а также коллективных договоров. VIII. СОЦИАЛЬНЫЕ ГАРАНТИИ, ЛЬГОТЫ И КОМПЕНСАЦИИ 8.1. Стороны Соглашения принимают меры по обеспечению гарантий, льгот и компенсаций в области охраны труда, здоровья, отдыха, социальной защиты, обеспечения жилыми помещениями, предусмотренных законодательством Российской Федерации, Соглашением, региональными отраслевыми соглашениями и коллективными договорами. 8.2. Работодатели, представитель нанимателя: 8.2.1. С учетом мнения выборных профсоюзных органов в соответствии с законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации при заключении региональных отраслевых соглашений и коллективных договоров предусматривают установление дополнительных социальных льгот и гарантий для гражданских служащих и работников организаций Росархива в пределах средств, выделенных из федерального бюджета. 8.2.2. В соответствии с частью 4 статьи 377 Трудового кодекса работодатели отчисляют денежные средства первичной организации Профсоюза на культурно-массовую и физкультурно-оздоровительную работу до 0,2 процента от поступлений от оказания организацией услуг (выполнения работ), относящихся в соответствии с уставом организации к основным видам ее деятельности, предоставление которых для физических и юридических лиц осуществляется на платной основе,
предприятия, за которым закреплены на праве хозяйственного ведения объекты и системы тепло- и водоснабжения поселка Амдерма. Условием передачи средств является гарантия предприятия о проведении в 2017-2018 годах работ по реконструкции наружных сетей тепло- и водоснабжения поселка Амдерма за счет средств предприятия на соразмерную сумму. КСП Заполярного района провела проверку законности и результативности использования средств межбюджетного трансферта, в ходе которой выявила несоблюдение условия передачи денежных средств, предусмотренного пунктом 1.3 соглашения от 05.05.2016 № 24 (в редакции дополнительного соглашения), - о наличии гарантии муниципального предприятия. Данное нарушение явилось предметом представления от 08.04.2019 № 28 в оспариваемой части и уведомления о применении бюджетных мер принуждения от 15.04.2019 № 1, направленного контрольно-счетным органом в Управление финансов Администрации Заполярного района. Признавая представление и уведомление соответствующими действующему законодательству, суды руководствовались статьями 142.4, 162, 265.1, 268.1, 306.2, 306.8 Бюджетного кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 07.02.2011 № 6-ФЗ «Об общих принципах организации и деятельности контрольно-счетных
Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", суд указал, что ООО «Экологический инвестор-НОРСИ» с апреля 2014 года вправе было обратиться к конкурсному управляющему должника с требованиями обжаловать сделку. Однако ни ООО «Экологический инвестор-НОРСИ», ни ООО «Строй-Инвест-Лизинг» (правопредшественники кредиторов, обжаловавших дополнительное соглашение и дополнение к гарантии) не обращались к конкурсному управляющему должника с соответствующими требованиями. Исходя из изложенного и установив, что срок исковой давности для обращения с заявлением об оспаривании дополнительного соглашения от 01.02.2013 к договору о предоставлении муниципальной гарантии Кстовского муниципального района от 29.12.2011 № 1 и изменения от 01.02.2013 к муниципальной гарантии Кстовского муниципального района от 29.12.2011 № 1 по основаниям, установленным в статье 61.2 Закона о банкротстве, истек 15.08.2015, а заявление кредиторов по оспариванию названных сделок подано 31.03.2016, по истечении годичного срока исковой давности, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении заявления о
(далее – Закон о банкротстве) в своем отзыве заявил возражения против удовлетворения требования ФИО1 по мотиву того, что сделка, на которой основано это требование, не соответствует положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о недопустимости злоупотребления правом. Как следует из материалов дела, 19.11.2008 между комбинатом (работодатель – общество) в лице генерального директора ФИО1 и самим ФИО1 (работник – генеральный директор) заключен трудовой договор. 10.01.2012 между обществом в лице ФИО1 и самим ФИО1 заключено соглашение о дополнительных гарантиях , в соответствии с которым в случае прекращения полномочий ФИО1 в качестве генерального директора, ему выплачивается дополнительная компенсация в размере 150 000 000 рублей. Пунктом 3 соглашения установлено, что споры, касающиеся дополнительных компенсаций, подлежат разрешению в Третейском суде Кемеровской области при ООО «Агентство защиты нарушенных прав», решение которого является окончательным и обжалованию не подлежит. Решением участника общества Махдиева Г.М. от 18.09.2012 (решение не представлено в дело) Махдиев Г.М. освобожден от должности генерального директора.
