Правовой режим оборота - гражданское законодательство и судебные прецеденты

к категории гражданского оружия (часть первая статьи 3), наряду с которой он выделяет и особую категорию - наградное оружие, т.е. гражданское, боевое короткоствольное ручное стрелковое и холодное оружие, полученное гражданами Российской Федерации в качестве награды на основании указа Президента Российской Федерации, постановления Правительства Российской Федерации, наградных документов глав иностранных государств и глав правительств иностранных государств, а также на основании приказов руководителей государственных военизированных организаций (часть первая статьи 20.1), предусматривая для такого оружия специальный правовой режим оборота . При этом Правительству Российской Федерации делегировано право устанавливать виды, типы, модели боевого короткоствольного ручного стрелкового и холодного оружия, которым могут награждаться граждане Российской Федерации, а также порядок награждения указанным оружием (часть третья статьи 20.1 Федерального закона "Об оружии"). Во исполнение названного полномочия Правительство Российской Федерации постановлением от 5 декабря 2005 года N 718 "О награждении оружием граждан Российской Федерации" утвердило Правила награждения граждан Российской Федерации гражданским, боевым короткоствольным ручным стрелковым и холодным

собой технические средства, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели и, следовательно, способные причинить существенный вред жизни и здоровью людей, имуществу и природе, не только создает повышенную опасность для этих охраняемых Конституцией Российской Федерации ценностей, но и сопряжен с угрозой посягательства на другие конституционно значимые ценности, в том числе основы конституционного строя, нравственность, права и законные интересы граждан, безопасность государства, а потому от федерального законодателя требуется установление механизма их защиты в рамках правового режима оборота оружия. 3. Федеральный закон от 24 июля 2009 года N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" устанавливает, что охотником признается физическое лицо, сведения о котором содержатся в государственном охотхозяйственном реестре, или иностранный гражданин, временно пребывающий в Российской Федерации и заключивший договор об оказании услуг в сфере охотничьего хозяйства; охотник (кроме иностранных граждан, временно пребывающих в Российской Федерации и заключивших договоры об

Оборот оружия как технических средств, конструктивно предназначенных для поражения живой или иной цели и, следовательно, способных причинить существенный вред жизни и здоровью людей, имуществу и природе, не только создает повышенную опасность для этих охраняемых Конституцией Российской Федерации ценностей, но и сопряжен с угрозой посягательства на другие конституционно значимые ценности, в том числе основы конституционного строя, права и законные интересы граждан, безопасность государства, что требует от федерального законодателя установления механизма их защиты в рамках правового режима оборота оружия (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 июня 2012 года N 16-П и от 17 июня 2014 года N 18-П). Хотя Федеральный закон от 13 декабря 1996 года N 150-ФЗ "Об оружии" и наделяет граждан Российской Федерации правом на приобретение оружия при соблюдении ими условий, предусмотренных данным Законом, это обстоятельство, учитывая повышенную общественную опасность незаконного оборота оружия, предполагает установление адекватной ей ответственности за его хищение, посягающее не только на собственность, но и

оружия как технических средств, конструктивно предназначенных для поражения живой или иной цели и, следовательно, способных причинить существенный вред жизни и здоровью людей, имуществу и природе, не только создает повышенную опасность для этих охраняемых Конституцией Российской Федерации ценностей, но и сопряжен с угрозой посягательства на другие конституционно значимые ценности, в том числе основы конституционного строя, нравственность, права и законные интересы граждан, безопасность государства, что требует от федерального законодателя установления механизма их защиты в рамках правового режима оборота оружия. При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель должен исходить из того, что публичные интересы, перечисленные в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, оправдывают правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения адекватны социально необходимому результату и, не будучи чрезмерными, необходимы и строго обусловлены этими публичными интересами, и использовать лишь такие правовые средства, которые для конкретной правоприменительной ситуации исключают возможность несоразмерного ограничения прав и свобод человека и

защиту общественной безопасности, жизни и здоровья людей, реализацию права собственности, а также сохранение исторического и культурного наследия, в том числе его превентивную защиту посредством конкретизации правового режима (определения законных оснований) оборота холодного оружия, представляющего (могущего представлять) культурную ценность, но не утрачивающего при этом поражающих свойств, которые позволяют отнести его к оружию. При реализации своих дискреционных полномочий, вытекающих из приведенных положений Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель располагает достаточно широкой свободой усмотрения как в определении правового режима оборота различных видов оружия, так и в установлении за правонарушения в этой сфере эффективных мер публично-правовой ответственности, которые он не только вправе, но и обязан предусмотреть, руководствуясь имеющими универсальное значение и по своей сути относящимися к основам конституционного правопорядка общими принципами юридической ответственности, включая принципы юридического равенства и правовой определенности, а также принцип nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), которые конкретизированы в статьях 19

