Соглашение о передаче лицензионного договора - гражданское законодательство и судебные прецеденты

основании данных о полученных обществом доходах от других фильмов, при этом не содержит указаний на заключенные обществом договоры, произведенные оплаты и иные документы, подтверждающие создание обществом реальных условий для получения доходов в заявленном размере. При таких обстоятельствах департамент считает, что выводы судов о наличии убытков, причиненных неисполнением обязательств по передаче 15 телефильмов, противоречат фактическим обстоятельствам дела. Также департамент указывает, что представленное обществом соглашение о намерениях от 01.02.2011, заключенное с обществом с ограниченной ответственностью «ПлеадесТВ-1», о передаче прав на 15 телефильмов путем заключения в неопределенном будущем лицензионного договора не является документом, подтверждающим неизбежность получения обществом дохода и совершение им необходимых приготовлений. Содержание данного соглашения не позволяет установить как предмет заключаемого в будущем лицензионного договора, так и другие его существенные условия, предусмотренные статьей 1235 Гражданского кодекса. Каких-либо действий, направленных на заключение лицензионного договора на основании данного соглашения, стороны не совершали. При таких обстоятельствах департамент считает, что представленное обществом соглашение о намерениях

инструктажа и передачу инструкции по использованию Программы, а также акт от 01.10.2010 передачи неисключительных прав по соглашению № 09-л, которым подтверждается передача неисключительного права и предоставление доступа к трем экземплярам программы (т. 1 л.д. 39). Суд первой инстанции правомерно отклонил заявление о фальсификации указанных доказательств, поскольку доводы ответчика документально не обоснованы и опровергаются фактическими обстоятельствами по делу, а именно исполнением спорных соглашений обеими сторонами без возражений на протяжении длительного периода времени с 2010 года до момента нарушения ответчиком своих обязательств. Согласно пункту 13.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5, Пленума ВАС РФ № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу пункта 5 статьи 1235 в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. В связи с этим лицензиару

выявлен ряд критических недостатков данной программы, которые не оговорены при заключении лицензионного соглашения. При этом работа по выявлению и устранению критических недостатков программы велась с участием представителей истца, однако не была завершена в разумный срок, в связи с чем передача прав на эту программу истцу не состоялась. Данные обстоятельства явились основанием для обращения истца в арбитражный суд с указанными исковыми требованиями. При рассмотрении спора судами первой и апелляционной инстанций установлены следующие обстоятельства. Лицензионным соглашением предусмотрена передача ответчиком (лицензиаром) истцу (лицензиату) неисключительных прав на использование программы, разработанной лицензиаром, сопутствующей ему документации и иных предоставляемых в рамках лицензии материалов, без которых невозможно использование системы. Пунктом 2.2, 4.1 соглашения предусмотрено, что действие лицензии начинается с момента установки или иного использования системы и заканчивается, когда лицензиат уничтожает систему или когда лицензиар прекращает действие лицензии. Также, 25.09.2013, между истцом и ответчиком заключен договор № 13/06, по условиям которого ответчик (исполнитель) принял на себя обязательства по

о переводе долга. Перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником (пункт 1 статьи 391 ГК РФ). Согласно статье 3921 ГК РФ кредитор может осуществлять в отношении нового должника все права по обязательству, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. Как усматривается из обжалуемых судебных актов и не оспаривается лицами, участвующими в деле, сделка по передаче договора (соглашения от 01.01.2015) между обществами «Волна» и «Таттелеком», повлекла переход прав и обязанностей по названному соглашению. О недействительности данной сделки либо о расторжении дополнительного соглашения от 01.03.2016 о замене стороны в соглашении от 01.01.2015 сторонами спора не заявлялось. При этом по смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. В связи с

договора или путем составления иного документа, подписанного сторонами. Если стороны не достигнут иной договоренности, обязательным условием продления действия настоящего договора на следующий период является уплата лицензиатом обеспечительного платежа, который будет установлен лицензиаром. Во исполнение лицензионного договора от 01.12.2016 ЗАО «Европа Плюс» передало Обществу исключительное право на использование результатов интеллектуальной деятельности, в том числе радиоканала «Европа Плюс», способами, указанными в лицензионном договоре, действие которого продлевалось сторонами соответствующими дополнительными соглашениями. Стороны 01.01.2020 подписали акт приемки-передачи прав на использование результатов интеллектуальной деятельности по лицензионному договору № Тверь/17/01-Ф1, в котором стороны указали, что на основании вышеуказанного договора лицензиар предоставил лицензиату исключительное право на использование следующих результатов интеллектуальной деятельности: радиоканала «Европа Плюс», регионального сайта, товарного знака «Европа Плюс», джинглов способами, указанными в договоре. Право передано на срок с 01.01.2020 по 31.12.2020. В период с января по март 2020 года ООО «Тверской проспект плюс» вносило оплату лицензионного вознаграждения платежными поручениями от 28.01.2020, 25.02.2020, 06.03.2020,06.04.2020. Управления

обеспечения. Аналогичные доводы заявлены ответчиком и в апелляционной жалобе. Рассмотрев данные доводы судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о их несостоятельности в связи со следующим. В соответствии с условиями Лицензионного соглашения подтверждением исполнения обязательств Лицензиара является подписание Акта приема-передачи прав на использование ПО (пункт 1.5) с момента подписания акта приема-передачи в течение 10 банковских дней Лицензиат (ответчик) обязан выплатить Лицензиару (истцу) вознаграждение в размере 2 501 024 руб. за предоставление прав использования ПО (пункт 2.1). Материалами дела - подписанными ответчиком Актом приема-передачи неисключительных прав от 25 декабря 2015 года (л.д. 12) и Актом приема-передачи прав по неисключительной лицензии от 25 декабря 2015 года (л.д. 13) подтверждается факт надлежащего исполнения истцом своих обязательств по Лицензионному договору , в том числе по установке и внедрению ПО. Данные обстоятельства также подтверждается письмом Директора МП «ЖКУ» ФИО2 от 23 июня 2016 года, письмом генерального директора ООО «Эттон Урал» ФИО3, благодарственным письмом

что мотивировано следующим. В 2006-2009 гг. между коллективом авторов патентов, в том числе ФИО1, и ООО «КГС» было подписано ряд идентичных по содержанию договоров о передаче прав на использование полезных моделей. Впоследствии между ООО «КГС» и ОАО «КЭЗСБ» заключен ряд аналогичных соглашений о передаче прав по использованию патента с согласия патентообладателя и авторов патента, предметом которых явились права, переданные ООО «КГС» по договорам о передаче прав на использование полезных моделей. В соответствии с указанными соглашениями обязанность по выплате авторам патентов возлагалась на ОАО «КЭЗСБ». В 2009-2010 гг. в пользу ФИО1 были произведены выплаты, подтверждаемые расчетными листками и платежными поручениями. Однако названные соглашения, являясь по своей природе лицензионными договорами , являются недействительными ввиду отсутствия их государственной регистрации (п. 1 ст. 165, ст. 168, п. 2 ст. 1235 ГК РФ), а потому вследствие выплаты по ним авторского вознаграждения на стороне ФИО1 возникло неосновательное обогащение (ст. 1102, 1103 ГК РФ), на которое

в течение 3 дней с момента подписания настоящего договора; второй платеж в размере 100000 руб. вносится в течение 2 месяцев после получения лицензии на розничную продажу алкогольной продукции при оказании услуг общественного питания. Также **** между ним и ООО «24 ГРАДУСА» было заключено соглашение о неразглашении сведений, полученных в результате подписания Договора о передаче (предоставлении доступа) секрета производства (ноу-хау) ****, в силу которого он обязался обеспечить хранение всей конфиденциальной информации, полученной в любом виде по договору на ноу-хау, и не раскрывать ее третьим лицам. Состав секретов производства согласован сторонами в Приложении **** к договору. Кроме того заключен предварительный договор **** о заключении в будущем лицензионного договора (простая лицензия) на использование товарного знака, по условиям которого стороны договорились о заключении основного лицензионного договора в течение трех календарных месяцев с момента регистрации лицензиатом юридического лица для осуществления операционной деятельности в рамках указанного договора. О регистрации юридического лица ООО «Сердюкофф» ответчик был

почерковедческая экспертиза в целях проверки довода истца о неподписании дополнительного соглашения. Согласно заключению ООО «ИНЕКС» от ДД.ММ.ГГГГ рукописная запись в подписи от имени ФИО1 в дополнительном соглашении № от ДД.ММ.ГГГГ к лицензионному договору № ЛДФ-433 от ДД.ММ.ГГГГ, а также в акте на передачу прав № от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены не ФИО1, образцы почерка и подписи которого были представлены для сравнительного исследования, а другим лицом. Удовлетворяя первоначальные заявленные требования и отказывая в удовлетворении встречных требований суд первой инстанции, исходил из того, что ООО «Вонтрезалт» обязанности по договору не исполнены, права на использование комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав, а, именно, право на продажу использования комплекса « (технологии) не переданы. ООО «Вонтрезалт» не представлено доказательств о том, что ФИО1 подписан акт приема передачи прав к лицензионному договору от ДД.ММ.ГГГГ, а также что между сторонами было подписано дополнительное соглашение № от ДД.ММ.ГГГГ Суд апелляционной инстанции с приведенными выводами в части удовлетворения первоначального иска ФИО1