– представить заверенные надлежащим образом доказательства, а их подлинники на обозрение суда (платежное поручение, банковскую выписку и т.п.); - при наличии оснований, указанных в статье 239 АПК РФ, препятствующих выдаче исполнительного листа, представить соответствующие доказательства в суд; - копии надлежаще заверенных документов, полученные из третейского суда; сообщить суду оспорено ли решение третейского суда (если да, то представить доказательства обжалования решения, заверенные копии судебных актов арбитражного суда); - трудовой договор б/н от 19.11.2008 и соглашение о дополнительных гарантиях от 10.01.2012, заключенные к ФИО1 Третейскому суду Кемеровской области (654000, <...>) – представить в суд: - материалы дела № ТС-МГМ/2012 по иску ФИО1 к ООО "Кизлярский коньячный комбинат" о взыскании 150 000 000 рублей; - заверенные надлежащим образом Регламент суда и Положение о суде; список судей третейского суда, документ о назначении состава суда для рассмотрения дела (полномочия); - доказательства уведомления ООО "Кизлярский коньячный комбинат" об избрании (назначении) третейских судей, а также о времени
на то, что суды не учли довод Общества о том, что договор поставки и все дополнительные соглашения к нему имеют определенный номер, являются стандартизированными договорными формами Общества, при этом помимо договора с конкретным контрагентом заключается не весь набор дополнительных соглашений, а только тот, который необходим по условиям работы с данным лицом. К договору подряда, представленному гаранту, его сторонами были заключены дополнительные соглашения № 1, 2, 3, 4, 5, 7, 9, 11, при этом дополнительные соглашения № 6, 8, и 10 не заключались. Также судами не учли, что в гарантии не были указаны какие-либо требования к форме и содержанию расчета. В Требовании бенефициар указал фактический размер документально подтвержденной задолженности принципала, существовавшей на момент составления Требования. Поскольку сумма задолженности принципала (85613442,27 руб.) превышала сумму гарантии (39000000 руб.), Общество потребовало частичного погашения задолженности –в размере суммы по гарантии. К Требованию был приложен расчет задолженности принципала с указанием номеров накладных, счетов-фактур, дат отгрузки, срока
рамках продленного гарантийного срока или в рамках срока дополнительного обязательства, поскольку данные обстоятельства имеют значение лишь в части распределения бремени доказывания характера возникновения недостатков (производственный, эксплуатационный, форс-мажорный), что следует из системного толкования положений п. 6, 7, п. 8 ст. 5, п. 6 ст. 18 вышеприведенного закона. При этом согласно данным нормам бремя доказывания характера недостатков в обоих случаях возлагается на продавца. Однако производственный характер недостатка продавцом не оспаривается. Доводы ответчика о том, что соглашение о дополнительной гарантии не предусматривает возможность отказа от исполнения договора основано на ошибочном толковании положений ч. 6,7,8 ст. 5, п. 1, 6 ст. 18, п. 5 ст. 19 Закона РФ «О защите прав потребителей», не допускающих ограничения соглашением сторон установленных законом прав потребителя на отказ от исполнения договора. Кроме того, потребитель обратился к продавцу в пределах 2-летнего срока со дня покупки товара и, в любом случае в силу ч. 5 ст. 19 вышеназванного закона, вне зависимости
руб., компенсацию морального вреда в размере 3 000 руб. В ходе рассмотрения дела исковые требования были увеличены в части размера неустойки, до 89 975 руб. Истец в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, в материалах дела содержится ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие, с участием представителя. Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении исковых требований, настаивал в полном объеме. Представитель ответчика в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований, поскольку соглашение о дополнительной гарантии заключено с иным лицом, которое занимается обслуживанием товаров после гарантии завода изготовителя. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. Выслушав стороны, допросив эксперта, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в связи со следующим. В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года № 17 При рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых
