в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, учитывая выводы судебной экспертизы, вступившие в законную силу судебные акты по делам № А41-48829/2015, № А40-308163/2019, № А41-42175/2015, установив, что уступленное ответчиком в пользу истца право на размещение и эксплуатацию рекламных конструкций является недействительным в связи с признанием недействительным открытого аукциона на право заключения договоров, признав доказанным факт перечисления истцом денежных средств ответчику, придя к выводу о наличии у истца права требовать у ответчика возврата исполненного по договорам переуступки и предъявления иска в пределах срока исковой давности, суды, руководствуясь статьями 196, 200, 202, 382, 388, 390, 449, 1102, 1103 ГК РФ, частично удовлетворили заявленные требования. При этом судами также учтено, что общество «Траст» не использовало земельные участки, принадлежащие администрации, установив, что рекламные конструкции установлены и находились в границах земельного участка, принадлежащего ФКУ «Центравтомагистраль». С учетом установленных судами обстоятельств, доводы, изложенные заявителем в кассационной жалобе, не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм
в письменном виде. При этом суд апелляционной инстанции не указал мотивов, по которым пришел к выводу о невозможности их представления ответчиком в суд первой инстанции. Кроме того, в соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в апелляционном определении должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах. Ссылаясь на то, что договор займа заключался в обеспечение возврата ответчиком долга в уставном капитале ООО «Балт-Инвест» и то, что обязательства ФИО2 по этому договору исполнены путем заключения договора их купли-продажи с ФИО5, суд апелляционной инстанции не привел каких-либо доказательств, указывающих на взаимосвязь обязательств по этим договорам, в то время как в самих договорах указания на такие обстоятельства отсутствуют. Выводы судов апелляционной и кассационной инстанций противоречат также и нормам материального права. Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне
Шептицкая Т.К. получила от Монаховой Т.А. денежные средства в размере 250 000 руб. под 3%. Срок возврата займа не определен. Денежные средства по данной расписке ответчик не вернула. Кроме того, 15 мая 2015 г. истец выкупила долг ФИО2 перед ФИО3, в связи с чем к ФИО1 перешло право требования по договору займа в размере 200 000 руб. Обязательства по данному договору ответчиком в полном объеме не исполнены. Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, установив, что до обращения в суд ФИО1 не направляла ответчику письменное требование о возврате долга, пришел к выводу о том, что у истца на момент подачи иска не возникло право требования возврата суммы займа и процентов за пользование им. Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия указала, что срок возврата займа на момент подачи иска не наступил, поскольку договоры займа заключены на условиях до востребования, а доказательств направления ответчику требования о возврате займа и неисполнения
при удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом. Однако как следует из настоящего дела, несмотря на то, что судом общей юрисдикции был разрешен вопрос о возврате полученного, в разъяснении судебного акта было указано, что с одной из сторон полученное по сделке на основании этого определения взыскано быть не может. Учитывая разъяснения суда общей юрисдикции относительно невозможности взыскания исполненного на основании апелляционного определения, покупатель оказался лишен возможности защитить свои права в рамках дела о признании договора недействительным, что не может быть признано допустимым в соответствии со статьями 35 и 46 Конституции Российской Федерации. В суде общей юрисдикции требование о возврате полученного по недействительному договору заявлял не покупатель, а третье лицо; спор между покупателем и продавцом отсутствовал. На момент рассмотрения спора в суде общей юрисдикции также отсутствовало
части отказа в удовлетворении встречного иска отменить, встречный иск удовлетворить, ссылаясь на то, что в силу пункта 3 статьи 488 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) для реализации продавцом права требования возврата неоплаченного товара не требуется расторжения договора купли-продажи в судебном порядке, что нашло свое отражение в выработанной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 30.05.2017 № 307-ЭС17-1144 по делу № А56-76383/2015 правовой позиции, согласно которой реализация стороной своего права на возврат исполненного по договору купли-продажи включает в себя и односторонний отказ от этого договора и как следствие – его расторжение. В отзыве на кассационную жалобу Общества Компания, ссылаясь на необоснованность ее доводов, просит решение от 28.11.2016 и постановление от 11.05.2017 в части отказа в удовлетворении встречного иска оставить без изменения. В кассационной жалобе Компания, просит решение от 28.11.2016 в части отклонения первоначального иска отменить, первоначальный иск удовлетворить, указывая на то, что поскольку действия ФИО5 и Общества были
была дана оценка договору уступки прав требования как недействительной сделки на основании ст. 174, 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, и указывает на то, что данный договор и документ о зачете встречного требования генеральным директором ответчика не подписывались, на указанных документах содержится подпись иного лица, соответствующего решения общего собрания акционеров по вопросу одобрения названного договора не принималось. Также заявитель кассационной жалобы ссылается на то, что апелляционным судом не рассмотрен вопрос о том, возможен ли возврат исполненного по договору подряда до его расторжения; в обжалуемом постановлении не приведены мотивы, по которым суд апелляционной инстанции пришел к выводу о причинении истцу убытков в размере стоимости аванса, не дана оценка представленным ответчиком доказательствам передачи истцу результата работ и не установлен факт его передачи. По мнению общества «Альметьевский завод «Радиоприбор», применительно к ст. 410, 412 Гражданского кодекса Российской Федерации зачет взаимных требований между истцом и ответчиком является невозможным, поскольку существовало соглашение о прекращении обязательств между
материалы дела и обсудив доводы жалобы, апелляционный суд признал жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям. Суд руководствуясь материалами дела и ст. ст. 612, 614, 620, 1102 ГК РФ, признал требования истца о расторжении договора и взыскании внесенной по договору арендной платы в размере 300.000,00 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению. В отношении процентов суд указал, что требование о взыскании процентов, начисленных за период с 22.09.2020 по 10.12.2021, удовлетворению не подлежит, поскольку право на возврат исполненного по договору возникает с момента расторжения договора (статьи 395, 453, 1107 ГК РФ). В указанной части решение не обжалуется. Истцом также заявлено о взыскании убытков. В силу статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не
суд не установил, каким образом неприятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, какой ущерб может быть причинен заявителю в случае непринятия мер. Полагает, что обеспечительные меры приняты необоснованно, направлены на затягивание процедуры реализации имущества с торгов. В отзыве на апелляционную жалобу ФИО6 просит определение суда от 20.09.2021 оставить без изменения, указывая на отсутствие заключенного договора купли-продажи имущества должника с ФИО5, полагает, что в случае признания его (ФИО6) победителем торгов, возврат исполненного по договору отчуждения будет существенно затруднен, в том числе, в силу правового статуса предмета договора – акции юридического лица. Указывает, что обеспечительные меры направлены на недопущение причинение ущерба кредитору и является временной мерой, так как заключение конкурсным управляющим договора отчуждения до рассмотрения спора о признании недействительным результатов торгов может повлечь негативные правовые последствия. В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Содержание Плюс» настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы. Представители ФИО6, ФГУП «ГВСУ № 6» возражали
в размере 1657950 руб. (л.д.13-24). ФИО1 требовал доплатить ему 658950 руб., требование истца оставлено ответчиком без удовлетворения, в связи с чем, ФИО1, обратился с данным иском в суд. Разрешая спор, оценив, представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 420, 421, 451.1, 452, 453, 504 ГК РФ, ст. 18, ст. 24 Закона «О защите прав потребителя», пришел к выводу, что исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку договор купли-продажи между участниками спора расторгнут, возврат исполненного по договору в рамках соглашения сторонами друг другу произведен, обязательства сторон прекращены, иное привело бы к недобросовестному осуществлению прав стороной истца. Выводы суда первой инстанции мотивированы, не согласиться с ними у судебной коллегии оснований не имеется. Доводы апелляционной жалобы судебной коллегией отклоняются как необоснованные. Согласно ч.1 ст.18 Закона «О защите прав потребителей» в отношении технически сложного товара потребитель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы в случаях обнаружения
обязанность доказать возврат переданных по договору денежных средств и возмещение причиненных истцу иных убытков, однако таких доказательств в суд представлено не было. При таком положении дела, уплаченные по договору денежные средства в размере 501 000 руб. и процентов по договору за оговоренный истцом период с 2 октября 2018 года про 14 декабря 2018 года, в размере 5 106 руб. 08 коп. (501 000 руб. х 6% : 365 дней х 62 дня), как возврат исполненного по договору , и уплаченный за вступление в членство кооператива паевой взнос в размере 50 руб., как убытки, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме. Соответственно, в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика процентов по договору, основанных на неправильном арифметическом расчете, а потому в большем размере, должно быть отказано. В соответствии со ст. 98 ГПК РФ истец, как лицо в пользу которой состоялся судебный акт, имеет право на возмещение за счет
или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. Договор купли-продажи не содержит условия о возвращении квартиры в случае невнесения оплаты в срок, предусмотренный п. 3.1 договора. Положения ст.ст. 453, 1102, 1104 связывают возврат исполненного по договору в случае его расторжения. Данная позиция также отражена в п. 65 Постановления Пленума ВС РФ № 22 от <дата> «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Так как договор купли-продажи спорной квартиры не расторгнут и истец не настаивает на его расторжении, исковые требования о возвращении переданной в собственность ответчика квартиры не подлежат удовлетворении по вышеуказанным основаниям. Ссылка истца на п. 3
