доверительный управляющий обязан вернуть учредителю активы, размещенные в указанные ценные бумаги, в денежной форме в размере их балансовой стоимости за счет собственных средств. Задолженность управляющего (должника) по указанным договорам доверительного управления составляет 128 990 261, 62 руб., что подтверждается подписанным сторонами актом сверки взаимных расчетов от 01.10.2012 по состоянию на 09.11.2013. Впоследствии, между Учреждением Московской Федерации профсоюзов «Фонд имущества профсоюзов Москвы» и ООО «Агростройтэк» был заключен договор возмездной уступки прав ( цессии) от 09.11.2012 по договору доверительногоуправления активами № 58/ДУ от 05.07.2007 и договору доверительного управления активами № 67/ДУ от 21.01.2008, в соответствии с которым к ООО «Агростройтэк» перешло право требования к должнику (ООО «УК «ВИКА») в полном объеме долга по указанным договорам в размере 128 990 261, 62 руб. В качестве доказательств, обосновывающих наличие размера и основания задолженности, кредитором представлены договоры доверительного управления № 58/ДУ от 05.07.2007, № 67/ДУ от 21.01.2008; договор цессии от 09.11.2012, акт сверки
а именно: договор займа от 27.12.2013 между ФИО5 С.а.р.л. и должником, договор уступки прав ( цессии) № 02/SA/2015 от 31.03.2015 между ФИО5 С.а.р.л. и цедентом. Указанные документы переданы цедентом цессионарию в полном объеме со всеми приложениями и дополнительными соглашениями. 31.10.2015 между должником и Компанией Фангриско Трейдинг Лимитед составлен договор № 9 Н о замене обязательства (новация) (т.2, л.д. 5), по условиям которого стороны согласились заменить заемное обязательство, вытекающее из договора займа № б/н от 27.12.2013 между должником и ФИО5 С.а.р.л., на вексельное обязательство. Должником выдан Компании Фангриско Трейдинг Лимитед собственный вексель № 005 на общую сумму 1 601 367,53 долларов США, со сроком платежа: по предъявлению, но не ранее 31.12.2025, с начислением процентов 14,1% годовых (т.1, л.д. 150). 20.11.2015 между Компанией Фангриско Трейдинг Лимитед (учредитель) и обществом «ТД «ФИО3» (доверительный управляющий) заключен договор доверительного управления векселями, согласно которому учредитель передает управляющему на неопределенный срок простые векселя (№№005, 006, 008 от
обязанности которого, наряду с определением порядка выплаты и размера вознаграждения зависели от условий соответствующего договора, прошедшего нотариальное удостоверение, то вышеназванный договор уступки права требования также предполагал совершение сделки в соответствующей письменной форме, требующей нотариального удостоверения, исходя из положений пункта 1 статьи 389 Гражданского кодекса РФ. Учитывая то обстоятельство, что лица, заключившие договор уступки прав требования, владели информацией о спорном характере соответствующих условий договоров доверительного управления, притом, что формировали условия договора цессии без привязки непосредственно к условиям договоров доверительногоуправления имуществом, самостоятельно определяя период и объем исполненных доверительным управляющим обязанностей, а также формируя объем (стоимость) причитающегося управляющему вознаграждения, то следует признать, что данный договор требовал дополнительной проверки в части его нотариального удостоверения, а также существенным образом затрагивал как права Общества, находящегося в процедуре банкротства, его кредиторов, а также наследников ФИО15 При этом апелляционный суд полагает необоснованным довод ФИО5, управляющего ФИО12 и ФИО3 относительно выгодности данного договора для должника, со ссылкой
ГК РФ, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Касательно договора уступки прав (цессии) № 1/09-10 от 20.09.2010 года, заключенному между ООО «Утришский дельфинарий» г. Анапа и ФИО1, суд считает его действительным, так как он заключен до принятия Арбитражным судом г. Москвы решения по делу № А40-128337/10-45-942 о признании договора доверительного управления от 01.09.2010 года недействительным. При заключении договора цессии стороны не могли знать о том, что договор доверительногоуправления может быть в последующем признан недействительным. Действительность договора следует также из обязательственного характера этой сделки. Будучи источником обязательства, значимого только для его сторон, договор цессии никаким образом не касается вопроса законности действия лица, действующего от имени ООО «Утришский дельфинарий» г. Москва, и не может ставиться в зависимость от легитимности директора последнего. Если в результате исполнения договора одна из сторон не является обладателем того результата, на который она рассчитывала при
переданы подлинные документы, дающие право требовать возврата кредита и обращения взыскания на предмет залога (подлинные договоры и платежные документы, подтверждающие передачу денежных средств в фонд и т.д.), кроме того, природа этих лиц разная. Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не доказано, что право требования исполнения Банком обязанности, предусмотренной пунктом 3 статьи 1024 Гражданского кодекса РФ, перешло от ФИО4 к ФИО1 Учитывая, что на момент заключения договоров уступки права требования ( цессии) соответствующие договора доверительногоуправления были прекращены по инициативе учредителя управления ФИО4, переход прав и обязанностей в полном объеме от учредителя управления новому кредитору (истцу) невозможен. Кроме того, в условиях цессии не определено в какой период действия договора доверительного управления возникли убытки, права требования которых перешли к цессионарию, а также не определено неправомерное удержание, уклонение от возврата, иная просрочка в возврате каких денежных средств либо неосновательное получение или сбережение за счет другого лица повлекли за собой возникновение
доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему, Согласно ч. 1 ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Требования ООО «Стройимпульс СМУ-1» основаны на договоре цессии от ДД.ММ.ГГГГ № заключенном между ФИО10 и истцом. Предметом заключенного между сторонами договора согласно п. 1 Договора цессии является право требования к правопреемникам умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 выплаты вознаграждения за выполненную кредитором работу по доверительнымуправлением наследственным имуществом, перечень которого изложен в п. 2 Договора. (л.д. 38-42) Согласно п. 2 Договора цедент уступает цессионарию право требования вознаграждения на управление наследственным имуществом 100% долей в уставном капитале ООО «ТЕОРЕМА», ООО «АС.КОМ-4», ООО «ВИКТОРИЯ», ООО «Стройимпульс СМУ-1» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на основании заключенных с нотариусом ФИО9 договоров доверительного управления. Пунктом 4 Договора цессии установлен размер вознаграждения право требовать которое уступает ФИО10
То есть факт понесенных расходов, а соответственно, фактическое нахождение имущества в доверительном управлении ООО «Утришский дельфинарий» г. Анапа подтвержден вступившим в законную силу судебным актом. Оснований для признания недействительным договора уступки прав (цессии) № 1/09-10 от 20.09.2010, заключенного между ООО «Утришский дельфинарий» г. Анапа и ФИО2, поскольку он заключен до принятия Арбитражным судом г. Москвы решения от 01.09.2010 по делу о признании договора доверительного управления недействительным. При заключении договора цессии стороны не могли знать о том, что договор доверительногоуправления может быть в последующем признан недействительным. При заключении договора нарушений закона не допущено. Договор цессии никаким образом не касается вопроса законности действия лица, действующего от имени ООО «Утришский дельфинарий» г. Москва, и не может ставиться в зависимость от легитимности директора последнего. Если в результате исполнения договора одна из сторон не является обладателем того результата, на который она рассчитывала при заключении договора, то это свидетельствует не о дефекте самого договора,
