положения статьи 32 Федерального закона, которые определяют условия введения мер, затрагивающих внешнюю торговлю товарами и не носящих экономического характера. К таким мерам относится лицензирование, установленное в случаях, предусмотренных пунктом 2 части 1 статьи 24 Федерального закона. При этом перечень отдельных видов товаров устанавливается международными договорами и иными федеральными законами. Так, лицензирование лекарственных средств, ввозимых на таможенную территорию Российской Федерации и помещаемых под таможенный режим таможенного склада, является ограничением, не носящим экономического характера, применяемым с учетом статей 1, 4, 6 Федерального закона от 22 июня 1998 года N 86-ФЗ "О лекарственных средствах" в целях обеспечения безопасности в сфере обращения лекарственных средств. К мерам экономического или не носящим экономического характера может относиться в зависимости от целей введения лицензирование, устанавливаемое в случаях предоставления исключительного права на экспорт и (или) импорт отдельных видов товаров (пункт 3 части 1 статьи 24 Федерального закона), и в зависимости от содержания соответствующего международного договора лицензирование, устанавливаемое в
на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. Основываясь на вышеизложенном, если расходы на разработку национального стандарта, соответствующего сфере деятельности налогоплательщика - разработчика данного национального стандарта, документально подтверждены, и, кроме того, налогоплательщик намерен получить экономический эффект в результате применения разработанного национального стандарта, обеспечив тем самым соблюдение требований технического регламента (а следовательно, обеспечив качество продукции, формирование благоприятного имиджа как производителя качественной продукции и, как следствие, расширение рынка сбыта продукции), с учетом статей 252 и 264 Кодекса указанные расходы могут быть учтены для целей налогообложения прибыли в составе прочих расходов, связанных с производством и реализацией. С.Д.ШАТАЛОВ ------------------------------------------------------------------
МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ КАЗНАЧЕЙСТВО ПИСЬМО от 22 декабря 2014 г. N 42-7.4-05/3.5-785 О РАБОТЕ В РАМКАХ ДЕЙСТВИЯ ПРИКАЗОВ ФЕДЕРАЛЬНОГО КАЗНАЧЕЙСТВА ОТ 14.09.2009 N 210 И ОТ 16.12.2010 N 352 В УСЛОВИЯХ НАЧАЛА НОВОГО ФИНАНСОВОГО ГОДА В дополнение к Графику совершения операций в конце 2014 года - начале 2015 года, составленному в соответствии с нормативными правовыми актами Министерства финансов Российской Федерации, Государственного секретаря Союзного государства, Центрального банка Российской Федерации, Федерального казначейства и с учетом статей Соглашения об установлении и применении в Таможенном союзе порядка зачисления и распределения ввозных таможенных пошлин (иных пошлин, налогов и сборов, имеющих эквивалентное действие) от 20 мая 2010 г. и направленному в территориальные органы Федерального казначейства (далее - ТОФК) письмом от 11 декабря 2014 г. N 42-7.4-05/3.5-753, Федеральное казначейство сообщает следующее. 1. 31 декабря 2014 г. Консолидированные заявки на перечисление средств со счета, открытого Федеральному казначейству на балансовом счете N 40105 "Средства федерального бюджета"
праву от 10 декабря 1982 года, которые касаются сохранения трансграничных рыбных запасов и запасов далеко мигрирующих рыб и управления ими, подписанное в г. Нью-Йорке 4 декабря 1995 г., со следующим заявлением: "1. Российская Федерация заявляет, что процедуры урегулирования споров, упомянутые в статье 30 Соглашения, понимаются ею как включающие все положения Части XV Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву, применимые к рассмотрению споров между государствами - участниками Соглашения. 2. Российская Федерация заявляет, что с учетом статей 42 и 43 Соглашения она возражает против всех деклараций и заявлений, которые были сделаны в прошлом и могут быть сделаны в будущем при подписании, ратификации Соглашения или присоединении к нему, а также по любому иному поводу в связи с Соглашением, которые не соответствуют положениям статьи 43. Российская Федерация исходит из того, что подобные декларации и заявления, в какой бы форме они ни были сделаны и какое бы название ни имели, не могут исключать
