Соглашение о возмещении имущественных потерь - гражданское законодательство и судебные прецеденты

как прямо разъяснено в постановлении Пленума № 7, возмещению подлежат лишь те потери, которые уже понесены или с неизбежностью будут понесены в будущем, а соглашение о возмещении потерь – должно быть явным и недвусмысленным. В случае неясности того, что устанавливает соглашение сторон – возмещение потерь или условия ответственности за неисполнение обязательства, положения статьи 406.1 ГК РФ не подлежат применению. Таким образом, возможность применения статьи 406.1 ГК РФ к договорным отношениям должна быть прямо санкционирована их сторонами, а сама норма не допускает возмещения потерь в произвольном размере, поскольку не освобождает кредитора от раскрытия доказательств, подтверждающих как факт возникновения у него соответствующих потерь, так и разумность избранного сторонами алгоритма к определению их размера. Однако в договоре лизинга, Правилах лизинга отсутствует указание на конкретный заранее определенный размер имущественных потерь , которые должны с безусловностью наступить у лизингодателя в случае нарушения обязательств лизингополучателем и (или) при наступлении обстоятельств, связанных с исполнением договора, риск наступления

комплекс не произвел оплату за весь поставленный товар, общество обратилось в суд с настоящим иском. В соответствии с частью 1 статьи 406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны обязательства, действуя при осуществлении ими предпринимательской деятельности, могут своим соглашением предусмотреть обязанность одной стороны возместить имущественные потери другой стороны, возникшие в случае наступления определенных в таком соглашении обстоятельств и не связанные с нарушением обязательства его стороной. Соглашением сторон должен быть определен размер возмещения таких потерь или порядок его определения. Делая вывод о наличии оснований для удержания ответчиком сумм имущественных потерь , суд округа, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», исходил из того, что в рассматриваемом случае применение положений статьи 406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено условиями заключенного сторонами договора поставки как обеспечение возможности уменьшения собственных налоговых

первой инстанции и не опровергнуто судами апелляционной и кассационной инстанций, столкнувшись с уклонением Управления в государственной регистрации перехода права, истец обратился с просьбой к продавцу и арендатору о перечислении арендной платы, но ввиду наличия между сторонами соглашения от 16.03.2020 о судьбе арендных платежей, он был лишен возможности их получения до момента завершения процедуры регистрации перехода права собственности в отношении объектов недвижимости без согласия продавца. В то же время судом первой инстанции не проверен представленный истцом расчет упущенной выгоды. По смыслу пункта 2 статьи 15 ГК РФ возмещение убытков как мера ответственности носит компенсационный характер и направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего лица, а не его обогащение. В связи с этим при определении потерь кредитора должна быть учтена встречная выгода, полученная им в связи с экономией на расходах, необходимость несения которых возникла бы при отсутствии нарушений. Размер упущенной выгоды должен определяться исходя из дохода, который мог бы получить истец при

Согласно пункту 12.14.4 договора лизингополучатель дает согласие на изменение стоимости услуг по договору лизинга (цены договора) в случае необходимости расчета сальдо встречных обязательств (завершающей обязанности одной стороны по отношению к другой) по договору, на основании уведомления об изменении стоимости услуг и корректировочного счета-фактуры, которые направляются лизингодателем по адресу лизингополучателя, указанному в разделе 14 настоящего договора. Заключение отдельного соглашения не требуется. По акту от 20.07.2020 предмет лизинга передан лизингополучателю. 10.07.2020 между сторонами подписано соглашение о возмещении имущественных потерь к договору лизинга. 10.07.2020 между истцом, ответчиком и ООО «Промышленно-производственный центр «Металлические конструкции» был заключен договор поставки №359 (грохот KLEEMANN MS15Z-AD), цена договора составила 11 900 000 рублей. Платежным поручением №372 от 14.07.2020 лизингодатель перечислил продавцу 11 900 000 рублей. 31.03.2022 договор лизинга расторгнут лизингодателем в одностороннем порядке. Решением арбитражного суда Республики Хакасия от 04.05.2022 по делу №А74-2629/2022, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, с общества с ограниченной ответственностью «Промстрой»

