стоимости выполненных работ по договору, которое являлось обеспечительной мерой, гарантирующей надлежащее качество результата выполняемых субподрядчиком работ и покрытие возможных расходов подрядчика в связи с ненадлежащим выполнением субподрядчиком обязательств по договору подряда. Гарантийный срок эксплуатации объекта и входящих в него инженерных систем, материалов и работ устанавливается 36 месяцев с даты подписания сторонами акта приемки готового к эксплуатации объекта (пункт 12.3 договора подряда). По договору от 06.11.2018 № 09/06-11-18 субподрядчик (цедент) уступил истцу (цессионарий) право требования к подрядчику оплаты суммы гарантийного удержания, а также право требования оплаты штрафных санкций и другие права, связанные с правами требования к обществу «УК БСМ» по договору от 18.05.2015; подрядчик уведомлен о состоявшейся уступке. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 329, 330, 382 ГК РФ, учитывая судебные акты по делам № А40-95395/2018, № А73-13082/2018, а также правовые позиции, сформулированные в определении Судебной коллегии
статьи 31 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» в связи с тем, что в конкурсной документации установило требование к участнику закупки о наличии членства в саморегулируемой организации исключительно в соответствии с частью 13 статьи 5516 Градостроительного кодекса Российской Федерации; часть 6 статьи 31 данного закона – в связи с установлением в проекте контракта, заключаемого по итогам конкурентной процедуры, требования к подрядчику о согласовании с управлением договоров, заключаемых с субподрядчиками и соисполнителями, о включении в договоры с субподрядчиками, соисполнителями условия об обязательном согласовании субподрядчиками, соисполнителями с управлением последующей передачи работ на субподряд другой организации. Отказывая в признании решения антимонопольного органа недействительным, суды руководствовались статьями 198, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», и исходили
7 Кодекса, руководствуясь пунктом 11 статьи 60 ГрК РФ, исходил из того, что саморегулируемая организация несет солидарную ответственность с подрядчиком, который причинил вред третьему лицу вследствие некачественного выполнения работ по капитальному ремонту; подрядчик причинил вред имуществу лица, с которым он не состоял в договорных отношениях; на момент причинения вреда общество «СУ Санрэм» имело свидетельство о допуске к работам, выданное СРО; фонд возместил вред перед третьим лицом, в порядке регресса к нему перешло право требования к подрядчику и саморегулируемой организации; подрядчик ликвидирован; убытки подлежат взысканию с саморегулируемой организации. Доводы заявителя, приведенные в кассационной жалобе, в том числе о том, что надлежащими ответчиками по делу должны быть признаны страховые компании, застраховавшие ответственность подрядчика, о том, что при обстоятельствах настоящего спора саморегулируемая организация не несет ответственности за вред, причиненный членом саморегулируемой организацией, основаны на ином толковании законодательства, выводы судов не опровергают. Ссылка на судебные акты по другим делам не может являться обоснованием
заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 166, 168, 421, 431, 382, 388, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что оснований для признания указанных истцом сделок недействительными не имеется; договором подряда от 07.08.2017 не установлен запрет на передачу заказчиком своих прав требования к подрядчику третьим лицам; должник был извещен о переходе прав требования к другим лицам; истцом не доказано, что, заключая указанные договоры цессии, стороны действовали с намерением причинить вред обществу «Алжирстрой». Приведенные в кассационной жалобе доводы, повторяют позицию истца по спору, выводов судов не опровергают. По существу заявитель выражает несогласие с наличием у заказчика требований к подрядчику и в связи с этим возможными требованиями цессионария по договору от 03.03.2020 № 03/03 передачи прав (требований) – общества
им сроков оплаты, признав состоявшимся зачет штрафной неустойки, начисленной подрядчику в связи с расторжением договора по причине нарушения им сроков выполнения работ, в счет суммы подлежащего возврату гарантийного удержания. Суд округа, ссылаясь на статьи 190, 381.1, 421 ГК РФ, указал на то, что с учетом дополнительного соглашения № 3 срок выполнения работ подрядчиком не нарушен, в связи с чем оснований для расторжения договора заказчиком по причине нарушения подрядчиком условий договора не имелось, право требования к подрядчику уплаты штрафа не возникло, поддержав вывод апелляционного суда о расторжении договора на основании статьи 717 ГК РФ. Вместе с тем, учитывая в соответствии с пунктом 7.1.2 договора не наступление срока выплаты гарантийного удержания, суд округа отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе решение суда. Суд округа при этом не нарушил пределы рассмотрения дела в суде соответствующей инстанции. Оснований, предусмотренных пунктом 1 части 7 статьи 291.6 АПК РФ, по которым кассационная жалоба может
820 814,17 х 0,05 = 14241040 руб. 71 коп. Доводы ответчика об отсутствии правовых оснований для выплаты им истцу сумм гарантийных удержаний, судом первой инстанции отклонены с учетом положений статей 723, 755 ГК РФ и правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении ВС РФ от 20.02.2017 № 302-ЭС16-17715. В рамках настоящего дела требования Заказчика к Подрядчику, признанному банкротом, обеспечены гарантийным удержанием. Заказчик необоснованно посчитал, что вправе за счет удержанной суммы удовлетворить свои требования к Подрядчику , не обращаясь в арбитражный суд с заявлением о включении этих требований в реестр. Гарантийное удержание действительно является широко распространенным способом обеспечения исполнения обязательств подрядчика, возникших из договора подряда. Его обеспечительная функция заключается в том, что заказчик вправе удовлетворить свои имущественные требования к подрядчику за счет суммы гарантийного удержания, не прибегая к принудительному взысканию с подрядчика денежных средств. Гарантийное удержание представляет собой часть цены договора (стоимости выполненных подрядчиком работ), которая должна быть выплачена
победителем аукциона как лицо, предложившее наименьшую цену за выполнение работ. Согласно выписке из реестра членов СРО от 25.10.2021 ИП ФИО2 является членом СРО с первым уровнем ответственности, предоставляющим право на заключение контрактов на сумму, не превышающую 60 000 000 руб. Решением от 16.11.2021 Управления антимонопольной службы по Алтайскому краю жалоба второго участника аукциона на нарушение ИП ФИО2 требований к уровню ответственности при участии в аукционе признана необоснованной, поскольку в аукционной документации в качестве требования к подрядчику отсутствует указание на наличие определенного уровня ответственности у последнего. 19.11.2021 по результатам аукциона между МБОУ «Ремзаводская СОШ» (заказчик) и ИП ФИО2 (подрядчик) заключен контракт, по условиям которого подрядчик обязался собственными и (или) привлеченными силами своевременно выполнить работу по капитальному ремонту здания школы в соответствии с проектной документацией в сроки, указанные в контракте, графике выполнения работ и сдать результат работы заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (далее – контракт). Согласно
давальческого сырья по договору подряда на переработку давальческого сырья № 10/12/2021, 880 803 руб. – убытки, понесенные в связи с передачей бракованной обуви, 142 800 руб. – убытки, понесенные в связи с нехваткой заготовок, 82 070 руб. – стоимость устранения недостатков; 1 500 000 руб. – долг по договору уступки прав требования от 03.10.2022 № 16/4. Встречное исковое заявление мотивировано некачественным выполнением работ Подрядчиком, наличием у Заказчика расходов по устранению недостатков, получением права требования к Подрядчику на основании договора уступки прав требования. Подрядчик в отзыве на встречное исковое заявление просил отказать в его удовлетворении, поскольку Заказчик требования не признает, по отгрузке от 04.02.2022 после приглашения на приемку, акт о не качественности продукции не составлялся. Акт по другой отгрузке от 15.03.2022 не имеет доказательственной силы, поскольку не соблюден порядок приемки. Также Подрядчик просил представить на обозрение подлинник договора уступки прав требования от 03.10.2022 № 16/4, а также подлинник накладной СРМ
истец не имеет возможности оформить права на квартиру и распоряжаться своим имуществом, так как ответчик ФИО5 не предоставляет истице необходимый для регистрации прав на недвижимое имущество пакет документов и уклоняется от регистрации права ФИО3 на принадлежащую ей квартиру. Также, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 (первый кредитор) и истцом ФИО15 (новый кредитор) заключен договор уступки прав и обязанностей по договору о совместном долевом участии в строительстве от 10.03.2005г. Согласно договора первоначальный кредитор уступает новому кредитору право требования к подрядчику (ООО «Грифон) и собственнику (ФИО5) исполнения указанных в договоре о совместном долевом участии в строительстве от 10.03.2005г. обязательств, в полном объеме и на тех же условиях. Факт исполнения условий договора истицей ФИО27 подтверждается распиской ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГг.о получении от ФИО15 денежной суммы в размере 300 000 (триста тысяч) рублей в счет расчетов за уступаемое право требования по договору уступки от 12.10.2017г. О заключенном договоре были уведомлены ООО «Грифон» и ФИО5, о чем свидетельствуют
для определения сметной стоимости не представлены), средства субсидии в сумме 1 245 000 рублей были использованы неправомерно. Вместе с тем, такой вывод не выдерживает никакой критики, поскольку контракт был заключен в установленном законом порядке, предмет контракта соответствует цели предоставления субсидии, контракт в настоящее время исполнен сторонами, заказчик оплатил работы по контракту и принял результат этих работ без каких-либо замечаний. Контракт не оспорен, недействительным не признан, доказательства ненадлежащего исполнения контракта суду не представлены, какие-либо требования к подрядчику не заявлены. При таких обстоятельствах, законно заключенный и исполненный муниципальный контракт является правомерным основанием для расходования средств субсидии на ремонт здания клуба. Довод о том, что не представлены основания для определения сметной стоимости (т.е. сметный расчет представлен, а основания для определения сметной стоимости не представлены), не может свидетельствовать о неправомерном использовании средств субсидии, использованных во исполнение муниципального контракта. Тот факт, что сторона истца соглашается с таким выводом, не свидетельствует ни об обоснованности самого
составила 16 % годовых. Кредит предоставлялся на приобретение недвижимости: для оплаты по предварительному договору купли-продажи Земельного участка номер от дата, заключенному между заемщиком и Ф.И.О.2; для оплаты по договору номер/УЭК/ФЛ/ЕД2 оказания услуг по предоставлению возможности на подключение к коммуникациям от дата, заключенному между заемщиком и ООО «Управляющая эксплуатационная компания Европейская Долина -2»; для оплаты по договору строительного подряда номер от дата, заключенному между заемщиком и ООО «Пахра». По договору подряда заемщик приобретает право требования к подрядчику по строительству на Земельном участке жилого автономного блока в сблокированном жилом доме для круглогодичного проживания общей площадью 105 кв.м, (далее - Дом). Надлежащее исполнение обязательств заемщиком в соответствии с п. 6.1 Кредитного договора обеспечены: залогом права требования к продавцу по предварительному договору, заключенному с заемщиком, согласно договору залога номер от дата; залогом права требования к исполнителю по договору оказания услуг согласно договору залога номер от дата; залогом права требования к подрядчику по договору
