404, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), положениями Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» и разъяснениями, изложенными в абзацах 1, 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, отменил решение суда первой инстанции, частично удовлетворил первоначальный и встречный иски, установив наличие смешанной вины сторон в возникновении пожара , определив сумму причиненного ООО «Сеть Связной» реального ущерба, исходя из рыночной стоимости имущества, установленной заключением эксперта. Доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о допущенных судами нарушениях норм материального и процессуального права, которые бы служили достаточным основанием в силу части 1 статьи 291.11 АПК РФ к отмене обжалуемых судебных актов. С учетом изложенного и руководствуясь статьей 291.6 АПК РФ, суд ОПРЕДЕЛИЛ: отказать в передаче кассационной жалобы общества с ограниченной ответственностью «Регион
Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», суды, признав документально подтвержденным нарушение обществом сроков выполнения работ, учитывая при этом, что исполнение генподрядчиком обязательств по договору было затруднено вследствие ненадлежащего исполнение заказчиком встречных обязательств, вытекающих из договора, установив смешанную вину сторон, принимая во внимание пропуск министерством срока исковой давности, удовлетворили исковое требование в указанной части. Судами учтено, что контрактом предусмотрено выполнение работ по этапам, определена стоимость каждого этапа работ, учтена стоимость выполненных работ по каждому контракту. Приведенные заявителем доводы не свидетельствуют о существенных нарушениях норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, а направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактическим обстоятельств дела, что в силу норм статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса
нарушением объединением (исполнитель) обязательств по договору от 08.02.2017 № 5/П в части сроков изготовления продукции, а также отсутствием сведений об израсходовании материала. Исследовав доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, установив факт нарушения исполнителем сроков изготовления и передачи продукции, оценив степень влияния всех имевших место факторов на исполнение сторонами взаимных обязательств, руководствуясь статьями 395, 330, 404, 702, 713, 716, 719, 728 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о наличии смешанной вины в нарушении исполнителем сроков изготовления и поставки продукции и, распределив ответственность за допущенную просрочку между сторонами, частично удовлетворили требование истца о взыскании неустойки. Приняв во внимание отсутствие сведений об объеме израсходованного сырья на изготовление продукции, суды пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с объединения стоимости невозвращенных остатков сырья и процентов за пользование чужими денежными средствами в заявленном размере. Доводы заявителя являлись предметом рассмотрения судебных инстанций, получили соответствующую правовую оценку, не подтверждают существенных
может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Как следует из судебных актов, иск компании (генподрядчик) в обжалуемой части мотивирован нарушением обществом (подрядчик) сроков выполнения работ, обусловленных договором подряда от 12.04.2017. Исследовав фактические обстоятельства дела, оценив представленные по делу доказательства и степень влияния всех имевших место факторов на исполнение сторонами взаимных обязательств, суды установили факт нарушения подрядчиком сроков выполнения работ, отсутствие доказательств приостановления работ, наличие смешанной вины сторон в допущенной просрочке выполнения работ. При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 329, 330, 331, 401, 404, 716, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», не усмотрев оснований для полного освобождения подрядчика от ответственности, суды пришли к выводу о том, что мера ответственности за нарушение сроков выполнения работ в виде