в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственность «ФИО3 теплоэнергоснабжение» к ФИО2 о взыскании задолженности по соглашению о возмещении имущественных потерь, пени, судебных расходов, Установил: Истец Общество с ограниченной ответственность «ФИО3 теплоэнергоснабжение» (далее ООО «СТЭС») с учетом уточнения требований обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании задолженности по соглашению о возмещении имущественных потерь, пени, судебных расходов, мотивировав требования следующим образом. ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключено соглашение № о возмещении имущественных потерь , по условиям которого, ответчик обязался добровольно в установленные сроки и в полном объеме возместить истцу имущественные потери, возникшие у истца в результате недобросовестных действий ответчика. Сумма, подлежащая уплате в соответствии с п. № соглашения составляет 966 858,08 руб., срок возмещения потерь согласно п. № соглашения установлен не позднее ДД.ММ.ГГГГ. Имущественные потери возникли у истца в результате привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения по решению <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ в

убытков, либо уменьшения их размера. В ходе рассмотрения дела судом установлено, что субподрядчик ООО «Компания ВАИР» принял на себя обязательства по выполнению работ в рамках договора субподряда от 9 января 2020г., устанавливающим его ответственность на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения принятых обязательств. Сторонами договора достигнуто соглашение о том, что ответственность субподрядчика за ненадлежащее исполнение обязательств по договору заключается в выплате подрядчику неустойки за нарушение сроков выполнения работ. Так же сторонами договора достигнуто соглашение о возмещении имущественных потерь , которые могут возникнуть вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком налогового законодательства и/или правил бухгалтерского учета. В договоре субподряда отсутствует условие о возмещении ответчиком убытков, причиненных истцу в результате нарушения им сроков выполнения работ, в виде оплаты суммы любых имущественных (денежных) требований третьих лиц, предъявленных к истцу. Не являясь стороной договора подряда, субподрядчик не может нести ответственность за действия подрядчика в виде ненадлежащего исполнения условий договора подряда. Возможность повлиять на размер неустоек,

ГК РФ стороны обязательства, действуя при осуществлении ими предпринимательской деятельности, могут своим соглашением предусмотреть обязанность одной стороны возместить имущественные потери другой стороны, возникшие в случае наступления определенных в таком соглашении обстоятельств и не связанные с нарушением обязательства его стороной (потери, вызванные невозможностью исполнения обязательства, предъявлением требований третьими лицами или органами государственной власти к стороне или к третьему лицу, указанному в соглашении, и т.п.). Указанной нормой, как следует из ее содержания, предусмотрено, что соглашение о возмещении имущественных потерь в порядке статьи 406.1 ГК РФ заключается сторонами уже существующего обязательства и в связи с ним, при наступлении определенных обстоятельств. Аналогичное толкование положений статьи 406.1 ГК РФ дано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - постановление Пленума N 7). В силу пункта 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства могут возникать

договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части 1 данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора (часть 2 статьи 431 ГК РФ). Исходя из толкования пункта 1.2. договора во взаимосвязи с остальными его условиями, руководствуясь статьей 431 ГК РФ, суд приходит к выводу, что договор фактически представляет собой соглашение сторон о возмещении имущественных потерь согласно статье 406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Во исполнение обязательств, возникших у ФИО1 из договору № от ДД.ММ.ГГГГ, истцом предъявлены ко взысканию возвращенные в бюджет денежные средства, полученные ранее ООО "Птицефабрика Акашевская" в качестве субсидий, в сумме 369 815 388,05 руб., денежные средства в размере не полученных из бюджета субсидии - 31 743 357,29 руб., в сумме уплаченного штрафа - 64 544 280 руб., а также в сумме 150 000 000 руб.

случае наступления определенных в таком соглашении обстоятельств и не связанные с нарушением обязательства его стороной (потери, вызванные невозможностью исполнения обязательства, предъявлением требований третьими лицами или органами государственной власти к стороне или к третьему лицу, указанному в соглашении, и т.п.). Соглашением сторон должен быть определен размер возмещения таких потерь или порядок его определения. В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7) разъяснено, что в силу пунктов 1 и 5 статьи 406.1 ГК РФ соглашением сторон обязательства может быть прямо установлена обязанность одной из них возместить имущественные потери другой стороны, возникшие в случае наступления определенных обстоятельств, каким-либо образом, связанных с исполнением, изменением или прекращением обязательства либо его предметом, и не являющихся нарушением обязательства. В отличие от возмещения убытков по правилам статей 15 и 393 ГК РФ возмещение