Федерации. Управление направило в адрес финансового управляющего ответ от 27.08.2020 № 3/207714633368, в котором содержался отказ в предоставлении запрашиваемых финансовым управляющим сведений со ссылкой на то, что запрашиваемая информация относится к конфиденциальной информации с ограниченным доступом и не может быть предоставлена третьим лицам без письменного согласия субъекта персональных данных; запрашиваемая информация может быть предоставлена по письменному обращению ФИО3 и по запросу компетентных органов, в том числе суда. Не согласившись с отказом управления, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса, пунктами 7.8.10 статьи 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве») (далее – Закон о банкротстве), пунктом 1 статьи 17, пунктом 6 статьи 5 Федерального закона от 07.92.2011 № 3-ФЗ «О полиции », статьями 3,7, 14 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее – Закон о
супруги должника ФИО4 гражданства Российской Федерации, а также ее паспортных данных в случае наличия гражданства Российской Федерации. Управление направило в адрес финансового управляющего ответ от 27.08.2020 № 3/207714633368 об отказе в предоставлении сведений со ссылкой на то, что запрашиваемая информация относится к конфиденциальной информации с ограниченным доступом и не может быть представлена третьим лицам без письменного согласия субъекта персональных данных; запрашиваемая информация может быть предоставлена по письменному обращению ФИО4 и по запросу компетентных органов, в том числе суда. Финансовый управляющий, не согласившись с отказом, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия у финансового управляющего права на получение информации о частной жизни гражданина, содержащейся в базах данных полиции . При этом суды отметили, что финансовый управляющий вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об истребовании доказательств у третьих лиц. Отменяя решение первой и постановление апелляционной
о банкротстве, с ходатайством об истребовании доказательств у третьих лиц. Отменяя судебные акты, суд округа сослался на то, что финансовый управляющий в силу Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» обладает правом на обращение в государственные органы, к числу которых относится управление, с запросом о предоставлении информации о паспортных данных гражданина Российской Федерации, являющегося супругой должника. Без получения соответствующих данных в отношении ФИО6 реализация обязанности финансового управляющегося по выявлению имущества должника, находящегося в совместной собственности с его супругой, становится невозможной. Между тем судом округа не учтено следующее. В соответствии с требованиями, установленными законодательством Российской Федерации в области персональных данных, полиция для выполнения возложенных на нее обязанностей вправе обрабатывать данные о гражданах и вносить в банки данных о гражданах полученную информацию, состав которой обусловлен функциями полиции (часть 1 статьи 17 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Закон о полиции)). Формирование и ведение таких банков
в ИЦ УМВД России по Приморскому краю с запросом о предоставлении сведений об уголовных делах, возбужденных по заявлению руководителя ООО «Дальинторг» или его работников, и об уголовных делах в отношении руководителя ООО «Дальинторг» – ФИО2 Отказывая в предоставлении запрошенной информации, информационный центр сослался на то, что такая информация, в силу Указа Президента РФ от 23.09.2005 № 111 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера» относится к персональным данным, поэтому выдается только по запросам правоохранительных органов, судов (судей), органов прокуратуры или личному заявлению гражданина. Арбитражный управляющий ФИО1 в обоснование своих требований указывает на то, что законодательство о банкротстве, в силу пункта 3 статьи 232 Закона о банкротстве, является специальным, имеющим преимущество перед Законом о полиции и Законом о персональных данных, а пункт 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве определяет правомочия арбитражного управляющего независимо от процедуры банкротства, для проведения которой он утвержден. Между тем, указанные доводы правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, как основанные
прямо противоречит материалам дела. Согласия же на обработку персональных данных и их предоставление истцу, лица, в отношении которых он хочет получить персональные данные, перечень им не определен, не давали, доказательства обратного в деле отсутствуют, соответственно, его требования удовлетворению не подлежат. Аналогичная в целом позиция изложена в судебных актах по делам №А05- 1153/2020, № А05-12185/2022. Кроме того, действительно части 8 статьи 9 Закона № 152-ФЗ предусматривает возможность получения оператором данных персональных данных от лиц не являющихся субъектом персональных данных в указанных в части 1 статьи 6 Закона № 152-ФЗ случаях. Вместе с тем, данная норма не налагает на всех других операторов персональных данных предоставлять просителю, являющемуся оператором, необходимую ему информацию, если ее предоставление противоречит нормативно – правовым актам, регулирующим их деятельность. В данном случае в части предоставления регистрационных данных о месте жительства физических лиц ответчики руководствуются Законом о полиции , Законом о праве граждан на свободу передвижения, Административным регламентом МВД РФ