УралСиб», которое выплатило страховое возмещение в размере 120 тыс. рублей по условиям договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. Поскольку невозмещенной осталась выплаченная страхователю сумма 815 537 рублей, а ЗАО «Автомобилист» отказалось ее добровольно уплатить, ООО «Росгосстрах-Юг» предъявило настоящий иск. Требования истца основаны на нормах статей 965 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчик не оспаривает право ООО «Росгосстрах» на предъявление иска в порядке суброгации, однако полагает, что при совершении ДТП имела место смешанная вина обоих водителей. Суды обоснованно отклонили данные доводы. Вопросы вины водителей исследовались при рассмотрении материала об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, компетентным органом– ГИБДД Тахтамукайского РОВД Республики Адыгея (статья 23.3 названного Кодекса). Арбитражный суд не уполномочен пересматривать данные выводы. Ответчик не воспользовался правом обжалования постановления по делу об административном правонарушении, содержащего выводы о вине только его водителя. Кроме того, согласно объяснению водителя ответчика ФИО5, он ехал со скоростью не
исковой давности, установленного законодательством о транспортной экспедиции. Ссылается на правовую позицию, изложенную в пункте 18 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2017), согласно которой сокращенный срок исковой давности и момент начала его исчисления не могут произвольно продлеваться в зависимости от действий истца. Судами не учтено, что материалами дела опровергается вина ответчика в нарушении срока предоставления истцу инструкций по заполнению коносамента либо имеется смешанная вина обеих сторон в неисполнении этого обязательства. Судами были неправильно установлены обстоятельства пропуска истцом нормативного срока, установленного пункт 3.4 приложения 3.1 к Специальным условиям оказания услуг транспортной экспедиции в морском порту, в размере 7 календарных дней, поэтому необоснованно были отклонены доводы ответчика о том, что пропуск такого срока самим истцом повлек увеличение сроков хранения контейнеров в порту, в связи с чем отсутствует причинная связь между нарушением ответчиком своих обязательств и сверхнормативным хранением грузов в порту.
апелляционной инстанции в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено. Таким образом, решение от 16.01.2023 и постановление от 11.10.2023 подлежат отмене в части взыскания неустойки с направлением в этой части дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При новом рассмотрении судам следует исследовать фактические обстоятельства, решить вопрос о распределении ответственности сторон договора аренды за просрочку арендатором внесения арендной платы (вина арендатора, вина арендодателя, либо их смешанная вина ), и дать оценку соответствующим доводам ответчика. В силу части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело. Руководствуясь статьями 287 (пунктом 3 части 1), 288 (частями 1 и 2), 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа ПОСТАНОВИЛ: решение Арбитражного суда Нижегородской области от 16.01.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного
в указанной квартире произошло затопление. ФИО6 обращалась в Октябрьский районный суд с аналогичным иском к ФИО2 и ФИО3, однако определением от 25.01.2017 года исковое заявление оставлено без рассмотрения в связи с ее смертью, что подтверждается свидетельством о смерти от 15.12.2016 года. С аналогичным иском в Октябрьский районный суд к ФИО2 и ФИО3 обращался впоследствии и истец ФИО1, как наследник ФИО6 В результате рассмотрения указанного искового заявления 15.01.2018 года вынесено решение, согласно которому судом установлена смешанная вина ФИО2, ФИО3 и ЖСК «Бытовик» в произошедшем заливе и причинении истцу ущерба. Так же суд установил, что причиной ущерба, причиненного имуществу истца, является в равной степени, как факт залива, произошедшего 23.07.2016 года по вине ФИО2, ФИО3 в результате разрыва шланга стиральной машины, так и вина ЖСК «Бытовик», не обеспечившего содержание общедомового имущества в надлежащем состоянии. На основании вышеизложенного истец просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму ущерба, причиненного затоплением жилого помещения, в размере
норм права перешло право требования к лицу, ответственному за убытки, то есть к ФИО2 Согласно с п.3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ). В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Из анализа материалов дела, объяснения ответчика ФИО2, суд приходит к выводу, что в данном ДТП усматривается смешанная вина обоих водителей, поскольку из схемы ДТП и объяснения участников ДТП следует, что водитель ФИО2 стал совершать маневр разворота, водитель ФИО3 своевременно не произвела торможение и не позволила впереди идущему транспортному средству завершить маневр. ФИО3 не может быть освобождена от ответственности, поскольку нет достаточных доказательств того, что вред возник вследствие непреодолимой силы и умысла другого водителя. Из материалов дела, из схемы места происшествия следует, что водитель ФИО2 нарушил п.8.11 ПДД РФ, согласно которому разворот запрещается:
