установлено законом (п. 2 ст. 292 ГК РФ). В силу части 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным указанным кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда. ФИО2 членом семьи нового собственника жилого помещения ФИО1 не являются, какого-либо соглашения с ней о пользовании жилым помещением не заключал. Согласно пунктам 5, 6 договора дарения земельного участка и жилого дома, заключенного между ФИО1 и ФИО5, даритель довел до сведения одаряемой, что до подписания договора данное недвижимое имущество не заложено, в споре или под арестом не состоит, не обременено правами третьих лиц(л.д. 15). Сведений о достижении между сторонами договора дарения соглашения о сохранении
в жилом помещении после дачи такого согласия, поскольку согласно чч. 2 и 4 ст. 69 ЖК РФ равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государ- ственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении. Не усматривается в действиях административного истца, связанных с выселением из жилого помещения, признаков злоупотребления правом. Таким образом, вывод судов о сохранении за ФИО1 статуса члена семьи нанимателя, а затем собственника жилого помещения, по исте- чении пяти лет после выезда из этого помещения в связи с поступлением на военную службу по контракту, сделан без учета положений закона, подле- жащего применению, а именно абзаца одиннадцатого п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих». Неприменение судом закона, подлежащего применению, повлекло ошибку в применении норм материального права, регулирующих правоот- ношения в области предоставления военнослужащим жилищной субсидии. Право
2022 г. - по месту жительства в этом же поселке по ул. <...> в служебном жилом помещении вместе с мужем и детьми. Таким образом, судами установлено, что ФИО5, будучи собственником, а затем членом семьи собственника (ФИО9) жилого помещения по адресу: <...>, при отсутствии каких-либо соглашений с собственником жилого помещения, имела право пользования данным жильем без каких-либо ограничений, а ее выселение из указанного жилья в служебное жилое помещение, расположенное в том же населенном пункте, носило добровольный характер. Изложенное указывает на то, что в результате указанных действий ФИО5 перестала быть членом семьи собственника жилого помещения и добровольно утратила право пользования им, что позволило ФИО2 поставить вопрос о получении жилого помещения без учета площади указанной квартиры и обеспечении жильем супруги в составе его семьи. То есть ФИО5 намеренно ухудшила свои жилищные условия с целью создания условий, которые привели к состоянию, требующему участия со стороны ФСБ России в обеспечении административного истца жильем большей площадью.
что действия Мэрии и ее структурного подразделения – территориальной администрации Кировского района Мэрии свидетельствуют о намерении уклониться от исполнения решения суда. Имея возможность для исполнения решения, органы местного самоуправления мер к этому не принимают, и действия их являются злоупотреблением правом. Для выселения из спорного помещения территориальной администрации следовало обеспечить ФИО1 отдельным благоустроенным жильем; иное может привести к нарушению основополагающих прав на жизнь и здоровье. Из данного судебного акта следует, что Мэрия и территориальная администрация Кировского района Мэрии не признавали законность нахождения ФИО1 и членов ее семьи в спорной квартире. Установленный законом порядок заселения в квартиры, являющийся условием для перехода обязанности по оплате содержания жилого помещения с публичного собственника на нанимателя, ответчиком не был соблюден. Физические лица без законных на то основаниях и без регистрации проживали в спорной квартире, поэтому соответствующие расходы в данном случае должен нести публичный собственник в лице своих органов. Таким образом, учитывая, что в установленном порядке
действиями нанимателя и (или) проживающих совместно с ним членов его семьи (например, соседи по дому, коммунальной квартире). Обратиться в суд с иском о выселении нанимателя и (или) членов его семьи вправе также органы государственной жилищной инспекции, осуществляющие контроль за использованием жилищного фонда, соблюдением правил пользования жилыми помещениями. Следовательно, наймодатель не является единственным субъектом, который вправе требовать выселения граждан из жилого помещения, занимаемого по договору социального найма. Поэтому непринятие ответчиком мер по выселению не может быть расценено в качестве ненадлежащего исполнения Департаментом установленной законом обязанности, повлекшего причинение истцу ущерба. Причинно-следственная связь между таким поведением ответчика и заявленными ко взысканию убытками не установлена. Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что требования, предъявленные к ответчику, осуществляющему от имени муниципального образования права собственника , являются необоснованными и удовлетворению не подлежат. Решение суда первой инстанции принято при правильном применении норм материального и процессуального права, отмене или изменению
о правомерности их нахождения в помещении с учетом положений пункта 2 статьи 292 ГК РФ. Неблагоприятные последствия не могут быть отнесены на кредитора, учитывая недоказанность законности нахождения в квартире. Ссылки на то, что вывод суда об обоснованности расчета не соответствует обстоятельствам, поскольку первое и единственное требование о выселении Касинская получила 16.12.2015, срок для его исполнения истек лишь через 5 рабочих дней со дня получения, то есть 23.12.2015, следовательно, датой начала периода неосновательного обогащения может являться 24.12.2015, не принимаются с учетом того, что переход права собственности на квартиру к другому лицу является самостоятельным основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника (пункт 2 статьи 292 ГК РФ), в связи с чем, факт направления требования об освобождении помещения и момент его получения правового значения не имеют. Доводы о том, что материалы дела не содержат доказательств того, что Касинская знала о приобретении 01.12.2015 Шапуцко права собственности на спорное помещение, ФИО1
жилого помещения, установленному для вселения граждан в общежитие. К заинтересованным лицам, имеющим право обратиться в суд с требованием о выселении нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, в указанных случаях относятся лица, чьи права нарушаются неправомерными действиями нанимателя и (или) проживающих совместно с ним членов его семьи. Обратиться в суд с иском о выселении нанимателя и (или) членов его семьи вправе также органы государственной жилищной инспекции, осуществляющие контроль за использованием жилищного фонда, соблюдением правил пользования жилыми помещениями. Таким образом, вселение и выселение граждан (нанимателей) из государственного (муниципального) жилищного фонда является правом, а не обязанностью собственника (наймодателя) жилого помещения. При этом действующим законодательством не предусмотрено понуждение граждан или организаций к обращению в суд за защитой нарушенного права. Следовательно, на наймодателя не может быть возложена обязанность по предъявлению искового заявления о выселении из жилого помещения нанимателей. В спорном жилом помещении — квартире №128 дома 8 по улице Днепропетровская на условиях договора
состоянии и с теми обременениями и ограничениями, которые имели место на момент перехода права собственности, в связи с чем в правоотношениях, складывающихся в отношении данного имущества, новый собственник становится на место прежнего собственника как его правоприемник в отношении этого имущества. Ответчик ФИО5, являясь собственником спорной квартиры в порядке приватизации, подарил принадлежащую ему квартиру своей сестре ФИО4 Другого жилого помещения ФИО5 не имеет. В соответствии с положениями действовавшего на момент совершения сделки жилищного законодательства выселение члена семьи собственника жилого помещения, а также бывшего члена семьи собственника по требованию самого собственника (без дополнительных, специально указанных в законе оснований) не допускалось. Из части 2 ст. 292 ГК РФ в редакции, действующей на момент совершения сделки дарения жилого помещения, следует, что переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу не является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом. Согласно п.1 ст. 4
переход права собственности на жилое помещение к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника. В связи с чем при вселении в жилой дом ответчик не мог предполагать, что переход права собственности на жилое помещение может повлечь для него такие последствия как прекращение права пользования жилым помещением и выселение из него. Таким образом, в соответствии с положениями действовавшего на момент вселения ответчика в жилой дом жилищного законодательства выселение члена семьи собственника жилого помещения, а также бывшего члена семьи собственника по требованию самого собственника (без дополнительных, специально указанных в законе оснований) не допускалось. При принятии наследства истица знала о том, что жилое помещение является постоянным местом жительства ФИО3. Согласие на выселение из жилого помещения и снятие с регистрационного учета ответчик не давал. Так как на момент вселения ответчика в квартиру действовала часть 2 статьи 292 ГК РФ в прежней редакции, то к возникшим правоотношениям сторон
