(далее - Федеральный закон от 17 июля 2009 г. N 172-ФЗ) и подпунктами "а", "в" пункта 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановление Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 г. N 96 (далее - Методика). Согласно части 2 статьи 1 Федерального закона от 17 июля 2009 г. N 172-ФЗ коррупциогенными факторами являются положения нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов), устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, а также положения, содержащие неопределенные, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к гражданам и организациям и тем самым создающие условия для проявления коррупции. В силу подпунктов "а", "в" пункта 3 Методики к коррупционным факторам, устанавливающими для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, относятся широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения, наличие дублирующих полномочий
18 октября 2017 г. по административному делу N АКПИ17-650 установлено, что согласно заключению антикоррупционной экспертизы проекта постановления Правительства Российской Федерации "Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе" от 1 марта 2013 г. N 09/18771-ЕБ, проведенной Минюстом России, коррупциогенные факторы не выявлены. Согласно части 2 статьи 1 Федерального закона "Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов" коррупциогенными факторами являются положения нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов), устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, а также положения, содержащие неопределенные, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к гражданам и организациям и тем самым создающие условия для проявления коррупции. Оспариваемые положения нормативного правового акта являются ясными и определенными. В силу пункта 2 части 2 статьи 215 КАС РФ по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта судом принимается решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, если оспариваемый полностью или в
выполнения требований безопасности в форме предварительной технической экспертизы конструкции на предмет возможности внесения изменений и последующей проверки безопасности конструкции и технического осмотра транспортного средства с внесенными в конструкцию изменениями. Технический регламент не регулирует отношения, связанные с регистрацией и проведением регистрационных действий транспортных средств в Госавтоинспекции. Коррупциогенными факторами Федеральный закон "Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов" признает положения нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов), устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, а также положения, содержащие неопределенные, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к гражданам и организациям и тем самым создающие условия для проявления коррупции (часть 2 статьи 1). Существующее правовое регулирование допуска транспортных средств, находящихся в эксплуатации, к участию в дорожном движении в случае внесения изменений в их конструкцию не предполагает возможности широты дискреционных полномочий правоприменителя, поскольку право Госавтоинспекции отказать в регистрации и выдаче соответствующих документов на
рассматриваемой сделке не относятся (например, оценивать наличие или отсутствие планов по реализации иных инвестиционных проектов на товарном рынке, расширению объема производственных (технологических мощностей) у всех участников рынка, иные обстоятельства, которые могут возникнуть на соответствующем товарном рынке в будущем). По мнению административного истца, отсутствие в Порядке подробных правил проведения перспективного анализа состояния конкуренции на товарном рынке и определения временного интервала его проведения нарушает общеправовой критерий формальной определенности правовой нормы, устанавливает для антимонопольного органа необоснованно широкие пределы усмотрения , что является коррупциогенным фактором. В обоснование требования административный истец указал, что антимонопольной службой Обществу отказано в согласовании сделок, на совершение которых им испрашивалось согласие, по основанию, которое не предусмотрено Законом о защите конкуренции. В судебном заседании представители Общества Е. и Т. просили удовлетворить административный иск. Административный ответчик Федеральная антимонопольная служба (далее - ФАС России) и заинтересованное лицо Минюст России в письменных возражениях на административный иск указали, что Приказ издан уполномоченным федеральным органом
основаны на ошибочном толковании норм материального права. Довод административного истца о противоречии оспариваемых положений нормативного правового акта части 7 статьи 55.24 Градостроительного кодекса Российской Федерации является несостоятельным, поскольку указанная норма Кодекса регулирует вопросы эксплуатационного контроля технического состояния зданий и сооружений и не предусматривает основания для признания многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции. Доводы административного истца о том, что оспариваемые положения нормативного правового акта коррупциогенны, поскольку устанавливают для правоприменителей (межведомственной комиссии) необоснованно широкие пределы усмотрения , не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований. Согласно Федеральному закону от 17 июля 2009 г. N 172-ФЗ "Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов" коррупциогенными факторами являются положения нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов), устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, а также положения, содержащие неопределенные, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к гражданам и организациям и тем самым
