Субсидиарная ответственность обратная сила - гражданское законодательство и судебные прецеденты

законов от 13.07.2015 N 224-ФЗ, от 03.08.2018 N 340-ФЗ, от 27.06.2019 N 151-ФЗ) (см. текст в предыдущей редакции) 7. При недостаточности имущества государственного казенного учреждения, которое провело государственную экспертизу проектной документации и (или) государственную экспертизу результатов инженерных изысканий, субсидиарную ответственность за вред, причиненный вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, объекта незавершенного строительства, несет Российская Федерация или субъект Российской Федерации. 8. Собственник здания, сооружения, концессионер, частный партнер, которые возместили в соответствии с гражданским законодательством вред, причиненный вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения, и выплатили компенсацию в соответствии с частями 1 и 2 настоящей статьи, имеют право обратного требования (регресса) к лицу, выполнившему в период эксплуатации здания, сооружения на основании договора, заключенного с указанными собственником, концессионером, частным партнером, соответствующие работы по содержанию и (или) обслуживанию здания, сооружения, вследствие недостатков которых причинен вред, в размере возмещения вреда

о недобросовестности контролирующего должника лица в ходе осуществления своих полномочий, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом и взыскании солидарно с другими ответчиками 28 853 697,46 руб. С указанными выводами согласились суды апелляционной инстанции и округа. Выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами в этой части, ФИО1 указывает, что вопреки позиции судов на дату появления у должника признаков неплатежеспособности у учредителя должника отсутствовала предусмотренная законом обязанность по принятию решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве. Такая обязанность (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве) введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ (опубликован 30.07.2017) и распространяется на отношения, возникшие с момента вступления в силу данных изменений, то есть не имеют обратной силы и не могут применяться в отношении ФИО1 При этом она не являлась контролирующим должника лицом в силу корпоративного соглашения между участниками. По условиям

деятельности. Между тем по результатам изучения состоявшихся по делу судебных актов и доводов кассационной жалобы таких оснований не установлено. Отменяя постановление апелляционного суда и оставляя в силе решение суда первой инстанции, суд округа, руководствуясь положениями пунктов 1 и 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», согласился с выводами суда первой инстанции о доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков, являвшихся контролирующими должника лицами, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, признав необоснованными выводы апелляционного суда об обратном . Обжалуемое постановление принято в пределах полномочий, предоставленных суду кассационной инстанции (статья 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Выводы судов первой инстанции и округа соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Основания для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать ФИО1 в передаче

обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. При этом дела о привлечении к субсидиарной ответственности, возбужденные вне рамок дела о банкротства до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, и после этой даты подлежат рассмотрению в соответствии с процессуальными нормами законодательства о банкротстве, действовавшими до этой даты» (п. 2 Информационного письма № 137). Таким образом, нормы материального права, в том числе, в части рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, обратной силы не имеют. Глава III.2. «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», как и ст. ст. 61.11, 61.13, которыми руководствовались суды, были введены в действие Федеральным законом «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» № 266-ФЗ от 29.07.2017. Таким образом, суды сделали неверный вывод, что 25.02.2016 ООО «Травертино» получило сообщение об отсутствии денежных средств на счетах ООО «Трейд-Ойл», в связи с чем,

с указанного момента наступила правовая определенность относительно условий обязательства, в которое вступает арбитражный управляющий, и последовательно утверждаемые в деле о банкротстве арбитражные управляющие при должном исполнении своих обязанностей в части ожиданий по полагающемуся вознаграждению, определяемому в соответствии с положениями статьи 20.6 Закона о банкротстве; принимая во внимание, что нормы права, предусматривающие возможность взыскания стимулирующего вознаграждения арбитражного управляющего с лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности (пункт 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве), ухудшают положение такого лица и увеличивают размер его ответственности, в связи с чем не могут иметь обратной силы , и, исходя из того, что само по себе утверждение того или иного конкурсного управляющего в деле о банкротстве не является юридически значимым для определения возможности применения положений пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ, поскольку на протяжении процедуры банкротства не исключена неоднократная смена арбитражных управляющих, которые, в силу положений пункта 6 статьи 20.3 Закона