(или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований по результатам изучения обжалуемых судебных актов и доводам кассационной жалобы не установлено. Руководствуясь статьями 330, 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне», изучив условия заключенного сторонами 15.09.2015 соглашения о конфиденциальности (далее – соглашение), с учетом статей 421 и 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Кодекса, суд первой инстанции установил факт использования ответчиком в своей коммерческой деятельности сведений, полученных от истца (правообладателя), являющихся коммерческой тайной и пришел к выводу о наличии оснований для привлечения общества к ответственности в виде штрафа, предусмотренного соглашением сторон. Оценив заявление общества о снижении неустойки, и установив несоразмерность заявленной к взысканию неустойки последствиям нарушения обязательства, суд пришел к
об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 1 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), по которым кассационная жалоба может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Отменяя решение и направляя дело на новое рассмотрение, президиум суда, не принимая какого-либо решения по существу спора, указал на необходимость надлежащей оценки судом первой инстанции фактических обстоятельств по делу и вынесения обоснованного решения с учетом статей 1483, 1535, 1539 Гражданского кодекса Российской Федерации, методологии определения вероятности смешения товарных знаков в гражданском обороте, определенной Правилами составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденные приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 05.03.2003 № 32, и пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». Суд отметил, что при новом рассмотрении дела суду первой инстанции необходимо
отменить, ссылаясь на нарушение судами норм права. По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Руководствуясь статьями 67.2, 307.1, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 08.02.1998 № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», изучив с учетом статей 421 и 431 Гражданского кодекса Российской Федерации условия заключенного сторонами корпоративного договора, оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Кодекса, суды, принимая во внимание все обстоятельства выхода ответчика из общества, включая предшествующие его выходу, в том числе, факты уведомления истца о выходе ответчика из общества и отсутствия возражений в разумный срок против выхода ответчика из общества со стороны истца, а также последующее поведение сторон, пришли к выводу об отсутствии достаточных оснований
судебный акт о взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 заработной платы в размере 300 000 руб. Изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для их пересмотра в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. Между должником в лице конкурсного управляющего ФИО2 и ФИО1 заключен срочный трудовой договор от 01.02.2015, по условиям которого последний принимается на работу для выполнения работы главного бухгалтера с вознаграждением в размере 300 000 руб. Проанализировав условия договора с учетом статей 15, 56 Трудового кодекса Российской Федерации, суды, установив отсутствие трудовых отношений между должником и ФИО1, пришли к выводу о том, что по своей правовой природе спорный договор является договором возмездного оказания услуг, который не содержит специфических характеристик, присущих именно трудовому договору и необходимых для него. При таких обстоятельствах суды, руководствуясь специальными положениями законодательства о банкротстве, принимая во внимание перечисление управляющим ФИО2 в пользу ФИО1 денежных средств в размере 301 098 руб. в счет
Арбитражного суда Костромской области от 19.08.2013 по делу № А31-3410/2013 в отношении ОАО «Минское» (после реорганизации - ООО "Минское") введена процедура наблюдения, заключенное с открытым акционерным обществом "Костромаагроснаб" (правопредшественником истца) соглашение о реструктуризации от 30.04.2009 расторгается в силу закона, а обязательства должника считаются наступившими, соответственно, с указанной даты правопредшественник истца имел право потребовать от ответчика исполнения обязательств, поименованных в соглашении о реструктуризации. Вместе с тем истец обратился в суд с иском 11.12.2017, что с учетом статей 28, 29 Федерального закона от 09.07.2002 № 83- ФЗ "О финансовом оздоровлении сельскохозяйственных товаропроизводителей", статей 195, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, что свидетельствует о пропуске срока исковой давности, истекшего 19.08.2016. Оснований для несогласия с выводами судов не имеется. Приведенные в жалобе доводы являлись предметом оценки судов и были ими мотивированно отклонены. Оснований не согласиться с данными выводами не имеется. Доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на
№ 85-ФЗ «О ратификации Евразийской патентной конвенции» от 01.06.1995 ратифицирована Евразийская патентная конвенция, подписанная 09.09.1994. В силу статьи 9 Евразийской патентной конвенции владелец евразийского патента обладает исключительным правом использовать, а также разрешать или запрещать другим использование запатентованного изобретения. Согласно пункту 16 Патентной инструкции к Евразийской патентной конвенции исключительное право на изобретение, предоставляемое евразийским патентом согласно статье 9 Конвенции, принадлежит его владельцу и действует на территории Договаривающихся государств в соответствии с их национальными законодательствами с учетом статей 13 и 14 Конвенции с даты, указанной в статье 15 (11) Конвенции. Анализ данного пункта позволяет сделать вывод о том, что Евразийская патентная система предоставляет возможность физическим и юридическим лицам защитить права на свои изобретения на основе единого евразийского патента, действующего на территории 9 государств-участников Евразийской патентной конвенции (ЕАПК), в том числе и Российской Федерации. В соответствии с пунктом 1 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) патентообладателю принадлежит исключительное
29.05.2014 ввиду следующего. Федеральным законом № 85-ФЗ от 01.06.1995 ратифицирована Евразийская патентная конвенция, подписанная 09.09.1994. В силу статьи 9 Евразийской патентной конвенции владелец евразийского патента обладает исключительным правом использовать, а также разрешать или запрещать другим использование запатентованного изобретения. Согласно пункту 16 Патентной инструкции к Евразийской патентной конвенции исключительное право на изобретение, предоставляемое евразийским патентом согласно статье 9 Конвенции, принадлежит его владельцу и действует на территории Договаривающихся государств в соответствии с их национальными законодательствами с учетом статей 13 и 14 Конвенции с даты, указанной в статье 15 (11) Конвенции. Анализ означенного пункта позволяет сделать вывод о том, что Евразийская патентная система предоставляет возможность физическим и юридическим лицам защитить права на свои изобретения на основе единого евразийского патента, действующего на территории 9 государств-участников Евразийской патентной конвенции (ЕАПК), в том числе и Российской Федерации. В свою очередь сущность Евразийской патентной системы заключается в том, что на основании одной заявки, поданной в Евразийскую
может быть применена лишь в случае, если предмет правонарушения содержит незаконное воспроизведение товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений; при этом КоАП РФ не конкретизирует форму вины, при которой индивидуальный предприниматель может быть привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.10 КоАП РФ. Указанное административное правонарушение может быть совершено не только умышленно, но и по неосторожности. Исследовав представленные сторонами в обоснование своих позиций доказательства, с учетом статей 1225, 1225, 1229 и 1515 ГК РФ арбитражные суды пришли к правомерному выводу о доказанности вины предпринимателя в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.10 КоАП РФ, в форме неосторожности. При этом суды исходили из того, что, приобретая товар с обозначением «Alberto Kavalli», сходным до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком «Roberto Cavalli», с целью его последующей реализации, предприниматель не затребовал у продавца товара документы, свидетельствующие о правомерности размещения обозначения, сходного до степени смешения
отсутствие оснований для их отмены. Как следует из материалов дела и установлено судами, по результатам выездной налоговой проверки общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов, в том числе НДС, налога на прибыль, земельного налога за период с 01.01.2012 по 31.12.2014инспекцией составлен акт от 03.11.2016 № 34 и вынесено решение от 30.03.2017 № 13, которым общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ ( с учетом статей 112, 114 НК РФ) за неуплату НДС за IV квартал 2013 г., I, II, III кварталы 2014 г. в результате неправильного исчисления налога в виде взыскания штрафа в сумме 4 155 330 руб. 40 коп., по пункту 1 статьи 122 НК РФ (с учетом статей 112, 114 НК РФ) за неуплату налога на прибыль за 2013, 2014 гг. в результате занижения налоговой базы в виде взыскания штрафа в сумме 1 617 585 руб.
