Расторжение договора лишение лицензии - гражданское законодательство и судебные прецеденты

Суды квалифицировали допущенные ответчиками нарушения обязательств по договору аренды лесного участка в качестве существенных, влекущих возникновение у арендодателя права на инициирование расторжения договора в судебном порядке; признали самовольными постройками расположенные на лесном участке объекты. Отклоняя доводы об истечении срока исковой давности по заявленным требованиям, судебные инстанции сослались на рекомендаций, содержащихся в пункте 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2010 № 143 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым иск о сносе самовольной постройки, предъявленный в защиту своего права на земельный участок лицом, которое не лишено владения этим участком, следует рассматривать как требование, аналогичное требованию собственника или иного законного владельца об устранении всяких нарушений его прав в отношении принадлежащего ему земельного участка, не связанных с лишением владения; поэтому к такому иску подлежат применению правила статьи 208 Гражданского кодекса. Выражая свое несогласие с выводами судов, заявители указывают, что

деятельности соинвестору. Условием прекращения любого договора в одностороннем порядке путем отказа от договора в соответствии с пунктом 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является направление в письменном виде уведомления об отказе от договора. Согласно данной норме права, датой прекращения договора является получение уведомления другой стороной договора. В соответствии с пунктом 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По условиям инвестиционных контрактов соинвестор вправе досрочно расторгнуть договор: при лишении инвестора лицензии на право производства работ; при не исполнении, ненадлежащем исполнении инвестором своих функций согласно договору (пункты 5.2., 5.3). При расторжении договора соинвестор обязан направить инвестору уведомление о расторжении с указанием причин и даты расторжения, которая не может быть ранее чем через 30 календарных дней с момента отправки уведомления; по истечении указанного срока договор считается расторгнутым (пункты 5.3, 5.4. контрактов). Согласно пунктам

заявитель указывает, что неоднократно обращался в Министерство с заявлениями о предоставлении отсрочки, рассрочки арендных платежей в связи с временным тяжелым финансовым положением. Ответчик также указывает, что погашает задолженность в полном объеме, несмотря на несвоевременное внесение арендной платы. Кроме того общество «Гранит Стоун» обращает внимание суда на то, что данное общество имеет лицензию на добычу полезных ископаемых, обязательным условием которой является наличие заключенного договора аренды земельного участка для разработки месторождения полезных ископаемых, расторжение договора аренды может повлечь незаконное лишение лицензии . По мнению ответчика, несвоевременная оплата по договору достаточным основанием для удовлетворения иска не является. Министерством представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором данная сторона просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность изложенных в ней доводов. К отзыву приложены расчет неустойки по договору аренды, а также справка о размере задолженности по состоянию на 20.12.2021. Приложение истцом указанных документов к отзыву на апелляционную жалобу расценено

по исковому заявлению открытого акционерного общества «Аэропорт Астрахань», г. Астрахань, к открытому акционерному обществу «Авиакомпания «Астраханские авиалинии», г. Астрахань, о расторжении договора аренды, УСТАНОВИЛ: Открытое акционерное общество «Аэропорт Астрахань», г. Астрахань, (далее – истец), обратилось а Арбитражный суд Астраханской области с иском к открытому акционерному обществу «Авиакомпания «Астраханские Авиалинии», г. Астрахань, (далее – ответчик) о расторжении договора аренды от 16 июля 2005 года № 01-06.05 ССТ спецавтотранспорта. Исковые требования основаны тем, что ответчик не может использовать специальные транспортные средства, ранее переданное ему истцом по договору аренды, для обслуживания полетов, в связи с лишением его лицензии . Решением от 23 октября 2007 года Арбитражного суда Астраханской области, оставленного без изменения постановлением от 26 декабря 2007 года Двенадцатого арбитражного апелляционного суда, иск удовлетворен. Договор аренды спецавтотранспорта от 16 июля 2005 года № 01-06.05 ССТ расторгнут. В кассационной жалобе ответчика, поданной в Федеральный арбитражный суд Поволжского округа, предлагается решение суда первой инстанции и

