"О свободе совести и о религиозных объединениях" и пункта 5 статьи 19 Закона Республики Татарстан "О свободе совести и о религиозных объединениях". Заявителем оспаривались законоположения, согласно которым публичные богослужения, другие религиозные обряды и церемонии, проводимые вне культовых зданий и сооружений и относящихся к ним территорий, иных мест, предоставленных религиозным организациям для этих целей, вне мест паломничества, учреждений и предприятий религиозных организаций, кладбищ и крематориев, а также жилых помещений, осуществляются в порядке, установленном для проведениямитингов, шествий и демонстраций. Оспоренные положения признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой ими вводится в качестве общего правила уведомительный порядок проведения молитвенных и религиозных собраний как разновидности публичных религиозных мероприятий в иных, помимо указанных в пунктах 1 - 4 статьи 16 оспоренного Федерального закона (аналогичных по нормативному содержанию пунктах 1 - 4 статьи 19 оспоренного Закона Республики Татарстан) местах. Вместе с тем своим решением Конституционный Суд признал оспоренные нормативные положения
совершенного правонарушения, имущественное положение правонарушителя, а также иные имеющие существенное значение для индивидуализации ответственности обстоятельства и тем самым обеспечить назначение справедливого и соразмерного наказания. Признать взаимосвязанные положения пунктов 4, 7, 8, 9 и 10 статьи 1 Федерального закона "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", предусматривающие обязательные работы в качестве вида административного наказания за нарушения, связанные с организацией либо проведением собраний, митингов, демонстраций, шествий и пикетирования или организацией массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка: в той мере, в какой они не связаны с вторжением в имущественные права граждан, не предполагают лишение правонарушителя свободы и не являются недопустимым способом принуждения к труду, соответствующими Конституции Российской Федерации; в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования назначение данного вида административного наказания допускается не только в случае причинения вреда здоровью
административных правонарушений, которые имеют общий объект посягательства (установленный порядок организации либо проведения публичного мероприятия), но существенно различаются по объективной стороне и по субъекту противоправных деяний, что находит отражение и в предусмотренных за их совершение административных наказаниях (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2017 года N 2-П). Основанием административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 20.2 КоАП Российской Федерации, является организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, за исключением случаев, связанных с организацией либо проведением несанкционированных собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования в непосредственной близости от территории ядерной установки, радиационного источника или пункта хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ либо с активным участием в таких публичных мероприятиях, если это осложнило выполнение работниками указанных установки, источника или пункта своих служебных обязанностей или создало угрозу безопасности населения и окружающей среды. Учитывая, что положения части 2 статьи 20.2 КоАП Российской Федерации, равно как и большинства
объяснения представителей сторон, выступление полномочного представителя Правительства Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.Ю. Барщевского, выступления приглашенных в заседание представителей: от Министерства внутренних дел Российской Федерации - Ю.Н. Демидова, от Генерального прокурора Российской Федерации - Т.А. Васильевой, от Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации - В.К. Михайлова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил: 1. Согласно части второй статьи 20.2 КоАП Российской Федерации нарушение установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования влечет наложение административного штрафа на организаторов в размере от одной тысячи до двух тысяч рублей; на участников - от пятисот до одной тысячи рублей. В соответствии с Федеральным законом от 19 июня 2004 года N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" организатор публичного мероприятия обязан обеспечивать соблюдение условий проведения публичного мероприятия, указанных в уведомлении о проведении публичного мероприятия или измененных в результате согласования с органом исполнительной власти субъекта
Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева, руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 47.1, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке конституционности части 1 статьи 7 Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях". Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина А.Н. Якимова. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявителем законоположения. Заслушав сообщение судьи-докладчика Н.С. Бондаря, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил: 1. Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 19 июня 2004 года N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях
ФИО4, просивших обжалуемое судебное постановление оставить без изменения, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Засеевой Э.С., полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным и поэтому не подлежащим отмене, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации установила: ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением о признании не действующей статьи 5 Закона Тамбовской области от 6 декабря 2012 года № 220-3 в части установления в пунктах 1-3, 5, 6, 7 запрета проведениямитингов, шествий , демонстраций на территориях, непосредственно прилегающих к зданиям, объектам детских площадок, остановочным пунктам общественного транспорта, настаивая на том, что в этой части правовое регулирование противоречит части 2.2 статьи 8 и части 3 статьи 12 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», приводит к неравенству прав перед законом, поскольку произвольно расширяет список мест, в которых запрещено проведение публичного мероприятия, при этом формулировка «территории, непосредственно прилегающие»
функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, создать помехи движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры (часть 22 статьи 8 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ). Пунктом 3 статьи 21 Закона Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 8 июня 2009 года № 81-оз «Об отдельных вопросах проведения публичного мероприятия в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре» установлен запрет на проведениемитингов, шествий и демонстраций на территориях, прилегающих ближе чем на 50 метров к образовательным организациям. Конституционный Суд Российской Федерации, оценивая в постановлении от 1 ноября 2019 года № 33-П по делу о проверке конституционности пунктов 1 и 6 статьи 5 Закона Республики Коми от 29 ноября 2012 года № 91-РЗ «О некоторых вопросах проведения публичных мероприятий в Республике Коми» в связи с жалобами граждан ФИО3 и ФИО4 соответствие Конституции Российской Федерации пункта 6 статьи 5
о проведении публичного мероприятия подается его организатором в письменной форме в уполномоченные Правительством Санкт-Петербурга исполнительные органы государственной власти Санкт-Петербурга в срок, установленный Законом № 54-ФЗ. Частью 2.2 статьи 8 Закона № 54-ФЗ (в редакции, действовавшей на момент возникновения обстоятельств, послуживших основанием для возбуждения дела об административном правонарушении) установлено, что в целях защиты прав и свобод человека и гражданина, обеспечения законности, правопорядка, общественной безопасности законом субъекта Российской Федерации дополнительно определяются места, в которых запрещается проведение собраний, митингов, шествий , демонстраций, в том числе если проведение публичных мероприятий в указанных местах может повлечь нарушение функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, создать помехи движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры. Статьей 5-2 Закона Санкт-Петербурга № 390-70 определено, что в соответствии с частью 2.2 статьи 8 Закона № 54-ФЗ в случае, если проведение публичных мероприятий может повлечь нарушение прав и свобод
демонстрации, шествия или пикетирования, закрепляет права и обязанности организатора публичного мероприятия (статьи 5, 7, 9, 11), участников публичного мероприятия (статья 6), а также органов публичной власти и их должностных лиц (статьи 12 - 17). Данным положениям корреспондируют положения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которыми предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях (статьи 5.38, 20.2), в том числе ответственность участника публичного мероприятия за нарушение установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования (части 5 и 6 статьи 20.2). При этом в силу общих положений данного кодекса (часть 1 статьи 2.1) ответственность участника публичного мероприятия может наступать только в случае совершения им противоправных, виновных действий или его противоправного, виновного бездействия. Участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем (часть 1 статьи 6 Закона № 54-ФЗ). В соответствии с частью 3
просивших обжалуемое судебное постановление оставить без изменения, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Засеевой Э.С., полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным и поэтому не подлежащим отмене, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации установила: Жилкин В.В. обратился в суд с административным исковым заявлением о признании не действующей статьи 5 Закона Тамбовской области от 6 декабря 2012 года № 220-3 в части установления в пунктах 1-3, 5, 6, 7 запрета проведениямитингов, шествий , демонстраций на территориях, непосредственно прилегающих к зданиям, объектам детских площадок, остановочным пунктам общественного транспорта, настаивая на том, что в этой части правовое регулирование противоречит части 2.2 статьи 8 и части 3 статьи 12 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», приводит к неравенству прав перед законом, поскольку произвольно расширяет список мест, в которых запрещено проведение публичного мероприятия, при этом формулировка «территории, непосредственно прилегающие»
функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, создать помехи движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры (часть 22 статьи 8 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ). Пунктом 3 статьи 21 Закона Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 8 июня 2009 года № 81-оз «Об отдельных вопросах проведения публичного мероприятия в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре» установлен запрет на проведениемитингов, шествий и демонстраций на территориях, прилегающих ближе чем на 50 метров к образовательным организациям. Конституционный Суд Российской Федерации, оценивая в постановлении от 1 ноября 2019 года № 33-П по делу о проверке конституционности пунктов 1 и 6 статьи 5 Закона Республики Коми от 29 ноября 2012 года № 91-РЗ «О некоторых вопросах проведения публичных мероприятий в Республике Коми» в связи с жалобами граждан М.С. Седовой и В.П. Терешонковой соответствие Конституции Российской Федерации пункта 6
