Ученический договор в табеле - гражданское законодательство и судебные прецеденты

положениями Трудового кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 24.07.2009 № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования», пришел к выводу, что в рассматриваемом случае объект обложения страховыми взносами в рамках ученического договора, не предполагающего выполнение учеником каких–либо трудовых функций либо выполнение работ (оказание услуг), не возникает. При этом, как верно отметил суд апелляционной инстанции, наличие в ученическом договоре условий, характерных для трудового договора, а также иных элементов трудовых правоотношений (табель учета рабочего времени, оплата результата практической работы, раздельный учет выплат по ученическим договорам), не свидетельствует о необходимости включения в базу для начисления страховых взносов спорных выплат. Принимая во внимание правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.12.2013 по делу № А71-9175/2012, суд округа согласился с указанными выводами. Приведенные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения судов и получили надлежащую правовую оценку в обжалуемых

было обязано обеспечить выполнение установленных требований, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения требований закона. Довод ООО «Океан» о том что, 20.12.2015 у работников ФИО1 и ФИО2 не имелось личных карточек охранников, поскольку они находились на объекте (кафе-бар «Хамелеон») в качестве учеников и в соответствии с ученическими договорами от 15.12.2015 проходили обучение, судом отклоняется по следующим основаниям. Из письменных объяснений от 29.12.2015 ФИО1 и ФИО2 следует, что указанные лица работают в ООО «Океан» несколько месяцев в качестве охранников, трудовые отношения с ними Общество не оформляло и обучение они не проходили. Из табеля рабочего времени за декабрь 2015 в кафе-баре «Хамелеон», видно, что 18, 19, 25 и 26 ФИО1 и ФИО2 заступали на пост в качестве охранников. Приложенные к отзыву ученические договоры не согласуются с письменными объяснениями самих ФИО1 и ФИО2 и другими материалами, полученными в ходе расследования, поэтому указанные документы не подтверждают доводов Общества

Федерации, поскольку указанные выплаты не подлежат налогообложению. Командировочные расходы на обучение являются служебными командировочными расходами и компенсации не подлежат, гарантированы работодателем. Также, за ним не был закреплен наставник. С учетом изменения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец ФИО4 просит суд признать пункт 3.2.3. ученического договора недействительным. В судебном заседании истец ФИО4 измененные исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить. Указал, что ночные смены не включены в ученический договор, в табеле учета рабочего времени не отражены. С коллективным договором его не знакомили, приказ о наставничестве не издавался. Представитель ответчика, действующая на основании доверенности, ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении. Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной инспекции труда в Вологодской области в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте слушания дела извещался надлежащим образом. Заслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела,

работы, является ошибочным. Решением Кировского районного суда г.Ростова-на-Дону от 10 сентября 2018 г. административное исковое заявление ООО «Комбайновый завод «Ростсельмаш» было удовлетворено. В апелляционной жалобе Государственная инспекция труда в Ростовской области считает решение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. Заявитель жалобы, ссылаясь на ст. 203 ТК РФ, считает, что ФИО1 в нарушение условий ученического договора не был освобожден от работы и продолжал работать по графику работы учеником оператора, что подтверждается табелями учета рабочего времени. Представитель Государственной инспекции труда Ростовской области по доверенности ФИО2 в суд апелляционной инстанции явился, доводы апелляционной жалобы поддержал, просил удовлетворить. Представитель ООО Комбайновый завод «Ростсельмаш» по доверенности ФИО3 в суд апелляционной инстанции явилась, доводы апелляционной жалобы не признала, просила в их удовлетворении отказать. В отношении надлежащим образом извещенных и неявившихся лиц, дело рассмотрено в их отсутствие, в порядке ч. 2 ст. 150 КАС

полный месяц обучения, не установлена ответственность за нарушение п.8.2.1 ученического договора, предусматривающего обязанность работника во время обучения надлежащим образом посещать все занятия. Работодателем в материалы дела не представлен предусмотренный пунктом 2.6 положения «О выплате стипендии», утв. приказом ООО «Комбайновый завод «Ростсельмаш» НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 21.03.2014г., список, утвержденный начальником управления организации труда и заработной платы, на основании которого производилось начисление в марте 2020 года стипендии ученикам, не представлен и предусмотренный пунктом 2.2 ученического договора НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-К от 10.02.2020г. табель посещаемости обучения за март 2020 года, подтверждающий дни фактической явки (неявки) ФИО1 на обучение в марте 2020 года. Работодателем представлена только копия части табеля слушателей Ростовского колледжа технологий машиностроения, в котором пунктом 10 указан ФИО1, слушатель, с указанием 5 дней явки, предположительно с 10 по 14 число (л.д.34). Приказов о невыплате или о лишении ФИО1 выплаты стипендии за март 2020 года в связи с нарушением условий ученического договора НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-К от