кодексом Российской Федерации, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 № 124, суды, учитывая статус ответчика, сделали вывод об обязанности в силу закона заключить с истцом договор энергоснабжения в отношении спорных многоквартирных домов (как минимум в отношении ресурса на общедомовые нужды – в зависимости от решений собраний собственников и производимых расчетов). Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд установили факт необоснованного уклонения общества от подписаниядополнительногосоглашения к договору энергоснабжения и пришли к выводу о правомерности заявленного иска. Суд округа поддержал выводы судебных инстанций. В жалобе заявитель повторяет доводы, которые являлись предметом исследования и оценки судов. Возражениями заявителя не
него отсутствует обязанность по оплате услуг сетевой организации по передаче электрической энергии по точкам поставки ООО "УКХ", однако оплачивал ГУП "ОКЭС" данные услуги. При этом, дополнительное соглашение № 251/19, а именно письменное предложение о заключениидоговора в отношении новых точек поставки, направлено ответчиком истцу, который надлежащим образом его не оформил, однако совершением конклюдентных действий (подписанием без разногласий актов оказанных услуг (в части объема взыскиваемого неосновательного обогащения) и последующей оплатой оказанных услуг) выразил своим поведением согласие с внесением изменений в договор № 0964-01 путем включения новых точек поставки, указанных в дополнительномсоглашении № 251/19. Таким образом, по мнению ответчика, у него были все основания считать, что между АО "ЭнергосбыТ Плюс" и ООО "УКХ" заключен именно договор энергоснабжения , в связи с чем точки поставки ООО "УКХ" должны быть включены в договор оказания услуг по передаче электроэнергии № 0964-01 от 01.11.2012. Кроме того, по мнению ответчика, в данном случае неосновательно обогатился не
Российской Федерации»). При рассмотрении вопроса о заключениидоговора и согласовании его существенных условий следует исходить не только из текста договора и подписания договора соответствующим лицом, но и из действий сторон по его реальному исполнению. Указанное соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2013 № 44-КГ13-1. В соответствии с пунктом 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 1 статьи 1 ГК РФ). В рассматриваемом случае, действия истца и ответчика свидетельствуют о последующем одобрении сторонами сделки по заключению спорного договора энергоснабжения, поскольку стороны подписывали многочисленные протоколы разногласий к договору и протоколы согласования разногласий, дополнительныесоглашения к договору, а также приняты действия по исполнению договора энергоснабжения (частичная оплата). Учитывая поведение сторон, свидетельствующее
договора энергоснабжения путем подписания дополнительного соглашения), в результате которых нарушены положения закона, подтверждается материалами дела. Истец заявил о взыскании убытков в размере 2 665 348 руб.50 коп. за период с декабря 2006 года по апрель 2007 года, указывая (без ссылки на какую либо норму права), что направленное истцом ответчику 30.11.2006 предложение о заключениидоговора путем подписаниядополнительногосоглашения должно было быть незамедлительно принято ответчиком, поэтому уклонение от заключения договора, а следовательно, размер убытков необходимо определять (исчислять) с 01.12.2006 года. Названный довод истца судом отклоняется как необоснованный. В соответствии со статьей 426 Гражданского кодекса Российской Федерации договор на энергоснабжение является публичным и его заключение является обязательным для энергоснабжающей организации при наличии возможности предоставить потребителю энергию и отказ от его заключения не допускается. Особый порядок заключения договора, если обязанность по его заключению для одной из сторон предусмотрено законом, регулируется статьей 445 Гражданского кодекса Российской Федерации. Пунктом 1 статьи 445 Гражданского кодекса Российской
отсутствуют установленные приборы учета. При заключении (изменении, расторжении) договоров энергоснабжения и (или) купли-продажи электроэнергии с Потребителями после вступления в силу настоящего Договора Покупатель обязан указывать в данных договорах условия о вступлении их в силу с даты, следующей за датой, с которой между Продавцом и Покупателем заключено дополнительное соглашение (либо данное соглашение считается заключенным) в порядке, установленным настоящим Договором. Обращаться к Продавцу для изменения условий настоящего Договора в связи с изменением точек поставки по причине расторжения договоров энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности)) между Покупателем и Потребителями не позднее чем за 20 (двадцать) рабочих дней до предполагаемой даты внесения изменений в настоящий Договор. Изменения, связанные с заменой/установкой приборов учета, не требуют подписаниядополнительногосоглашения к Договору, подтверждаются актом допуска прибора учета в эксплуатацию, который Покупатель обязан предоставить Продавцу (если он не участвовал) в течении 2-х рабочих дней со дня проведения процедуры допуска. Заключение договора энергоснабжения между Сторонами в отношении новых
ФИО2 не представляет. 22.01.2020 истец обращался к ответчикам о заключении дополнительного соглашения, от заключения которого они уклонялись до 22.08.2020, когда от АО «ЭнергосбыТ Плюс» истцом получено подписанное гарантирующим поставщиком дополнительное соглашение. С его условиями в части истец не согласен, направил возражения (протокол разногласий) от 11.09.2020, которые не приняты, а потому просил об утверждении дополнительного соглашения в предложенной им редакции, изложенной в протоколе разногласий (л.д. 187, 188 том № 1), а именно: преамбулу договора изложить в следующей редакции: «Акционерное общество «ЭнергосбыТ Плюс», именуемое в дальнейшем «гарантирующий поставщик» (далее данные руководителя и доверенности), с одной стороны, и ФИО2 (паспортные данные), «и» (в предложенном к подписанию тексте «с согласия») ФИО1 (паспортные данные), с другой стороны, заключили настоящий договор о нижеследующем:», то есть заменить фразу «с согласия» союзом «и»; изложить п. 3 дополнительногосоглашения: «Настоящее дополнительное соглашение к договору энергоснабжения от 01.06.2017 № 28276 вступает в силу с даты подписания настоящего соглашения. Стороны
г. временно исполняющим обязанности председателя правления ОНТ «Малые дубки» члена правления ФИО2», « О заключении ответчиком (ОНТ «Малые Дубки») с временно исполняющим обязанности председателя правления ФИО2 срочного трудового договора, на период с 01 марта по 10 августа 2021 г., на возмездной основе»; признать незаконными действия ФИО3 по досрочному прекращению ее полномочий председателя товарищества «Малые Дубки», по собственному желанию с 25 февраля 2021 г., без решения общего собрания ответчика о досрочном прекращении полномочий. Истцом заявлено также о признании незаконными действий председателя товарищества «Малые Дубки» ФИО3, совершенные ею путем подписания протокола № 3 от 15 февраля 2021 г. заседания правления OНТ «Малые Дубки», подписания приказа № 5 от 25 февраля 2021 г. «О кадровых изменениях», расторжения бессрочного договора энергоснабжения № 4650400051 от 01 июля 2017 г., заключения дополнительногосоглашения от 21 августа 2019 г. к бессрочному договору энергоснабжения № 4650400051 от 01 июля 2017 г., предусматривающего расторжение договора с 01 сентября 2019