Предмет доказывания кредитный договор - гражданское законодательство и судебные прецеденты

заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. Согласно статье 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа; если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее займодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет. В силу приведенных норм в предмет доказывания по требованию о взыскании задолженности по кредитному договору входят следующие обстоятельства: заключение кредитного договора; выдача банком кредита на условиях, предусмотренных договором; наличие задолженности по кредитному договору и ее размер. Статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. В соответствии со статьей 334 Гражданского

что движение средств соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача кредита и последующие операции обусловлены разумными экономическими или иными причинами. Необходимость установления обозначенного предмета доказывания, по мнению суда подлежала и в рамках настоящего обособленного спора. С учетом этого, свободное перемещение активов и транзитный характер движения денежных средств между лицами, образующими группу лиц выдавших совместное поручительство за Основного заемщика перед Банком, с абсолютной уверенностью не исключает вероятность того, что полученное от Банка финансирование было незамедлительно перераспределено - изъято из числа активов ООО «Компания Столицстрой» посредством в той или иной формы передачи КДЛ денежных средств внутри группы (КДЛ, которые привлечены в судебном порядке к субсидиарной ответственности по обязательствам получившего кредит Основного заемщика), затем не исключено обратное перераспределение кредитных денежных средств в пользу ФИО1 для оплаты ней долга по кредитному договору с тем расчетом, чтобы возникло суброгационное требование аффилированного лица к поручителя должника при наличии возможности произвести обратное перераспределение ресурсов в пользу заемщика.

он реализует, сообразуясь с задачами судебного разбирательства, предметом доказывания, целесообразностью их участия в деле и иными факторами, которые влияют на процесс. Отказ суда в привлечении в качестве третьего лица сам по себе не может являться безусловным основанием для отмены принятого судебного акт, если нет иных существенных обстоятельств (данные выводы основаны на позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.04.2019 № 307-ЭС19-3297 по делу № А66-13111/2017). Представитель кредитора ходатайствовал о вызове в качестве свидетеля риелтора ФИО11 Ответчик возражал против вызова свидетеля; представитель должника пояснил, что доверитель не сообщала риелтору о наличии задолженности перед кредиторами. Представитель должника пояснила, что деньги, полученные от реализации земельного участка, направлены на погашение иных текущих задолженностей. Представителем кредитора заявлены ходатайства об истребовании у должника документов, куда были потрачены денежные средства, вырученные от продажи участка; об истребовании у ответчика сведений о доходах ФИО3 и графика платежей по кредитному договору . Суд отказывает в удовлетворении заявленных ходатайств,

стоимость предмета залога признается ценой реализации (начальной продажной ценой) предмета залога при обращении на него взыскания. В кредитном договоре стороны оценили заложенное имущество в размере 331 000 руб. (пункты 1.6. кредитного договора). Поскольку ответчик о несогласии с указанной в договоре стоимостью автомобиля не заявляла, доказательств иной стоимости заложенного имущества не представляла, суд обоснованно определил начальную продажную цену заложенного имущества в размере 331 000 руб. Доводы жалобы о том, что судом не было распределено бремя доказывания, в том числе, в части представления ответчиком возражений относительно оценки заложенного имущества, противоречат материалам дела. При подготовке дела к судебному разбирательству, судья в определении от 13 октября 2016 года разъяснил участвующим в деле лицам их процессуальные права, определил обстоятельства, подлежащие доказыванию и распределил бремя их доказывания, возложив на ответчика обязанность представить возражения на исковые требования, в том числе: доказательства надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору , в случае несогласия с первоначальной продажной стоимостью заложенного

вещи может быть ее собственник, принимая во внимание документы, представленные истцом в материалы дела, суду первой инстанции, по мнению коллегии, следовало, руководствуясь положениями статей 56,57 ГПК РФ, предложить истцу представить дополнительные доказательства своим утверждениям о том, что Р является собственником предмета залога, и, следовательно, надлежащим залогодателем. Таким доказательством служит акт приема-передачи автомобиля продавцом покупателю - Р При подготовке настоящего дела судьей определены обстоятельства, подлежащие доказыванию и распределено бремя их доказывания. Согласно определению судьи о распределении бремени доказывания, обязанность доказать возникновение залога на истца не возлагалась, ему следовало лишь доказать основания для обращения взыскания на заложенное имущество, что связано с определением наличия или отсутствия вины ответчика в нарушении кредитного договора (определение, л.д. 5). Коллегия считает, что суд не исследовал в полной мере указанные обстоятельства. Дополнительные доказательства, подтверждающие, по мнению истца, факт передачи Р автомобиля, представлены суду апелляционной инстанции. В соответствии с п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении