судебный пристав-исполнитель в нарушение части 4 статьи 61 Федерального закона №229-ФЗ не предупредил специалиста об ответственности за дачу заведомо ложного отчета или заключения. За уклонение от выполнения обязанностей специалиста, установленных Законом об исполнительном производстве, а также за дачу заведомо ложного отчета или заключения специалист несет ответственность в соответствии с законодательством РФ. Согласно действующему законодательству специалист может понести административную ответственность за заведомо ложные пояснения (ст. 17.9 КоАП). Не исключена возможность и его гражданской ответственности. Уголовная ответственность специалиста предусмотрена за дачу заведомо ложного заключения только при производстве предварительного следствия, рассмотрении и разрешении дела в суде (ст. 307 УК). Исходя из представленного в материалы дела договора на оказание услуг по оценке арестованного имущества №173-76/10 от 02.06.2010 (л.д.125-131), п.5 договора содержит ответственность сторон за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств. Кроме того, заявитель ссылается на то, что в постановлении об участии специалиста в исполнительном производстве не определен специалист, привлекаемый для участия в исполнительном производстве,
Расчет истца проверен судами и признан обоснованным, подлежащим применению и единственно верным. Возражения апеллянта со ссылкой на контррасчеты и заключение специалиста судом отклоняются. Никакого документального подтверждения отсутствия дохода от использования изобретения Ответчик не представил суду. Справка, подписанная самим же Ответчиком, не может являться достоверным доказательством по делу. Заключение специалиста получило надлежащую оценку при рассмотрении дела судом первой инстанции, с которой апелляционный суд согласен. Заключение специалиста от 02.05.2017 № 23-001/17 в отсутствие подписки об уголовной ответственности специалиста за заведомо ложное заключение, и, принимая во внимание, что оно не отвечает на вопрос о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование изобретения, правомерно признано судом ненадлежащим доказательствам по делу. Более того, даже при отсутствии дохода от использования патента, Ответчик не освобождается от обязанности уплатить вознаграждение за право использования патента. Учитывая изложенное, оснований для отмены решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.05.217 по делу № А56-82435/2016 суд
при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств. Заключение эксперта являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами (часть 2 статьи 64, часть 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Возражая против представленного заключения, истец, в числе прочего, указывал, что для проведения испытаний песка эксперт самостоятельно обратился в ООО «ЛСК», проведение экспертизы которой не поручалось, об уголовной ответственности специалисты данной организации предупреждены не были. Вместе с тем, как правомерно указал суд первой инстанции эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для производства судебной экспертизы. Ввиду исследования песка лабораторией, которая к проведению экспертизы судом не привлекалась, заключение в части выводов о несоответствии песка не принято судом в основу решения по настоящему делу. Вместе с тем, в материалы дела истцом не представлены доказательства использования материала надлежащего качества. В ходе рассмотрения дела в подтверждение качества использованного
от 13.07.2018 № 120 были предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций и мотивированно отклонены, с указанием на то, что заключение либо рецензия специалиста относительно обоснованности заключения другого эксперта не является достаточным и допустимым доказательством, подтверждающим недостоверность, неполноту или противоречивость экспертного заключения, мнение специалиста не основано на фактическом исследовании спорного объекта и не является документом, устанавливающим существенные обстоятельства для рассмотрения дела. При этом суды учили, что указанное заключение получено во внесудебном порядке, об уголовной ответственности специалист не предупреждался. Судом отклоняется довод заявителя жалобы о том, что выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку данный довод не нашел своего подтверждения в ходе кассационного производства. Судом также отклоняется довод заявителя жалобы о том, что судебные акты вынесены с нарушением норм материального права, поскольку данный довод основан на неверном толковании заявителем жалобы норм материального права. В силу статей 168 и 268 АПК РФ полномочиями по оценке и переоценке фактических обстоятельств дела