на указание в маршруте движения промежуточных пунктов между пунктами отправления и назначения, который противоречит пункту 8 статьи 2 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта». Данный запрет привел к увеличению количества заявлений на получение специальных разрешений, поскольку по сложным маршрутам в настоящее время необходимо получение нескольких разрешений. Закрепление в указанной норме словосочетания «без указания промежуточных пунктов» является коррупциогенным фактором, устанавливающим для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил. После такого дополнения проект Приказа не проходил публичных обсуждений и не направлялся на экспертизу в Минэкономразвития России. Подпунктом 3 пункта 9 Порядка введены новые положения о предоставлении помимо сведений о технических требованиях к перевозке заявленного груза в транспортном положении еще и сведений от изготовителя, производителя груза, эксплуатационных документов, содержащих информацию о весогабаритных параметрах груза. Ранее действовавший приказ Минтранса России от 24 июля 2012 г. №
будут вправе претендовать на представление муниципального имущества исключительно сроком до 5 лет. Подобный подход в отсутствие объективных причин ставит субъектов данных правоотношений в различное положение, тем самым свидетельствует о нарушении принципа равенства. Частью 2 статьи 1 Федерального закона от 17 июля 2009 года № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов» предусмотрено, что коррупциогенными факторами являются положения нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов), устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, а также положения, содержащие неопределенные, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к гражданам и организациям и тем самым создающие условия для проявления коррупции. Пунктом 3 методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 года № 96, к коррупциогенным факторам, устанавливающим для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих
прокуратура на Прокуратуру Приморского края. В удовлетворении заявленных требований отказано. Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ОАО «Тернейлес» обратилось в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает, что в решении природоохранной прокуратуры от 22.06.2017 № 123 не конкретизирован предмет проверки. Неопределенность формулировки (соблюдение обществом законодательства об охране природы и природопользовании) содержит необоснованно широкие пределы усмотрения , предоставляющие проверяющим возможность проведения любых проверочных мероприятий, не требующих расширения предмета проверки. Основанием для проведения проверки по решению Приморской природоохранной прокуратуры от 22.06.2017 послужило письмо УФСБ РФ по ПК от 22.06.2017 о проведении совместной проверки, не содержащее конкретных фактов, тогда как согласно ч. 2 ст. 21 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее – Закон о прокуратуре) и корреспондирующего ему п. 1.5 Постановления Конституционного Суда РФ от 17.02.2015
ст. 53 ГК РФ должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Совершенствование порядка использования государственного имущества и ресурсов, а также порядка передачи прав на использование такого имущества и его отчуждения в соответствии с п. 14 ст. 7 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» являются одним из основных направлений деятельности государственных органов по повышению эффективности противодействия коррупции. При этом положения нормативных правовых актов, устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил в соответствии с ч. 2 ст. 1 Федерального закона от 17.07.2009 № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов» являются коррупциогенными факторами. Поэтому подмена органом власти нормативного регулирования отношений по землепользованию и застройке индивидуальным их регулированием является классическим примером злоупотребления полномочиями, а усечение видов разрешенного использования земельного участка заведомо снижает его инвестиционную привлекательность и уменьшает арендную плату за него. Исходя
ограничено право осуществления деятельности КФХ в ином месте, не совпадающем с местом его регистрации); судом не приведена достаточная мотивировка при отклонении довода заявителя о том, что положения пункта 6 и подпункта 2 пункта 7 Порядка предоставления из областного бюджета грантов в форме субсидий на создание и развитие крестьянских (фермерских) хозяйств» утвержденного Постановлением Правительства Курганской области от 10.09.2020 № 284 (далее - Порядок № 284) допускают их неоднозначное толкование и устанавливают для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения , что не соответствует требованиям определенности и ясности законодательного регулирования. При неясности условий получения грантов, такие условия подлежат толкованию в пользу заявителя. Нет оснований для принятии решения суда общей юрисдикции в качестве преюдиции. В силу ч. 1 ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и
