а также его предпринимательскими рисками. Установив, что истцом в материалы дела не представлены достаточные доказательства, подтверждающие фактически оказанные им услуги в рамках спорного договора, документально обоснованный расчет требований в материалах дела отсутствует, суды первой и апелляционной инстанций, сочли требования первоначального иска в части взыскания основного долга в размере 920 000 руб., не подлежащим удовлетворению. Отказывая в удовлетворении встречного иска, суды первой и апелляционной инстанций, установив, что отказ ООО «ГК «Юрэнерго» от договора был мотивирован неисполнением ответчиком существенных условий контракта, а именно: исполнителю не переданы документы, необходимые для исполнения договора, в свою очередь пунктом 19 статьи 95 Федерального закона № 44-ФЗ от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и пунктом 8.8 спорного Договора предусмотрено право Исполнителя на односторонний отказ от Договора, в связи, с чем сочли данное требование не подлежащим удовлетворению. Отказывая в части требования о переквалификации одностороннего отказа от договора,
противоречащих здравому смыслу. Напротив, спор являлся значимым как с позиции суммы требований (40 млн.рублей для лица, не являющегося директором должника или его акционером), так и с позиции наличия обвинения в недобросовестности ФИО1 при оказании им юридических услуг судебного представительства. Поскольку заявители претензии к данному соответчику ФИО1 (по требованию о взыскании убытков) исходя из аргументации подозрительности и его недобросовестности как лица, оказывающего юридические услуги (а не как к должностному лицу), неординарный характер такого спора и риски переквалификации обстоятельств в рамках процесса по банкротству юридического лица (заказчика услуг ФИО1), вызывал существенные опасения и затруднения. По мнению суда первой инстанции, условия о привлечении услуг судебного представительства на период разрешения спора по существу, являются обычными условиями, обусловленными необходимостью получения надлежащей помощи в течение всего периода рассмотрения дела. С учетом изложенного, размер расходов на представителя в сумме 25 000 рублей является разумным и соответствует размеру расходов на представителя при сравнимых обстоятельствах, обычно взимаемых за аналогичные
«ОША» следует, что для осуществления и ведения бухгалтерского учета и подготовки отчетности (бухгалтерской, налоговой, в пенсионный фонд, фонд социального страхования, органы статистики) требуются специальные бухгалтерские, экономические познания. Привлечение юристов также обусловлено целями конкурсного производства (необходимость взыскания дебиторской задолженности в судебном порядке, сопровождение проведения торгов, оспаривание сделок и пр.). Указанные лица не являются индивидуальными предпринимателями, а учитывая их ежедневную занятость при работе по процедуре банкротства ООО «ОША», заключение договоров гражданско-правового характера с физическими лицами влечет риск переквалификации таких отношений в трудовые с последующим привлечением организации к ответственности. Таким образом, заключение трудовых договоров было обосновано с точки зрения соблюдения действующего законодательства и прав привлекаемых для работы специалистов. С привлеченными специалистами были заключены срочные трудовые договоры, что допустимо в силу положений статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом в данном случае суд приходит к выводу о том, что разумного обоснования необходимости заключения с гражданами трудовых договоров, невозможности привлечения специалистов на основании гражданско-правовых
Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан» и исходили из того, что факт наступления страхового случая ввиду утраты груза подтвержден имеющимися в деле доказательствами; ответственность перевозчика в данном случае застрахована за все риски; страховая компания не доказала наличие объективных оснований (умысла страхователя), освобождающих ее от выплаты страхового возмещения; условия Правил страхования не определяют лицо, уполномоченное давать квалификацию события, имеющего признаки преступления, в целях его отнесения или исключения из состава застрахованных рисков; предварительная оценка следователя об обстоятельствах хищения груза, указанная в постановлении от 02.03.2022, не имеет юридической силы и не лишает права страхователя (выгодоприобретателя) требовать возмещения причиненного ущерба; доказательств правильной переквалификации следователем совершенного хищения в качестве мошенничества страховой компанией (как профессиональным участником отношений по страхованию и сильной стороной в договоре) не представлено; соответствующая квалификация уголовного деяния может быть установлена исключительно приговором суда в силу части 4 статьи 69 АПК РФ. Проверяя доводы
трудом вышеуказанных граждан, в целях пополнения налогов". Аналогичные выводы содержатся в Постановлениях ФАС Московского округа от 19.01.2010 N КА-А41/14899-09 по делу N А41/1844/09, от 26.10.2009 N КА-А40/11308-09. 2. Когда заказчик (работодатель), заключая гражданско-правовой договор, не уверен в том, что исполнителю (работнику) не вздумается вдруг попытаться переквалифицировать заключенный договор на трудовой. В этом случае иски о переквалификации могут быть предъявлены как со стороны исполнителя (работника), так и со стороны налоговых органов. Причем в этих случаях риск переквалификации договора в трудовой существенно возрастает. Таким образом, основным практическим критерием разграничения трудового и гражданско-правового договоров является направленность воли сторон возникающих отношений, а именно направленность воли работника (исполнителя) - желал ли он работать по трудовому или же по гражданско-правовому договору. Так, например, Московским областным судом (Определение от 16.09.2010 по делу N 33-17882) отменено решение Люберецкого городского суда Московской области от 22.06.2010, которым были удовлетворены требования работника об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую
ФИО2 от подписания соответствующего договора купли-продажи и о возврате денежных средств на депозит нотариуса ФИО7 в размере 8 410 080,11 рублей. В качестве препятствия для переквалификации с предварительного договора купли-продажи на договор купли-продажи с условием о предварительной оплате является наличие в предварительном договоре условия, обязывающего совершить платеж с обеспечительной функцией. Критерий существенности размера уплаченных сумм был рассчитан на возможность применения в предварительном договоре обеспечительного платежа, составляющего несущественную сумму по отношению к цене договора, без рискапереквалификации . Обеспечительная цель платежа действительно может блокировать переквалификацию, если платеж вносится для покрытия возможных обязательств по уплате штрафа или возмещения убытков на случай срыва предварительного договора, а также в счет возможных дополнительных денежных обязательств, которые могут возникнуть при заключении основного договора (например, по возмещению потерь или расходов). Однако обозначение сторонами обеспечительной цели такой выплаты не всегда должно препятствовать применению концепции переквалификации. В большинстве случаев на практике обеспечительные суммы, выплачиваемые в рамках предварительного договора, реализуют