своих обязанностей вправе разумно ожидать дальнейшего получения вознаграждения именно на этих условиях, в том числе, вправе рассчитывать на получение процентов по вознаграждению конкурсного управляющего, определяемых в соответствии с положениями статьи 20.6 Закона о банкротстве в редакции закона, действовавшего на дату открытия процедуры конкурсного производства, а также, учитывая, что нормы права, предусматривающие возможность взыскания стимулирующего вознаграждения арбитражного управляющего с лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности (пункт 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве), ухудшают положение такого лица и увеличивают размер его ответственности, в связи с чем не могут иметь обратной силы , и, исходя из того, что само по себе утверждение того или иного конкурсного управляющего в деле о банкротстве не является юридически значимым для определения возможности применения положений пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ, поскольку на протяжении процедуры банкротства не исключена неоднократная смена арбитражных управляющих, которые, в силу положений пункта 6 статьи 20.3 Закона

ч. 6 ст. 327 ГПК РФ, невозможно и по причине несоблюдения досудебного урегулирования. В данном случае, суд обязан, в случае, если указанные обстоятельства установлены при рассмотрении спора судом, оставить требования без рассмотрения по правилам ст. 222 ГК РФ. Более того, судебная коллегия учитывает, что исковые требования ФИО1 о привлечении членов кооператива к солидарной субсидиарной ответственности являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению по существу, ввиду отсутствия решения Правления кооператива о внесении дополнительных взносов. Обратного истцом при рассмотрении спора по существу в суде первой инстанции не доказано, а именно на истце лежала процессуальная обязанность доказывания своих требований в силу требований ст. 12, 55, 56 ГПК РФ, распределяющей бремя доказывания исходя из принципа состязательности гражданского процесса. Обстоятельств, исключающих обязанность доказывания истцом своих требований, по указанной категории споров, законом не установлено. А потому, привлечение новых соответчиков не создает условий для удовлетворения необоснованно заявленного и не доказанного в суде первой инстанции иска. Как разъяснено в

бухгалтерскую отчетность, что привело к прекращению деятельности юридического лица и невозможности удовлетворения требования ФИО1 Тем самым, ответчики в порядке субсидиарной ответственности по правилам статьи 53.1 ГК РФ и пункта 3.1. статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» должны возместить истцу убытки. В судебном заседании суда первой инстанции истец и ее представитель просили удовлетворить заявленные требований. Ответчик ФИО2 иск не признал. Иные участвующие в деле лица в судебное заседание суда первой инстанции не явились, были извещены. Судом постановлено указанное выше решение. В апелляционной жалобе и дополнении к ней истец просит об отмене решения суда, удовлетворении исковых требований. Полагает, что суд неверно истолковал положения гражданского законодательства, Закона об исполнительном производстве, в связи с чем считает, что истец не утратила статуса кредитора. Не согласна с выводами суда о невозможности обратной силы закона. Полагает, что поскольку норма ч.3.1 ст.3 Федерального закона «Об общества с ограниченной ответственностью» действует на дату обращения в

банкротстве ЗАО «КРАМАКС» вытекает, что конкурсный управляющий ЗАО «КРАМАКС» ФИО11 усматривает основания для привлечения его к субсидиарной ответственности. Соответственно, удовлетворение настоящего иска увеличит размер конкурсной массы ЗАО «КРАМАКС» и как следствие позволит уменьшить размер его субсидиарной ответственности деле №А41-65456/2019, при привлечении к таковой, то у него имеется материально-правовой интерес в признании ничтожной сделки недействительной. Заключение дополнительного соглашения №1 о досрочном расторжении договора аренды за №А-28-2012 от 27 декабря 2012 г. с составлением акта приема-передачи от 25 июля 2014 г. по возврату ЗАО «КРАМАКС» башенного крана марки POTAIN MD 285В заводской номер 410215, нелегитимным генеральным директором ЗАО «КРАМАКС» ФИО6 от своего имени, в результате, которого ООО «Профсервис» и ФИО6 осуществили имитацию (инсценировку) передачи самого крана обратно в ЗАО «КРАМАКС», присвоили его и не возвратили обратно ЗАО «КРАМАКС», оставив башенный кран POTAIN MD 285В (Франция) в своем распоряжении с намерением распорядиться по своему усмотрению, стало возможным исключительно вследствие наличия у данных лиц