у него права на расторжение лицензионного договора от 01.10.2014. Данное утверждение истец по первоначальному иску обуславливает тем, что в отсутствие согласованных сторонами заявок у него отсутствовала возможность выкупа у ответчика по первоначальному иску конкретного товара, отказ ответчика по первоначальному иску от согласования заявок истца осуществлен по его вине и исключает возникновения у него прав на расторжение лицензионного договора со ссылкой на отсутствие выкупа товара. При этом недобросовестность ответчика общество ТД «Милана» усматривает в необоснованном получение преимуществ и выгоды путем освобождения от взятых на себя обязательств по поставке товара только обществу ТД «Милана» и лишении его возможности использования товарного знака, исключительное право на который принадлежит ответчику. С точки зрения общества ТД «Милана», суды первой и апелляционной инстанций, делая вывод о злоупотреблении правом с его стороны и о добросовестности общества «Фирма «Гигиена», не оценили представленные в материалы дела доказательства, не учли выводы, изложенные в судебных актах по делам № А60-30259/2017, №

образовательным организациям осуществляются на основании заявлений руководителей указанных организаций и предприятий в соответствии с нормами их обеспечения таким оружием, установленными Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации. Следовательно, вопреки доводам заявителя жалобы, основанием для аннулирования выданных обществу разрешений на хранение и использование оружия и патронов к нему послужило не само по себе расторжение договора с Федерацией практической стрельбы России, а то обстоятельство, что связи с таким расторжением общество утрачивает право пользования Нормами обеспечения, утвержденными Федерацией, что в свою очередь в силу п.21 Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории РФ означает лишение права заявителя на приобретение оружия и патронов к нему. Вопреки мнению апеллянта, связь между законным использованием оружия и спортом, в котором ООО ССК «ЦСП» осуществляло деятельность, утрачена именно после расторжения ОСОО «ФПСР» с ООО ССК «ЦСП» вышеуказанного Договора о сотрудничестве № 339 от 20.10.2020. Иными видами спорта, связанными с использованием оружия (в

3 ст. 160 УК РФ (растрата денежных средств по договорам ремонта) к 2 годам лишения свободы, со штрафом в размере 10000 рублей; по ч. 1 ст. 285 УК РФ к 3 годам лишения свободы; по ст. 289 УК РФ (выразившееся в необоснованном расторжении договоров) к штрафу в размере 200000 рублей; по ст. 289 УК РФ (выразившееся в заключении договоров) к штрафу в размере 200000 рублей. От отбывания наказаний ФИО1 по ст. ст. 289, 289 УК РФ освобожден в связи с истечением сроков давности. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы, условно с испытательным сроком на 2 года, со штрафом в размере 20000 рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций на срок 2 года. Взыскано со ФИО1 в счет

учебный год. Стоимость платных образовательных услуг университета, предоставляемых студенту в каждом последующем учебном году, определялась согласно положениям, установленным в договоре от ДД.ММ.ГГГГ. Указанные обстоятельства подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в решении суда первой инстанции. Рассматривая доводы истца о расторжении договора на предоставление образовательных услуг в связи с не прохождением государственной итоговой аттестации и не могут быть приняты судебной коллегией во внимание при разрешении настоящего спора, поскольку из материалов дела следует, что ответчиком о не получении аккредитации в ДД.ММ.ГГГГ по специальности ДД.ММ.ГГГГ были проинформированы все студенты. При этом из материалов дела следует, что ФИО4 отказался от получения указанного уведомления. ДД.ММ.ГГГГ студенты ВУЗа были повторно проинформированы о лишении ВолгГТУ аккредитации по указанной специальности. Образовательным учреждением организован перевод студентов на другие факультеты ВолгГТУ, а также в иные образовательные учреждения как в рамках работы ответчика так и путем самостоятельного перевода обучающихся. ФИО4 отказался от перевода на другую специальность и в другое

образования» на третьем курсе с последующей ликвидацией академической задолженности. Вместе с тем, ФИО1 от перевода отказался и обратился с заявлением о расторжении договора, в связи с чем приказом директора филиала от <дата> был отчислен из РГППУ в связи с расторжением договора по инициативе обучающегося на основании его личного заявления. Проанализировав условия заключенного сторонами договора, установив обстоятельства его исполнения и расторжения, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при заключении договора истцу была предоставлена необходимая информация о действующей лицензии РГППУ и свидетельстве о государственной аккредитации, что действия РГППУ при лишении аккредитации по одному из направлений обучения соответствовали требованиям, предусмотренным Федеральным законом от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», а также Приказом Минобрнауки России от 14.08.2013 N 957, после лишения аккредитации истец продолжил свое обучение, в связи с чем обязан оплатить оказанные ему образовательные услуги за фактический период обучения, при этом отказ от договора заявлен истцом по собственному