статьи 63 Закона № 229-ФЗ право должника своевременно заявить отвод выполняющему оценку специалисту по основаниям, предусмотренным частью 1 названной статьи Закона. Ссылка пристава-исполнителя на предупреждение ФИО11 и ФИО10 об ответственности, установленной статьей 17.9 КоАП РФ, оформленное в виде Приложения № 2 к государственному контракту, правомерно отклонена апелляционным судом, так как доказательства предупреждения специалиста об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, отсутствуют. Довод подателя жалобы об отсутствии оснований для привлечения к уголовнойответственностиспециалиста -оценщика в случае дачи заведомо ложного заключения отклоняется, так как касается квалификации гипотетических действий, не относящейся к компетенции арбитражного суда. Между тем, диспозиция нормы статьи 307 УК РФ предусматривает ответственность за заведомо ложное показание специалиста. Как верно отметил суд апелляционной инстанции, с учетом норм статей 61, 63, 64, 85 Закона № 229-ФЗ, специалист, привлекаемый к участию в исполнительном производстве, подлежит предупреждению об ответственности при вынесении судебным приставом постановления об участии специалиста в конкретном
постановлении не отразил. Выводы суда о том, что заключение специалиста, изложенное в справке об исследовании от 26.03.2018 №122, является недопустимым доказательством ввиду того, что эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности, а после исследования не была назначена и проведена экспертиза, на нормах закона не основаны. В соответствии со ст.74 УПК РФ заключение и показания специалиста, наравне с заключением и показанием эксперта, являются доказательствами по делу. При этом, в соответствии со ст.307 УК РФ, уголовная ответственность специалиста за дачу заведомо ложного заключения не предусмотрена. На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что основания для возращения уголовного дела в отношении Шабаршина В.В. прокурору, в порядке ст.237 УПК РФ, отсутствуют, в связи с чем, в соответствии со ст.389.17 УПК РФ, постановление суда подлежит отмене, а уголовное дело передаче для рассмотрения в суд первой инстанции. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции ПОСТАНОВИЛ:
не было оснований для отказа в принятии экспертного заключения. Ссылки заявителей на то, что эксперт не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, отсутствует дата, время и место обследования, суд считает неубедительными и необоснованными. Судебный пристав-исполнитель предупредил специалиста об ответственности, установленной законодательством РФ за отказ и уклонение от дачи заключения или дачу заведомо ложного заключения, об этом имеется подпись специалиста в постановлении об участии специалиста в исполнительном производстве от 22.11.2010 г., уголовная ответственность специалиста при участии в исполнительном производстве, законодательством не предусмотрена. В представленном заключении, приложенных к нему материалах фотофиксации имеются сведения о дате, времени и месте обследования, которые не вызывают сомнений, в связи с чем, отсутствуют трудности в оценке данного заключения. По общим правилам гражданского судопроизводства экспертное заключение является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы и преимущества перед другими доказательствами. В соответствии со ст. 50 ФЗ РФ «Об исполнительном производстве», стороны исполнительного
специалиста № ... от дата, положенное в основу обвинения ФИО3 по ст. 199.2 УК РФ, недопустимым доказательством, суд указал, что следователь в нарушение ч. 5 ст. 164 УПК РФ при привлечении специалиста не предупредил его об уголовной ответственности по ст. 307 и 308 УК РФ. Однако суд не учел, что в соответствии с ч.1 ст. 307 УК РФ специалист подлежит уголовной ответственности только за дачу заведомо ложного показания, а за заведомо ложное заключение уголовная ответственность специалиста уголовным законом не предусмотрена. Указывая, что сторона обвинения не представила доказательств умысла ФИО3 и ФИО2 на совершение преступления, суд указал, что их действия – изъятие имущества ... и его последующая ликвидация – совершены во исполнение Постановления Кабинета Министров Республики Башкортостан № ... от дата., являются выполнением Государственной политики в области ЖКХ. Однако судом не дана оценка приведенным стороной обвинения доводам о том, что при этом ФИО3 и ФИО2 нарушены условия трудового контракта, требования
этом суд дал правильную и подробную оценку всем доказательствам, представленным как стороной обвинения, так и стороной защиты, привел убедительные мотивы, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие. Судебная коллегия не усматривает оснований согласиться с доводами адвоката о недопустимости протокола осмотра места происшествия. Указанный довод был предметом обсуждения судов первой и апелляционной инстанций, по сути, направлен лишь на переоценку доказательств, оснований для которой судебная коллегия не усматривает. Как верно отмечено судами, уголовная ответственность специалиста (эксперта) по ст. 307 УК РФ наступает в случае дачи заведомо ложных показаний. Поскольку при изъятии в ходе осмотра места происшествия двух системных блоков присутствующий при этом специалист (эксперт) <данные изъяты> не давал каких-либо показаний, оснований для предупреждения его по ст. 307 УК РФ не имелось. Права и обязанности, предусмотренные ст. 58 (57) УПК РФ, ему были разъяснены (т. 1 л.д. 18), что соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. Будучи допрошенным в судебном заседании и