общества состава административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 1 статьи 20.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Доказательств, свидетельствующих о принятии обществом всех зависящих от него мер для соблюдения законодательства об оружии не представлено. Административное наказание назначено в минимальном размере санкции нормы. Ссылка в жалобе на гражданско-правовые последствия ненадлежащего исполнения сторонами договорных обязательств не являются гарантией отсутствия иных неблагоприятных правовых последствий, прежде всего, необходимости дополнительного учета публично-правовых требований исходя из особого правового режима оборота оружия и патронов, направленного на защиту жизни и здоровья граждан, собственности, обеспечение общественной безопасности. Доводы жалобы направлены на переоценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств, что не отнесено к полномочиям Верховного Суда Российской Федерации. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.1, 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказать. Судья Верховного Суда Российской

административных правонарушениях» указал, что оружие, будучи техническим средством, конструктивно предназначенным для поражения живой или иной цели, способно причинить существенный вред жизни, здоровью людей, имуществу, природе и тем самым создает повышенную опасность для этих охраняемых Конституцией Российской Федерации ценностей, а также сопряжено с угрозой посягательства на другие конституционно значимые ценности, в том числе основы конституционного строя, права и законные интересы граждан, безопасность государства, что требует от федерального законодателя установления механизма их защиты в рамках правового режима оборота оружия, предусматривающего специальные правила его приобретения, продажи, передачи, хранения, перевозки и ношения. Исходя из оценки конкретных обстоятельств дела, оснований для признания административного правонарушения малозначительным в соответствии со статьей 2.9 названного кодекса и освобождения ФИО1 от административной ответственности с объявлением устного замечания не имеется. Нарушений норм процессуального закона при производстве по делу об административном правонарушении не допущено, нормы материального права применены правильно. Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности соблюдены. Административное наказание назначено

имуществом. Судам при решении вопроса о взыскании солидарно с арендодателя и арендатора как неуправомоченных владельцев денежных средств в размере недополученного дохода, который недобросовестный владелец должен был бы извлечь, по правилам статьи 303 ГК РФ при истребовании имущества необходимо также устанавливать законность, возможность и обоснованность извлечения дохода управомоченным лицом от правомерного использования спорного имущества с учетом правового режима этого имущества. Как установлено судами, спорный участок относится к землям лесного фонда и предназначен для использования в целях обороны, а следовательно, в силу подпунктов 2 и 5 пункта 5 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации ограничен в обороте . Собственник и владелец такого участка обязаны использовать его в соответствии с целевым назначением и принадлежностью к указанной категории земель и разрешенным использованием (статьи 1, 7, 42 указанного Кодекса). Исходя из правового режима спорного земельного участка и полномочий Министерства в области распоряжения земельными участками, использование этого участка по договору аренды в целях строительства полигона ТБО

приобретателю, а равно сдача перевозчику для отправки приобретателю или сдача в организацию связи для пересылки приобретателю вещей, отчужденных без обязательства доставки. Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица. Как усматривается из представленной истцом сделки – договора купли-продажи имущества от 29.01.2007 г. его предметом в действительности являлось не недвижимое, а движимое имущество, а именно мото, авто, тракторная техника. В отличие от недвижимых вещей, статус и правовой режим оборота которых определен ст. ст. 130, 131 и ч. 2 ст. 223 ГК РФ, движимые вещи, находящиеся в свободном обороте не нуждаются в дополнительной легитимации по факту их отчуждения другому лицу государственной регистрацией перехода права собственности. Действие ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» в силу ст. 1 данного закона не распространяется на объекты не относящиеся к недвижимым. Спорный договор купли-продажи от 29.01.2007 г. в части передачи имущества исполнен

права собственности Общества с ограниченной ответственностью "Технология-К" на земельный участок площадью 233900 кв.м с кадастровым номером 76:11:181701:6. Доводы ответчиков, поддерживающих единую правовую позицию о необоснованности исков, тезисно сводятся к следующему. ООО «Технология-К» в письменных пояснениях указало, что в акте приема-передачи имущества от 01.10.1996 земельный участок с кадастровым номером 76:11:181701:6 не передан, следовательно, не выражено волеизъявление сторон на возврат земельного участка. По мнению Общества, рассматриваемый шламонакопитель не является объектом недвижимости, в связи с чем правовой режим оборота земельного участка и шламонакопителя различен, земельный участок не следует судьбе объекта. Кроме того, к правоотношениям по продаже земельного участка в 1994 году не применяется Земельный кодекс РФ, введенный в действие с 2001 года. Общество считает необходимым принять во внимание постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 28.05.2019 №А82-9108/2018, где рассматривался спор о правах на землю. По мнению данного ответчика, у истца-1 отсутствуют основания считать себя собственником земельного участка. По требования муниципального предприятия ООО «Технология-К»