2 708 891 руб.; налог на добавленную стоимость за 2-4 кварталы 2016 года, 2 квартал 2017 года в сумме 6 963 462 руб., соответствующие пени в общей сумме 3 579 752,51 руб. (в том числе по НДС - 2 037 605,72 руб., по налогу на прибыль организаций - 1 112 706,71 руб., по НДФЛ - 429 440,08 руб.); штраф по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) ( с учетом статей 112, 114 НК РФ) в сумме 19 968,8 руб. за неполную уплату НДС за 2 квартал 2017 года в результате занижения налоговой базы и иного неправильного исчисления налога, штраф по пунктам 1, 3 статьи 122 НК РФ (с учетом статей 112, 114 НК РФ) в сумме 1 083 556,4 руб. за неполную уплату налога на прибыль организаций за 2016 год в результате занижения налоговой базы, штраф по статье 123 НК РФ (с учетом
Шохиной Т.Н. при секретаре Петряниной И.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело 2-745/2014 по иску ФИО1 ФИО6 к Кулинич ФИО7 об обязании уволить, выдать трудовую книжку, произвести окончательный расчет, оплатить больничные листы, оплатить время простоя, взыскать с деньги за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, взыскать моральный вред, УСТАНОВИЛ: ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 об обязании уволить его, выдать трудовую книжку и произвести окончательный расчет с учетом статей 157, 236, 237 ТК РФ, оплатить больничные листы по тем основаниям, что ДД.ММ.ГГГГ он был принят на работу в ООО «ГАЗОСТРОЙ» на должность <данные изъяты>. Приказ №с от ДД.ММ.ГГГГ, контракт были подписаны <данные изъяты> ООО «ГАЗОСТРОЙ» ФИО4 Его трудовая книжка находилась по месту регистрации генерального директора ООО «ГАЗОСТРОЙ» в <адрес>. С <данные изъяты>. С этого времени <данные изъяты> ООО «ГАЗОСТРОЙ» ФИО4 не принимал решение ни об его увольнении, ни о сокращении, ни по
заработка, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Как разъяснено в абзаце втором пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21), прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной статьей 279 Трудового кодекса РФ. В случае невыплаты руководителю организации при прекращении трудового договора названной компенсации суд с учетом статей 279, 236 и 237 Трудового кодекса РФ вправе взыскать с работодателя сумму этой компенсации и проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока ее выплаты, а также удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда (статья 394 Трудового кодекса РФ) (абзац второй пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21). В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 25 ноября 2016 г. принял решение о создании ООО «Профи Милл» (
01 января 2022 года пункты 1, 2, 4, 5, 6, 8 вышеназванного предписания по устранению нарушений требований пожарной безопасности, а именно: - здание гаража (тракторные гаражи), в котором осуществляет деятельность ОАО «Совхоз «Заречье», не оборудовано автоматической пожарной сигнализацией, что является нарушением требований таблицы 1, пункта 4.1 НПБ 110-03 «Перечень зданий, сооружений, помещений и оборудования, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализацией», утвержденных приказом МЧС РФ от 18 июня 2003 года №, с учетом статей 4, 6 Федерального закона от 22 июля 2008 года № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности»; - здание гаража (тракторные гаражи), в котором деятельность ОАО «Совхоз «Заречье», не оборудовано системой оповещения и управления эвакуацией людей при пожарах в зданиях и сооружениях, чем нарушены требования таблицы 2, пункта 20 НПБ 110-03 «Перечень зданий, сооружений, помещений и оборудования, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализацией», утвержденных приказом МЧС РФ от 18 июня