для лица, привлекаемого к ответственности, тому вреду, который причинен в результате правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от правонарушений. Неуплата или неполная уплата налогов, исходя из конституционно-правовой природы налогов как необходимой экономической основы существования и деятельности государства, посягает на публичные имущественные отношения, связанные с формированием доходной части бюджетов. Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, необоснованно широкие пределы усмотрения при снижении размера штрафа в процессе правоприменения противоречили бы вытекающему из принципа справедливости принципу неотвратимости ответственности, а также целям наказания за нарушение положений законодательства Российской Федерации, в том числе предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. Основания для дальнейшего снижения размеров налоговых санкций по пункту 1 статьи 122 Кодекса, с учетом систематического (на протяжении нескольких налоговых периодов) использования заявителем фиктивных документов для целей получения необоснованной налоговой выгоды, неправомерного введения
для лица, привлекаемого к ответственности, тому вреду, который причинен в результате правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от правонарушений. Неуплата или неполная уплата налогов, исходя из конституционно-правовой природы налогов как необходимой экономической основы существования и деятельности государства, посягает на публичные имущественные отношения, связанные с формированием доходной части бюджетов. Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, необоснованно широкие пределы усмотрения при снижении размера штрафа в процессе правоприменения противоречили бы вытекающему из принципа справедливости принципу неотвратимости ответственности, а также целям наказания за нарушение положений законодательства Российской Федерации, в том числе предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. Принимая во внимание вытекающие из Конституции Российской Федерации и статьи 3 НК РФ требования справедливости и соразмерности наказания, учитывая, что в силу пункта 3 статьи 114 НК РФ размер штрафа подлежит уменьшению не
Российской Федерации», ст. ст. 2, 3, 23 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О Защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля», а также содержит в себе признаки коррупциогенных факторов (ст. 1 Федерального закона от 17.07.2009 № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов»). Положения п. 2 ст. 13 Закона Иркутской области являются неопределенными, вызывают неоднозначное толкование, устанавливают для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключения из правил, чем существенно нарушают нрава и законные интересы лиц, являющихся участниками правоотношений, связанных с осуществлением перевозок пассажиров и багажа. Оспариваемым пунктом также нарушено право административного истца на беспрепятственное осуществление предпринимательской деятельности, поскольку данная норма позволила Министерству обратиться в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о прекращении действия свидетельства на право осуществления перевозок по маршруту, вопреки нормам Федерального закона № 220-ФЗ, Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ. Исходя
пункта 1 и абзаца 7 пункта 3 Положения о порядке расходования средств резервного фонда Правительства Кабардино-Балкарской Республики, утвержденного Постановлением Правительства Кабардино-Балкарской Республики от 22.12.2010 № 242-ПП (далее Положение о резервном фонде КБР), мотивируя свои требования тем, что оспариваемые нормы противоречат федеральному законодательству и содержат коррупциогенные факторы. По мнению заявителя, Положение о резервном фонде КБР не содержит указаний на обязательность расходования средств резервного фонда только на финансирование непредвиденных расходов, что устанавливает для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения , позволяя использовать эти средства на любые расходы, не предусмотренные бюджетом. В заявлении указано, что пункте 1 Положение о резервном фонде КБР неправомерно, с нарушением пределов компетенции органа государственной власти субъекта Российской Федерации определено предназначение средств резервного фонда – «для финансирования расходов и мероприятий, не предусмотренных в республиканском бюджете КБР на соответствующий финансовый год». Заявитель считает, что вследствие употребления в абзаце 7 пункта 3 Положения не использующихся в бюджетном законодательстве понятий и терминов,
образования» (далее - Регламент). Данный нормативный правовой акт опубликован на официальном сайте администрации муниципального образования «Бородулинское» в сети «Интернет» <*****> Пунктом 2.8 Регламента определен перечень оснований, при наступлении которых предоставление муниципальной услуги может быть отказано. Данная норма содержит коррупциогенный фактор, предусмотренный подпунктом «б» пункта 3 Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 26 февраля 2010 года № 96 (устанавливает для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, выражающийся в определении компетенции по формуле «вправе» - диспозитивное установление возможности совершения органами государственной власти или органами местного самоуправления (их должностными лицами) действий в отношении граждан и организаций). <дата> прокуратурой района в адрес главы муниципального образования «Бородулинское» внесено требование об изменении нормативного правого акта с целью исключения выявленного коррупциогенного фактора. Данное требование административным ответчиком не исполнено. Федеральный закон от 25 декабря 2008 года №273-ФЗ «О