о проведении публичного мероприятия подается его организатором в письменной форме в уполномоченные Правительством Санкт-Петербурга исполнительные органы государственной власти Санкт-Петербурга в срок, установленный Законом № 54-ФЗ. Частью 2.2 статьи 8 Закона № 54-ФЗ (в редакции, действовавшей на момент возникновения обстоятельств, послуживших основанием для возбуждения дела об административном правонарушении) установлено, что в целях защиты прав и свобод человека и гражданина, обеспечения законности, правопорядка, общественной безопасности законом субъекта Российской Федерации дополнительно определяются места, в которых запрещается проведение собраний, митингов, шествий , демонстраций, в том числе если проведение публичных мероприятий в указанных местах может повлечь нарушение функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, создать помехи движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры. Статьей 5-2 Закона Санкт-Петербурга № 390-70 определено, что в соответствии с частью 2.2 статьи 8 Закона № 54-ФЗ в случае, если проведение публичных мероприятий может повлечь нарушение прав и свобод
демонстрации, шествия или пикетирования, закрепляет права и обязанности организатора публичного мероприятия (статьи 5, 7, 9, 11), участников публичного мероприятия (статья 6), а также органов публичной власти и их должностных лиц (статьи 12 - 17). Данным положениям корреспондируют положения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которыми предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях (статьи 5.38, 20.2), в том числе ответственность участника публичного мероприятия за нарушение установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования (части 5 и 6 статьи 20.2). При этом в силу общих положений данного кодекса (часть 1 статьи 2.1) ответственность участника публичного мероприятия может наступать только в случае совершения им противоправных, виновных действий или его противоправного, виновного бездействия. Участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем (часть 1 статьи 6 Закона № 54-ФЗ). В соответствии с частью 3
Кодекса граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемые действия (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, создают иные препятствия для их осуществления. Апелляционный суд установил, что обжалуемое постановление касается политических прав граждан на проведение собраний, митингов, демонстраций, шествий и пикетирования, гарантированных статьей 31 Конституции Российской Федерации и не связано с осуществлением Обществом предпринимательской деятельности. В связи с этим суд пришел к выводу, что производство по делу подлежит прекращению на основании пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Вывод апелляционного суда соответствует имеющимся в деле документам и не противоречит им. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в
что ФИО1, действительно принимал участие в шествии и в митинге, и как участник шествия и митинга вместе с другими участниками, следовал от площади «50 лет Октября» г. Иркутска до сквера им. Кирова г. Иркутска, при этом им и участниками шествия и митинга нарушались правила дорожного движения, неоднократно осуществлялось движение по пешеходным переходам на запрещающий сигнал светофора, тем самым создавались реальные помехи движению автотранспорта и пешеходам, при этом ФИО1, снимал на камеру сотового телефона проведение митинга, шествия и прохождение колонны демонстрантов пешеходных переходов, улиц, перекрестков улиц г. Иркутска в нарушение правил дорожного движения. Исследованные судом доказательства, являются относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку получены в соответствии с требованиями КоАП РФ, не доверять им у суда нет оснований, поскольку согласуются между собой, дополняя друг друга. Вопреки доводам защитника Боброва С.П. протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1, соответствует требованиям, предъявляемым к данному процессуальному акту ст. 28.2 КоАП РФ и 28.5 КоАП РФ,
делу об административном правонарушении, - ФИО1, защитника-адвоката Зайцева Р.О., представившего ордер №... от ДД.ММ.ГГГГ и удостоверение №..., УСТАНОВИЛ: В Центральный районный суд г.Волгограда из ОП-4 УМВД России по г.Волгограду поступил административный материал в отношении ФИО1 о совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.20.2 ч.1 КоАП РФ. Как следует из протокола об административном правонарушении, ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 20 минут ФИО1, находясь на проспекте им.В.И.Ленина на остановке транспорта «Площадь Ленина» напротив ... Центральном районе г.Волгограда, организовал проведение митинга (шествия ), не согласовав его надлежащим образом в государственных органах, количество участвующих лиц пятьсот человек, чем нарушил ст. 7 Федерального закона №... от ДД.ММ.ГГГГ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях, пикетированиях». Ответственность за данное нарушение предусмотрена по ст.20.2 ч.1 КоАП РФ. В судебном заседании лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, - ФИО1 вину в совершении указанного административного правонарушения не признал, пояснив при этом, что после получения запрета на проведение митинга,
функционированию объектов транспортной инфраструктуры. Доводы жалобы о том, что судьей не были устранены противоречия в части указания даты события правонарушения, судом не принимаются, поскольку обстоятельства даты совершения правонарушения подробно выяснялись судьей районного суда, в том числе при опросе должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, исходя из совокупности доказательств, судом в постановлении была уточнена дата совершения правонарушения – 31.07.2016 г. ФИО1 подача уведомления о проведении митинга, шествия, назначенных на 31.07.2016 г. и фактическое проведение митинга, шествия в дату 31.07.2016 г. не оспаривались. Доводы ФИО1 о том, что в протоколе не указан закон, по которому он привлечен к административной ответственности, также подлежат отклонению, поскольку судом первой инстанции в ходе судебного разбирательства было установлено, что при привлечении к административной ответственности использован типографский бланк протокола, содержащий указание и на Кодекс и на Закон об административных правонарушениях в Новосибирской области, однако, из содержания протокола следует, что протокол составлен в соответствии со ст. 28.2
