об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 1 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по которым кассационная жалоба может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, установив, что общество не является добросовестным приобретателем спорного недвижимого имущества, являвшегося предметом кражи , судьба плит, как вещественных доказательств по уголовному делу, разрешена вступившим в силу приговором, которым хранящиеся на территории общества на ответственном хранении плиты возвращены ответчику, поскольку они образовывали дорогу и их владельцем являлся правопредшественник Управления, руководствуясь статьями 218, 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 36, 37, 38, 39, 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих
договору № 1 от 15.11.2011, завладело сельхозпродукцией – яйцом куриным, чем причинило ОАО «Птицефабрика «Вараксино» ущерб в размере 745 200 руб. ущерб. Кража (ст. 158 УК РФ) — тайное хищение чужого имущества. В соответствии с принципом субъективного вменения, хищение квалифицируется как кража в тех случаях, когда лицо, его совершающее, полагало, что действует тайно, даже если на деле его действия не являлись тайными. Объект - отношения к конкретной форме собственности, определенной принадлежности похищаемого имущества ( предмет кражи ) Объективная сторона - характеризуется тайным хищением (тайное ненасильственное изъятие чужого имущества). Указанное позволяет сделать вывод о том, что фактически груз собственнику груза причинен ущерба в результате неправомерных действий третьих лиц, что предусмотрено условиями Договор страхования гражданской ответственности экспедитора № 000037/2110/181 от 21.09.2013 Довод страховой компании о том, что она освобождается от выплаты страхового возмещения ввиду грубой неосторожности ответчика, передавшего груз, не убедившись, что перевозчиками, чья ответственность за вред, причиненный третьим лицам при осуществлении
«Эрлайн», как это явилось возможным в отношении ЗАО «Стройэнергосервис», являющегося собственником кв. 34, 51, 31 в указанном доме. В части допроса ФИО7, являющегося руководителем ООО «Эрлайн» и отрицающего свою причастность к деятельности указанной фирмы, необходимо принять во внимание вероятную дачу недостоверных показаний ввиду наличия возможных уголовных последствий для самого ФИО7 как руководителя от сокрытия доходов и неуплаты налогов указанной организацией. Вместе с тем, налоговым органом не проверен факт обращения ФИО7 в правоохранительные органы на предмет кражи паспорта. В заключении эксперта № 3653 от 12.08.2009 отсутствует однозначный утвердительный вывод о том, что подписи в документах, подвергшихся экспертизе, выполнены не ФИО7 Таким образом, факт подписания документов не ФИО7, а иным лицом, не подтвержден надлежащим образом почерковедческой экспертизой. Вместе с тем, согласно заключения эксперта № 3656 от 13.08.2009 сделан вывод о том, что в представленных ООО «Криптон» документах в отношении ООО «Эрлайн» и ООО «Мерката», подписи от имени лиц, значащихся руководителями названных организаций,
или неосторожности самого потерпевшего в совершении хищения в материалах дела не имеется. Ссылки ответчика в ответе на претензию о том, что предметом страхования является ответственность по пультовой охране, прямо противоречат содержанию страхового полиса, где отдельным пунктом от пункта ответственности по пультовой охране указано в качестве страхового случая возмещение страхователем вреда, причиненного его действиями имуществу третьих лиц, в т.ч. в результате утраты этого имущества. Поскольку истцу было передано по договору охраны на хранение имущество, составившее предмет кражи , то за его утрату по вине работников охранного предприятия вследствие ненадлежащей охраны ответственность перед третьим лицом наступила именно у истца. Соответственно у ответчика имеется обязанность выплатить истцу страховое возмещение. Иных обстоятельств в основание отказа в удовлетворении требований для проверки суду ответчик не заявил. Поскольку объектом страхования является ответственность за причинение вреда, то к спорным правоотношениям также подлежат применению правила главы 59 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ). В силу ст. 1082 ГК
собственника, которому необходимо выставить счет на демонтаж, мог только субъект, заказавший демонтаж контейнера –ФИО2 Договор на демонтаж содержится в материалах уголовного дела №12101250011000663. Мотивом предъявления иска является получение истцом неосновательного обогащения за счет предпринимателя и избежание ответственности за незаконное проникновение в чужое имущество – контейнер предпринимателя. Ответчик указал и на пропуск истцом срока исковой давности. 04.03.2020 года оперативная группа МО МВД «Усольский» опросила руководителей ООО «СибСервисЦентр» (в том числе и ФИО2) рынка «Оптовый» на предмет кражи имущества из принадлежащего предпринимателю контейнера, 12.03.2020 ИП ФИО3 выставляла счет на демонтаж контейнера ответчику как собственнику. Следовательно, уже в марте2020 года истец знал (должен был знать) о том, что собственником контейнера является ответчик. В ходе судебного разбирательства ответчик пояснил, что спорный контейнер на основании постановления следователя МО МВД «Усольский» был передан ему на ответственное хранение. Во исполнение определения суда представил копию договора на демонтаж павильона из материалов уголовного дела, а также копию договора аренды
стоянки, где он ночевал, (200 км федеральной трассы М 6 (Москва-Астрахань), кафе «Шашлычный двор», расположенное в Михайловском районе Рязанской области), он осмотрел машину и обнаружил, что замок и пломбы с правой створки двери прицепа повреждены и нарушена целостность двух пломб, после чего он вызвал сотрудников полиции. Вместе с прибывшими сотрудниками полиции в ходе осмотра места происшествия, сняли поврежденные средства идентификации, и произвели вскрытие грузового отсека прицепа, для осмотра товара, находящегося в указанном прицепе на предмет кражи . В ходе осмотра было обнаружено, что у крайнего паллета с товаром нарушена упаковка и отсутствует 1 коробка (предположительно с товаром - полотенца). Сотрудниками полиции были изъяты снятые с грузового отсека поврежденные ЗПУ № 7091758 10 и одна свинцовая пломба с оттиском 02676 ФТС, после чего им было написано заявление о краже товара (талон уведомление № 000953) и сообщено оперативному дежурному Владимирской таможни, который направил его на СВХ ООО «РОСТЭК Терминал» г. Рязань Восточный
судом доказательствами. По мнению автора жалобы, не могут быть положены в основу приговора показания ФИО1, данные в ходе предварительного расследования, поскольку они не подтверждены другими доказательствами. Находит противоречивыми показания потерпевшего С.А.И. и свидетеля Г.Р.Х. Полагает, что показания К.А.А., В.В.А. и Ш.А.В. являются недопустимыми доказательствами, поскольку эти должностные лица заинтересованы в исходе дела. Отмечает, что потерпевший обратился в полицию с заявлением о краже только 08 июля 2015 года. Ссылается на показания свидетеля Б.В.В. Полагает, что предмет кражи и его признаки не выяснены, а обвинительный приговор в отношении ФИО1 основан на предположениях. Просит приговор отменить, постановить оправдательный приговор. Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления и дополнения к нему, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения приговора. В соответствии с положениями ч. 1 ст. 297, ч. 2 ст. 17 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым; никакие доказательства
УПК РФ, суд указал, что в нарушение требований п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении по эпизоду кражи при описании совершенного Р.А. преступного деяния, предусмотренного п.п. «а, в» ч.2 ст.158 УК РФ, формулировка обвинения относительно направленности возникшего у обвиняемого умысла содержит существенные противоречия, из данной формулировки неясно, на хищение чего именно - автомашины или колес от нее – имелся умысел у Р.А. Кроме того, по мнению суда, в обвинительном заключении фактически не определен предмет кражи , являющийся элементом объективной стороны данного преступления. Между тем, как видно из текста обвинительного заключения, органами следствия Р.А. обвиняется в том, что 12 июня 2015 года примерно в 17 часов 00 минут у него и Ш.И. возник преступный умысел на кражу автомобиля ВАЗ 2101, государственный номер <***> регион 64, принадлежащего Б.Д. Реализуя возникший преступный умысел, Р.А. и Ш.И. вместе со своими знакомыми на автомобиле марки «Лада Гранта», принадлежащем последним, проследовали к <адрес> с целью
возвратом похищенного и его взыскание либо иное заглаживание вреда потерпевший не требует. Подсудимые привлекаются к уголовной ответственности впервые. Потерпевший каких-либо претензий к подсудимым не имеет, в связи с чем суд с учетом вышеприведенных обстоятельств не усматривает препятствий к прекращению уголовного дела по указанному основанию ввиду состоявшегося примирения между потерпевшим и подсудимыми. В связи с прекращением уголовного дела меру пресечения в виде подписки о невыезде, избранную в отношении обвиняемых, следует отменить. Вещественные доказательства по делу: предмет кражи - 14 штук напольной чугунной плитки типа ПН 700, переданные представителю потерпевшего ФИО6 на хранение, следует возвратить потерпевшему, автомобиль «Москвич-412», находящийся на хранении у законного владельца ФИО2, оставить у него, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОП №12 запорное устройство в виде навесного замка и металлической цепи, три гипсовых слепка со следами обуви и кроссовки с учетом мнения владельцев,следуетуничтожить,, резиновые калоши, хранящиеся там же – передать владельцу ФИО2, просившему об этом. На основании вышеизложенного,
20.07.2013 года между ФИО1 и ФИО4, заключен договор купли - продажи автомашины марки «Тойота Ленд Крузер Прадо», идентификационный номер №, год выпуска 2008, цвет белый. Денежные средства за транспортное средство были переданы ФИО4 до подписания договора купли-продажи транспортного средства в полном объеме. В это же день, 20.07.2013 года данная автомашина зарегистрирована в ГИБДД Республики Южная Осетия с государственными номерными знаками №. При постановки на учет в ГИБДД, купленную истцом автомашину проверяли сотрудники ГИБДД на предмет кражи и иных противоправных действий по данной сделке. Сотрудники ГИБДД также проверили номерные агрегаты купленной автомашины. Ранее, данная автомашины также стояла на учете в ГИБДД РСО и проверялась неоднократно сотрудниками ГИБДД. Истец указывает, что таким образом, им приняты все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждаемое имущество, а также, то что агрегаты данной автомашины соответствуют документам. 16 октября 2016 года в 08 часов 40 минут на СП ДПС-380 км ФАД «Кавказ» Предгорного района Ставропольского