвующих в деле, о наличии у ООО «Голденберг» задолженности в заявленном размере, исследовать обоснованность и наличие факта заявленного требования, с учетом особенностей требования, заявленного на основании решения третейского суда ,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. При рассмотрении вопроса о процессуальном правопреемстве должник по исполнительному производству ООО «ПаркОтель» (в лице конкурсного управляющего ФИО1) и ООО «Рестотель» (кредитор в деле о банкротстве ООО «ПаркОтель») возражали относительно удовлетворения заявления, кроме прочего, ссылались на пропуск срока для предъявления исполнительного листа к принудительному исполнению, а также отсутствие оснований для его восстановления. Проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам. Настоящая апелляционная жалоба подана на определение о процессуальном правопреемстве на стадии исполнительного производства в деле по заявлению о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение принятого на территории Российской Федерации решения третейского суда в порядке § 2 главы 30 АПК РФ. Из положений статьи 48 АПК РФ

оспорено. Согласно материалам дела ООО «СГ «Компромисс» было надлежащим образом уведомлено о рассмотрении настоящего дела. Определение суда первой инстанции о процессуальном правопреемстве получено ООО «СГ «Компромисс» 06.10.2015. При этом ООО «СГ «Компромисс» не воспользовалось предоставленным ему процессуальным законодательством правом на оспаривание судебного акта о процессуальном правопреемстве. В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Оспаривание ООО «СГ «Компромисс» в рамках самостоятельного арбитражного процесса договора уступки права требования само по себе не может служить основанием к отмене судебного акта о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда . Наличие на рассмотрении арбитражного суда самостоятельных требований АО «Казанская теплосетевая компания» к ООО «Мосттрубомонтаж» не может процессуально препятствовать рассмотрению судом заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Фактически доводы ООО «СГ «Компромисс», изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о неправильном

листа на принудительное исполнение решения Третейского суда по делу № А65-15598/2017. С учетом указанной нормой процессуального права любые заявления, в том числе о процессуальном правопреемстве подлежат рассмотрению в рамках дела № А65-15598/2017. При данных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для проведения процессуального правопреемства в рамках настоящего дела. Суд округа так же учитывает, что Обществом в рамках дела № А65-15598/2017 предпринималась попытка обжалования определения суда первой инстанции в порядке кассационного производства. Правомерными являются и выводы суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления Общества о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Третейского суда . Как указано выше, в рамках арбитражного дела № А65-15598/2017 судом было отказано в выдаче исполнительного листа на то же решение Третейского суда. На нового кредитора, каковым в рамках настоящего дела является Общество, распространяется действие всех мер, предпринятых предыдущим кредитором (Исполнитель) до заключения договора уступки прав требования. В

или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен. Если истек срок для предъявления исполнительного листа к исполнению, суд производит замену только в случае восстановления срока на предъявление исполнительного листа к исполнению (статьи 23, 52 Закона об исполнительном производстве). Из приведенных правовых норм следует, что при разрешении вопроса о процессуальном правопреемстве на основании договора уступки требования на стадии исполнительного производства юридически значимыми являются следующие обстоятельства: состоялась ли уступка права, имеется ли задолженность, а также, не истек ли срок для предъявления исполнительного листа к исполнению. Из материалов дела следует, что решением Третейского суда от 28.04.2015 года расторгнут кредитный договор № «» от «» 2013 года, заключенный между ОАО «Сбербанк России» и индивидуальным предпринимателем ФИО1 С индивидуального предпринимателя ФИО1, ФИО2 М, Г. в солидарном порядке в пользу ОАО « Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитному договору № «» от «» 2013 года в размере 978622 рублей, в частности,

в отношении должника ФИО2 Изучив материалы дела в судебном заседании, назначенном на 17.02.2021 без извещения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия пришла к следующему. В соответствии разъяснениями, изложенными в пункте 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 N 53 "О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража" вопросы процессуального правопреемства после принятия третейским судом решения, в том числе на стадии исполнительного производства по исполнению исполнительного листа, выданного на основании определения о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда (пункт 1 части 2 статьи 52 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве"), подлежат рассмотрению судом в порядке, предусмотренном статьей 44 Гражданского процессуального кодекса Российской. В соответствии со статьей 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга

есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника; процессуальное правопреемство обуславливается правопреемством в материальном праве, а именно, при переходе права собственности на недвижимое имущество от одного лица к другому происходит правопреемство в материальном гражданском правоотношении. Поскольку право собственности на земельный участок перешло от ФИО1 к <данные изъяты> до момента подачи ФИО1 заявления об отмене решения третейского суда, то у суда отсутствовали правовые основания для процессуального правопреемства. Несостоятельно к отмене судебного акта и несогласие заявителя с выводами суда о пропуске срока на подачу заявления об отмене решения третейского суда . Определяя начало течения срока, установленного ч. 3 ст. 420 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд исходил из того, что ФИО1, приобретая земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, на котором расположено нежилое здание площадью 189,9 кв. м по адресу: <данные изъяты>, и будучи с 13