о товарных знаках и потребовать от продавца предоставления документов, содержащих согласие правообладателя на введение указанного товара в гражданский оборот. В силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Доводы ответчика о соблюдении требований действующего законодательства об обороте алкогольной продукции правового значения не имеют, так как правовой режим оборота алкогольной продукции не исключает обязанности ответчика соблюдать законодательство о товарных знаках. На основании вышеизложенного, арбитражный суд первой инстанции приходит к выводу о том, что ответчик нарушил исключительные права ФКП «Союзплодоимпорт». На основании пункта 4 статьи 46 Закона о товарных знаках правообладатель вместо требования о взыскании причиненных убытков вправе требовать от лица, незаконно использующего товарный знак, выплаты определяемой судом денежной компенсации в размере от 1 тысячи до 50 тысяч минимальных размеров оплаты труда, установленных

же адресату почтовой или фельдъегерской связью. Таким образом, федеральным законодательством и внутренними локальными актами Министерства юстиции Российской Федерации и Федеральной службы судебных приставов установлено, что передаваемая и принимаемая по факсимильной связи служебная информация не считается официальным документом. Следовательно, и запрос судебного пристава-исполнителя №25/8420/162/8/2008 направленный факсимильной связью, за неисполнение требований которого судебный пристав-исполнитель принимает меры направленные на привлечение Ханты-Мансийского ОФОМС к административной ответственности, не является официальным документом. Кроме того, Федеральным законодательством России установлен особый правовой режим оборота персональных данных. Федеральным законом от 19.12.05 №160-ФЗ «О ратификации Конвенции Совета Европы о защите физических лиц при автоматизированной обработке персональных данных» Российской Федерацией была ратифицирована Конвенция Совета Европы о защите физических лиц при автоматизированной обработке персональных данных от 28 января 1981 года (далее -Конвенция). Согласно статье 7 Конвенции для защиты персональных данных, хранящихся в автоматизированных базах данных, принимаются надлежащие меры безопасности, направленные на предотвращение их случайного или несанкционированного уничтожения или случайной потери, а

150 "Об оружии", приобретенные гражданином Российской Федерации огнестрельное оружие, огнестрельное оружие ограниченного поражения и охотничье пневматическое оружие с дульной энергией свыше 7,5 Дж подлежат регистрации в органе внутренних дел по месту жительства в двухнедельный срок со дня его приобретения. В случае изменения места жительства гражданин Российской Федерации обязан в двухнедельный срок со дня регистрации по новому месту жительства обратиться в соответствующий орган внутренних дел с заявлением о постановке на учет принадлежащего ему оружия. Правовой режим оборота оружия в самом общем виде можно определить как построенный по императивному типу и выраженный в комплексе взаимодействующих между собой дозволений, запретов и позитивных обязываний порядок регулирования определенных отношений, направленный на достижение целей обеспечения общественной безопасности в процессе оборота в обществе предметов, являющихся оружием. В соответствии со статьей 22 Федерального закона от 13.12.1996 N 150-ФЗ "Об оружии" гражданское и служебное оружие должно храниться в условиях, обеспечивающих его сохранность, безопасность хранения и исключающих доступ к

форму, законодатель, по существу, разрешает и ввоз физическими лицами зарегистрированных форм лекарственных средств, а также их дальнейшее использование в указанных в этой статье целях. Закрепленное в ст. 58.1 Федерального закона «Об обращении лекарственных средств» требование предметно-количественного учета в отношении некоторых лекарственных средств, определяющего особенности их оборота, также не предопределяет наличие специальных ограничительных условий их ввоза физическими лицами для личного потребления на территорию Российской Федерации. Запреты же и ограничения, введенные уголовным законом, не устанавливают правовой режим оборота тех или иных веществ, в том числе применительно к трансграничному их перемещению, и сами по себе не определяют рамки противоправности такого перемещения. Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года № 22-П положения ст. 226.1 УК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой данное положение - при наличии приводящей к его произвольному истолкованию и применению неопределенности правового регулирования порядка и условий перемещения физическими лицами через Государственную

применения ст. 2.9 КоАП РФ суд не усматривает, поскольку оружие, будучи техническим средством, конструктивно предназначенным для поражения живой или иной цели, способно причинить существенный вред жизни, здоровью людей, имуществу, природе и тем самым создает повышенную опасность для этих охраняемых Конституцией Российской Федерации ценностей, а также сопряжено с угрозой посягательства на другие конституционно значимые ценности, в том числе основы конституционного строя, права и законные интересы граждан, безопасность государства, в связи с чем законодателем установлен правовой режим оборота оружия, предусматривающий специальные правила его приобретения, продажи, передачи, хранения, перевозки и ношения. Как видно из материалов дела, ФИО1 каких-либо своевременных действий, направленных на регистрацию приобретенного им оружия, не предпринял, уважительных причин пропуска срока обращения к уполномоченный государственный орган для регистрации оружия не имел. Доказательств обратного в деле не имеется и с жалобой не представлено. Само по себе совершение правонарушения по неосторожности не может указывать на его малозначительность. Отсутствие каких-либо негативных последствий допущенного нарушения