№ 21. Следовательно, по мнению Общества, выводы судов об изменении срока действия договора необоснованны. В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон. Принимая во внимание заявление Общества о переоформлении от 04.02.2013 № 41, решение Арбитражного суда Пермского края от 21.12.2012 по делу № А56-16254/2012, приказ Министерства от 29.07.2013 № СЭД-30-01-02-1009, пункт 1 договора аренды лесного участка от 19.08.2013 № 731, заявитель указывает, что воля сторон была направлена на
пользование займом, воспользовавшись правом на досрочное истребование денежных средств, установленным пунктами 2.3.4, 2.3.5 договора, заимодавцем в адрес заемщика 24.10.2017 направлено требование о погашении задолженности. Неоплата долга послужила основанием для обращения истца в арбитражный суд с первоначальными требованиями. Исследовав, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 10,168,170,807,809,810 Гражданского кодекса, суды отказали в удовлетворении первоначального иска, признав спорный договор притворным. Судебные инстанции, исходя из конкретных обстоятельств дела, пришли к выводу, что действительная воля сторон по договору была направлена на то, чтобы передать денежные средства ФИО2, находившиеся на счете Компании Ебунк Файнэншл Инк. в пользу российской компании ФИО2 – ответчика, использовав при этом транзитную организацию – истца, которая передала заемщику не свои денежные средства, а Компании Ебунк Файнэншл Инк. Платежи по договору займа, заключенному между Компанией Ебунк Файнэншл Инк. и истцом совершались синхронно с платежами по договору займа, заключенному между истцом и ответчиком. Установив направленность взаимной воли сторон, их
Судебные инстанции исходили из того, что истцом не представлено доказательств его аффилированности с ответчиком; не представлено сведений о подконтрольности организаций или о праве одного контрагента давать обязательные для исполнения указания другому. Истец не доказал, что ответчик знал или должен был знать о наличии ограничений, установленных пунктом 9.5.4.3 Устава. Наличие значительного ущерба для истца в результате заключения договоров и осведомленности ответчика о его наличии, истцом не доказаны. Также истец не представил доказательств, подтверждающих, что подлинная воля сторон по оспариваемым договорам не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при его заключении; сделки заключены в порядке обычной хозяйственной деятельности, исполнены, товар передан, денежные средства частично перечислены в адрес ответчика. Таким образом, воля сторон была направлена на создание тех правовых последствий, которые они предполагали при подписании договоров. Оспариваемые сделки заключались во исполнение бизнес-плана ООО «Колтек-Кама», утвержденного протоколом заседания Совета директоров общества от 25.04.2014 № 1 с целью обеспечения сырьем производства в
доказательств причинения вреда кредиторам данной сделкой, а также не представлено доказательств осведомленности другой стороны сделки о целях должника к моменту совершения сделки. То есть суд первой инстанции в противоречие с изложенными выше положениями, а также в нарушение ст. 65 АПК РФ, освободил финансового управляющего, также иных участвующих в деле лиц, поддерживающих его требования, от доказывания обстоятельств, на которые они ссылаются. Абсолютно немотивированными, с точки зрения ответчика, выглядят выводы суда о том, что якобы истинная воля сторон при заключении оспариваемого договора займа якобы не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Кроме того, заявление об обжаловании сделки было подано Фердинандом М.Б. 25.01.2021, то есть лишь через 2 недели после лишения его полномочий финансового управляющего, следовательно, данное заявление подано неуполномоченным на то лицом и в его удовлетворении должно быть отказано. Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2021 производство по апелляционной жалобе было приостановлено в связи с
года и в мае 2009 года в связи с рассмотрением судебного спора между ответчиками. Однако в это время земля и доля в праве собственности на дачу принадлежали на праве собственности истцу. Кроме этого, на принадлежащем истцу смежном земельном участке площадью 828 кв.м. по тому же адресу подвергнуты аресту хозяйственные постройки, которые зарегистрированы на ответчика ФИО4. При приобретении в собственность этого земельного участка на нем находились хозяйственные постройки, о регистрации которых не было известно, и воля сторон при отчуждении земельного участка была направлена на одновременное отчуждение в пользу истца этих построек вместе с землей. Это также отвечает принципу единства судьбы земельного участка и прочно связанных с ним объектов, предусмотренного ст. 35 Земельного Кодекса РФ. На момент заключения договора купли-продажи участка площадью 828 кв.м. у сторон отсутствовали сведения о государственной регистрации права собственности ФИО2 на хозяйственные постройки. Со слов продавца право собственности на эти постройки не было зарегистрировано, в связи с чем
объекты недвижимости своей близкой родственнице-матери ФИО4, с которой проживает по одному адресу: <адрес>, и ведут общее хозяйство. Данная сделка была заключена сразу же после того, как решение суда о взыскании с ответчицы указанной суммы было оставлено апелляционной инстанцией без изменения. Полагает, что ответчики, совершая данную сделку, не имели намерения создать соответствующие сделке правовые последствия, что подтверждается тем, что они являются близкими родственниками, отчуждение произошло во время возникновения обязательства у ФИО3 выплатить ему деньги, и воля сторон была направлена не на достижение гражданско-правовых отношений между ними, а целью сделки являлось возникновение правовых последствий в отношении третьих лиц. После государственной регистрации права ответчица ФИО4 не несет бремя содержания своей собственности, не пользуется имуществом. Совершая данную сделку, стороны хотели создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки, чтобы создать у третьих лиц ложное представление о намерениях участников сделки, обойти, установленные правом, запреты или ограничения. Кроме того,
Согласно ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Из смысла п. 1 ст. 170 ГК РФ во взаимосвязи с п. 1 ст. 166 ГК РФ следует, что мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка не порождает для них каких-либо обязательств, и они не имеют намерений исполнять ее либо требовать исполнения. В случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких - бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки и целью сторон не является возникновение правовых последствий для каждой или для одной из них в отношении третьих лиц. Мнимый характер сделка носит в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее заключении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых
