Российской Федерации, статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», учитывая судебные акты по делу № А56-116283/2017, пришли к выводу о том, что истцом доказано наличие совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков солидарно. При этом суды исходили из того, что у общества отсутствовали основания для дополнительного вознаграждения ФИО3; выплата денежных средств обусловлена родственными отношениями между ответчиками; увольнение ФИО3 с должности генерального директора носило формальный характер, поскольку указанный ответчик не утратил связь с обществом (после увольнения назначен на должность председателяСоветадиректоров третьего лица) и преследовало цель выплаты ему значительной денежной суммы; ответчики действовали вопреки интересам общества. Размер убытков, заявленный истцом к взысканию, судом проверен и признан обоснованным. Доводы, приведенные в кассационной жалобе, основаны на иной оценке установленных судами по делу обстоятельств, что не означает допущенной судами при рассмотрении настоящего дела судебной ошибки. При таких обстоятельствах, не имеется оснований для
в размере 198 464 000 рублей. Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь положениями главы 37 названного Кодекса, суды отказали в удовлетворении заявления, правомерно указав, что обстоятельства, на которые ссылается заявитель были предметом рассмотрения настоящего дела, судами дана оценка, в том числе распоряжениям о перечислении денежных средств ФИО3, учтено, что решение о выплате дивидендов не являлось обычным часто повторяющимся действием в Обществе, а распоряжения директора Компании- ФИО3 поступали ФИО2 через ФИО1, в связи с чем директор Общества должен был убедиться в законности данных ему председателемСоветадиректоров указаний в условиях корпоративного конфликта, в целях соблюдения интересов Компании, действуя разумно и добросовестно. Действия как ФИО1, так и ФИО2 не отвечали интересам Общества, совершены в ущерб Компании; установлена согласованность действий названных лиц. Доводы кассационной жалобы, не свидетельствуют о допущенных судами нарушениях норм материального и процессуального права, которые бы служили достаточным основанием в силу части 1 статьи
части имущества или денег кредитор может предъявить восстановленное требование в соответствующей части. При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что требование ФИО3 к должнику по выплате вознаграждения председателя совета директоров в сумме 15 551 052, 61 рублей считается восстановленным с момента совершения признанных недействительными действий по перечислению средств и может быть предъявлено к должнику с соблюдением порядка и условий, предусмотренных статьей 61.6 Закона о банкротстве. Суд первой инстанции обоснованно признал недействительными сделками выплаты председателю совета директоров ФИО3 в период с 24 сентября 2014 года до 31 декабря 2014 года вознаграждения в размере 2 114 120,70 рублей, поскольку указанные платежи совершены в течение шести месяцев до возбуждения производства по делу о банкротстве должника (25 марта 2015 года), и, следовательно, подпадают под условие оспоримости, установленное пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица,
Арбитражного суда Московской области от 12.10.2018 было оставлено без изменения. Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника. Ответчик в кассационной жалобе указывает, что суды необоснованно не применил срок исковой давности к уточненным требованиям конкурсного управляющего, не учли, что выплаты председателю совета директоров не подразумевают встречного исполнения, в связи с чем, сделки не могли быть признаны недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Также ФИО2 полагает, что выводы судов о неплатежеспособности общества на момент совершения сделок и об их предпочтительности не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, суды ошибочно не применили положения статьи 61.4 Закон о банкротстве. В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы. От конкурсного управляющего должника поступил отзыв на
общества осуществляет общее руководство деятельностью общества, за исключением решения вопросов, отнесенных данным законом к компетенции общего собрания акционеров. Как следует из материалов дела, ЗАО "СОКК", согласно решениям акционеров, оформленным протоколами годового общего собрания акционеров от 04.06.2015 и от 23.06.2016 и совета директоров, оформленным протоколами от 04.06.2015 и от 23.06.2016, в течение 2016 года выплатило председателю совета директоров ФИО3 вознаграждения в сумме 1 767 086,80 руб. По данным проверки Управлением Пенсионного фонда установлено, что выплаты председателю совета директоров с июля по декабрь 2016 года составили - 835 729 руб. Управлением Пенсионного фонда доначислены обществу страховые взносы на сумму вознаграждения за период с июля по декабрь 2016 года в размере 179 092,91 руб. (за июль 147846,40 руб. х 22% = 32526,21 руб., за август 144727,80 руб. х 22% = 31840,12 руб., за сентябрь 139703,60 руб. х 22% = 30734,79 руб., за октябрь 140467,80 руб. х 22% = 30902,92 руб., за ноябрь 136940,60
которому на основании протокола общего собрания участников общества от 01.09.2009 № 23 ежемесячно выплачивалось вознаграждение в размере 50 000 руб., общая сумма выплат составила 1 800 000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела платежными документами за 2014-2016 годы, а также справками о доходах физического лица за 2014, 2015 и 2016 годы. Как правильно указал суд первой инстанции, из буквального содержания протокола общего собрания участников заявителя от 01.09.2009 № 23 следует, что ежемесячные выплаты председателю совета директоров общества ФИО1 в размере 50 000 руб. являются именно вознаграждением, т.к. формулировка принятого решения определяет сумму ежемесячной выплаты в размере 50 000 руб. в качестве вознаграждения. Заявитель не представил в материалы дела доказательств того, что выплаченные председателю совета директоров спорные суммы являются компенсацией затрат председателя совета директоров и в силу компенсационного характера не подлежат обложению страховыми взносами. При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что выплата председателю совета
или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, уголовное преследование осуществляется по заявлению руководителя данной организации или с его согласия. Следовательно, по каждому из инкриминируемых их подзащитному деяний необходимо было наличие заявления от руководителя организации. Однако, заявление имеется лишь от руководителя ООО «Газпром Межрегионгаз Пятигорск». По остальным эпизодам в материалах уголовного дела информации по поданным заявлениям нет. Уголовные дела по другим эпизодам, которые были ранее прекращены, возобновлены также незаконно. Дело, в части выплаты председателю совета директоров и его заместителю вознаграждения; недостачу мазута; реализацию земельного участка по адресу <адрес>; непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности; оплату 12 000 000 рублей в пользу ОАО «Лукойл» за ООО «Ситиойл» и не принятие мер по их взысканию с ООО «Ситиойл» возбуждено на основании рапорта оперуполномоченного и на основании поручения прокурора, что не допускается уголовно процессуальным законом по данной категории дел. Оценочной экспертизой по мазуту установлено, что рыночная стоимость последнего не является такой, какой
Совета директоров Г и М, вопреки доводам жалобы адвоката суд, верно установил и определил порядок выплаты премий генеральному директору ОАО «<данные изъяты>» М, согласно которым премии и поощрения генеральному директору выплачиваются на основании решения Совета директоров общества, которое принимается коллегиально. Кроме того, из показаний указанных свидетелей ГО, Г и Л видно, что вопрос о премировании М на Совете директоров ОАО «<данные изъяты>» не обсуждался, решения по нему не принималось, разрешения на выплату премий ни ГО – председателемСоветадиректоров ОАО «<данные изъяты>» на тот период, ни Г, которая была просто членом Совета директоров, ни Л – членом Совета директоров на тот период М не давалось, ни устно, ни письменно. Из оглашенных показаний осужденного М, данных в ходе предварительного следствия следует, что условия работы как генерального директора ОАО «Черновский <данные изъяты>» и положения трудового договора ему были известны и понятны, в том числе и то, что для получения премий ему было
независимо от того, представлял или не представлял истец Соглашение работодателю, данное обстоятельство при отсутствии подписанного сторонами Соглашения, не имеет правового значения для разрешения настоящего спора. В связи с этим, не имеют правового значения доводы апелляционной жалобы о том, что суд безосновательно сделал вывод о недоказанности истцом направления в адрес председателя Совета директоров письма исх. номер от 04 мая 2023г. с предложением о расторжении трудового договора с выплатой компенсации в размере трехкратного месячного заработка. Доводы апелляционной жалобы о том, что виза председателяСоветадиректоров , указанная на письме (исх. номер ) от 04 мая 2022г. о согласовании увольнения истца по соглашению сторон с 05 мая 2022г., является прямым согласованием между сторонами условия о выплате истцу при увольнении спорной компенсации, отклоняются, поскольку, как выше указывалось, само по себе заявление истца от 04 мая 2022г. номер не содержит условий о выплате истцу какой-либо компенсации при увольнении. Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой
