Заключение дополнительного соглашения к договору подряда - гражданское законодательство и судебные прецеденты

иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Между тем, таких оснований по результатам изучения судебных актов, принятых по делу, и доводов кассационной жалобы заявителя не установлено. Принимая обжалуемые судебные акты, суды, руководствуясь положениями статей 4, 9 Федерального закона от 21.07.2005 №94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» и статей 15, 741 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу, что порядок заключения дополнительных соглашений к договору подряда сторонами нарушен, а сам договор и дополнительные соглашения к нему не предусматривают обязанность заказчика оплатить подрядчику расходы последнего на отопление объекта строительства до сдачи гостиницы в эксплуатацию, размер убытков не доказан. Мнение заявителя о том, что к правоотношениям сторон не применимы положения Федерального закона от 21.07.2005 №94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» основано на неправильном понимании положений названного закона. Довод заявителя об

к прекращению деятельности хозяйствующего субъекта или изменению ее вида, либо существенному изменению масштабов деятельности. Учитывая, что при подаче документов на заключение первичного договора строительного подряда подрядчик в составе прочих документов предоставил решение внеочередного общего собрания участников общества «Уралстройсервис» от 29.07.2015 № 3, которым ФИО2 предоставлены полномочия на заключение сделок по результатам запроса ценовых котировок при условии, что максимальная сумма одной такой сделки не должна превышать 1,5 миллиарда рублей, суды признали, что у общества «ПО "Стрела», которому на момент подписания дополнительных соглашений представлены документы, подтверждающие полномочия директора общества «Уралстройсервис», не могло возникнуть сомнений относительно полномочий (о необходимости специального согласования дополнений к договору подряда и их понимания всеми участниками общества). По результатам анализа бухгалтерской отчетности общества «Уралстройсервис» за 2014-2017 годы установлено, что в процессе выполнения контракта у последнего значительно улучшились показатели хозяйственной деятельности, финансовый результат деятельности общества «Уралстройсервис» является положительным (прибыль), полученной им выручки было достаточно для финансирования необходимых для ведения

обязан выполнить работы по стоимости, определенной договором. Согласно пункту 3.6 договора изменение по превышению стоимости договора производится только по дополнительному соглашению сторон. Кроме того, пунктом 26.1 договора согласовано, что любая договоренность между сторонами, влекущая новые обязательства, не предусмотренные договором, считается действительной, если она подтверждена сторонами в письменной форме в виде дополнительного соглашения. Таким образом, стороны при заключении договора стороны согласовали недопустимость изменения твердой цены договора без заключения в письменном виде соответствующего дополнительного соглашения. Как следует из материалов дела, в период действия договора подряда стороны неоднократно изменяли его условия подписанием дополнительных соглашений. Так, дополнительным соглашением № 1 стороны дополнили договор пунктом 15.15, согласно которому в случае несоблюдения подрядчиком сроков выполнения объемов работ, предусмотренных в ежемесячных детализированных графиках производства работ, заказчик имеет право уменьшить индексы пересчета в текущие цены. Дополнительным соглашением от 11.01.2012 № 2 стороны согласовали порядок привлечения подрядчиком организации для осуществления деятельности по сбору, использованию, обезвреживанию, транспортировке, размещению отходов.

претензия об оплате работ направлена только в мае 2016 года, при этом с ноября 2011 года подрядчик ни разу не обращался с предложением об увеличении цены договора на стоимость дополнительных работ в соответствии с условиями договора путем заключения дополнительного соглашения, не включил эти работы в закупочные документы, составленные им самостоятельно в марте 2013 года и направленные в адрес тендерного комитета ПАО «НК «Роснефть», на основании которых было подготовлено последнее дополнительное соглашение № 8, изменившее объем и стоимость работ, подписанное обществом без замечаний. При таких обстоятельствах доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права в части несогласия завода с выводами судов о наличии оснований для взыскания задолженности за дополнительные работы по договору подряда , которые повлияли на исход настоящего дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, заслуживают внимания, в связи с чем жалобу с делом следует передать для

контрагентам, уведомления заказчиком об этих обстоятельствах при той степени заботливости и осмотрительности, которая от компании требовалась по характеру обязательства. Тогда как исследование указанных обстоятельств, а также сопоставление сроков, предусмотренных соответственно договором подряда и договорами о предоставлении мощности, с учетом дат их заключения, начала исполнения обязательств по договорам о предоставлении мощности и ориентировочной даты комплексного опробования, которые изначально не совпадали, при условии возможности переноса сроков по договорам о предоставлении мощности на 12 месяцев и установленного пунктом 11.2.1 договора подряда (в редакции дополнительного соглашения № 5) 300-дневного срока ограничения имели определяющее значение при оценке факта наличия причинно- следственной связи между убытками, возникшими у компании, и неисполнением обязательств обществом по договору подряда . Кроме того, суды, ссылаясь на неисполнение генеральным подрядчиком обязательств по договору подряда, повлекшее причинение компании убытков, связав завершение обществом обязательств перед компанией с датой прохождения комплексного опробования, не проанализировали и не оценили надлежащим образом содержание пункта 7.2 договора. В силу

добросовестно, отрицая только факт получения исполнительской документации по спорным работам. Истец дополнительно поясняет, что ФИО3 ни когда не работал в ООО «Стройэлектросвязь», ни в какой должности. Указывает на то, что в соответствии с разделом 7 договора подряда 11.2400.4221.17 от 11 мая 2017 года оплата работ не поставлена в зависимость от передачи исполнительной документации от подрядчика к заказчику. Указывает, что письмом №1.3/04/4368-исх от 17 марта 2020 года ответчик уведомил истца о том, что заключение дополнительного соглашения к договору подряда №11.2400.4221.17 в отношении предъявленных к оплате работ возможно только после определения источника финансирования. Обращает внимание на то обстоятельство, что экспертным заключением установлена необходимость в выполнении спорных (дополнительных) работ, безотлагательность выполнения спорных работ, наличие потребительской ценности для заказчика результата выполненных работ, а также факт того, что спорные в настоящем деле работы объективно должны быть произведены, поскольку без их выполнения невозможно было ввести объект в эксплуатацию и достичь предусмотренного договором результата. Кроме того, указывает,

исследовал первичные документы, положенные в основание заявленной задолженности. Конкурсным управляющим в материалы дела представлено дополнительное соглашение к договору генерального строительного подряда от 28.04.2012, подтверждающие незаключенность (мнимость) договора новации от 05.09.2008, лежащего в основе решения суда по делу №А56-41261/2014. Решение арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.08.2014 по делу №А56-41261/2014 обжаловано конкурсным управляющим в апелляционном порядке. Волеизъявление на осуществление новации должно быть определенно выражено сторонами. В случае наличия договора о новации заключение дополнительного соглашения к договору подряда не представлялось возможным. Суд первой инстанции должен был запросить у заявителя договор генерального подряда, договор новации и все приложения к нему, а также договор займа от 05.09.2008 и все приложения к нему. Суд первой инстанции ошибочно посчитал, что представленный в материалы дела судебный акт имеет преюдициальный характер, состав лиц, участвующих в деле №А56-41261/2014 и в данном обособленном споре, не совпадает. В случае отмены судебного акта, представленного ООО «РСК «Город» в качестве подтверждения

доказательств того, что указанные затраты каким-то образом повлияли на качество, сроки изготовления продукции, материалы дела не содержат. В ходе проверки в отношении ООО «КЦ «ЭЛКАБ» установлено, что руководителем организации является ФИО1, учредителями являются ФИО3 (доля 50 %) и ФИО1 (доля 50 %). Руководителем ЗАО «ЭЛКАБ» также является ФИО1, учредителями также значатся, в том числе, ФИО3 и ФИО1. В связи с вышеизложенными обстоятельствами, судом верно учтена взаимозависимость подрядчика и заказчика (налогоплательщика), которая повлекла заключение дополнительного соглашения к договору подряда и осуществление спорных выплат с увеличением стоимости работ более чем на 50%, без какого-либо экономического обоснования. Поскольку произведенные выплаты не связаны с производственной деятельностью ООО «КЦ «ЭЛКАБ», с оплатой товара по договору, а направлены на покрытие производственных расходов ЗАО «ЭЛКАБ», они не могут быть учтены в составе расходов ООО «КЦ «ЭЛКАБ». Доводы о том, что налогоплательщик обязан компенсировать все затраты подрядчика (на усовершенствование, на модернизацию производства, на премирование работников), подлежит отклонению. Поскольку

привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции. При этом на основании п. 7 главы 9 Положения о закупках заявителя дополнительное соглашение, к заключенному договору рассматривается как закупка у единственного поставщика. Главой 6.6 Положения о закупках поименованы случаи закупки заявителем товаров, работ и услуг у единственного поставщика. Вместе с тем, указанный перечень случаев не содержит положений, допускающих заключение дополнительного соглашения к договору в рассматриваемой ситуации, на основании чего комиссия пришла к обоснованному выводу, что заключение дополнительного соглашения к договору подряда №39 является неправомерным. Таким образом, учитывая установленные антимонопольным органом обстоятельства о том, что технические и эстетические характеристики установленных флагов до проведения запроса котировок разрабатывало непосредственно ООО «ПК «Реклама - Центр»; ООО «ПК «Реклама - Центр» не могло получить информацию о проведении закупки из официальных открытых источников, поскольку работы по установке флагов начали выполняться в первой половине дня после объявления закупки - 29.04.2016 г.; работы по монтажу флагов были выполнены ООО «ПК «Реклама

участника долевого строительства, оплатившего жилое помещение, права требовать от застройщика исполнения договора. Признавая требования ФИО3 обоснованными, суд апелляционной инстанции принимает во внимание фактические обстоятельства дела, в частности, факт признания ФИО3 потерпевшим в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО7 При этом, у судебной коллегии отсутствуют основания прийти к выводу, что денежные средства в размере 2400000 рублей фактически были возвращены ФИО7 ФИО3 при заключении соглашения о расторжении договора, принимая во внимание последующее (25.11.2016) заключение дополнительного соглашения к договору подряда №2/143 от 22.09.2016 об изменении объекта недвижимости. Факт передачи денежных средств ФИО3 подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, при этом договор был заключен частично с привлечением денежных средств, полученных ФИО3 по целевому кредитному договору. При этом, как указано выше, факт совершения преступления (хищение чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием) должником в отношении ФИО3 установлен вступившим в силу приговором суда. Фактические обстоятельства дела в части требований, предъявленных ФИО3, являются аналогичными иным предъявленным

1733801 руб. На основании п. 7 главы 9 Положения о закупках МКП «...» дополнительное соглашение к заключенному договору рассматривается как закупка у единственного поставщика. Главой 6.6 Положения о закупках поименованы случаи закупки МКП «...» товаров, работ и услуг у единственного поставщика. Вместе с тем, указанный перечень случаев не содержит положений, допускающих заключение дополнительного соглашения к договору в рассматриваемой ситуации, на основании чего Комиссия УКФАС по РТ пришла к выводу о том, что заключение дополнительного соглашения к договору подряда ... является неправомерным, проведение торгов МКП «...» с участием ООО «ПК «...» являлось формальной имитацией конкурентной борьбы и не было направлено на выявление победителя, организатор и участник закупки действовали по соглашению (по договоренности в устной форме) с момента подготовки и размещения закупочной документации, на этапах подачи заявок на участие в закупке, исполнения договора подряда были информированы о стратегиях друг друга, выполняли действия по соглашению, направленные на ограничение и (или) исключению доступа других

пункту 2.1. Договора составляет 950 000, 00 (девятьсот пятьдесят тысяч) рублей, также по условиям Договора стороны пришли к соглашению, что ФИО4 обязуется производить оплату выполненных работ по Договору поэтапно – каждую субботу очередной недели месяца по факту выполнения очередного этапа строительно-отделочных работ (пункт 2.1 Договора) Истец указывает о передаче ответчику денежных средств в размере 250 000, 00 рублей в нарушение данных условий договора. В процессе выполнения строительных работ по Договору ответчик затребовал заключение дополнительного соглашения к договору подряда по причине увеличения стоимости работ на 200 000, 00 рублей, поскольку укрепление конструкции пристройки является дополнительным видом работы, не предусмотренным Договором. Истец ввиду необоснованного требования со стороны ответчика подписания дополнительного соглашения вынуждена была отказаться от дальнейшей оплаты каких-либо работ без предоставления надлежаще оформленных документов, предусмотренных договором, в связи с чем 19 июня 2017 года истец вынуждена была обратиться к ответчику с требованием (претензией) о возврате денежных средств. Истец полагает, что между ней

демонтажу зданий и сооружений, расположенных по адресу нежилых зданий, расположенных в Санкт-Петербурге на ул. Якорная д.17,лит. Б, лит.Д, лит.З, лит.Д. Заключение договора подряда на выполнение комплекса работ по благоустройству территории, комплекса земляных и строительных работ по устройству траншеи для прокладки кабельных линий, со сроком выполнения работ с 01.05.2018г. по 15.06.2018г., общая стоимость работ составляет 2 800 000 руб. Акт выполненных работ подписан 15.06.2018г. (л.д.20-23).По договору подряда №02 от 09.06.2018г. стороны договорились на заключение дополнительного соглашения к договору подряда №01 от 01.05.2018г. на выполнение комплекса работ по демонтажу и реализации оборудования котельной, устройства траншеи и прочих работ со сроком выполнения работ с 14.06.2018г. по 30.06.2018г. с оплатой в размере 500 000 руб. Акт выполненных работ подписан 30.06.2018г. (л.д.24-26). По договору подряда №02 от 01.08.2018г. стороны договорились на выполнение работ по демонтажу типового двухэтажного здания (Санкт-Петербург, Ярославский пр., д.31), демонтажу несущих конструкций административного здания, (Санкт-Петербург, ул. Якорная, д.17,лит.Ш) с указанием срока выполнения

осуществления ФИО4 строительства жилого дома по заказу истицы. Свои требования о возврате денежных средств в качестве неосновательного обогащения истец основывает на том, что ответчик не произвел никаких действий по строительству, возражая против иска представители ответчика указывают на то, что работы фактически выполнены. Суд, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что фактически договор подряда между сторонами был заключен. Об этом свидетельствуют конкретные действия истца после передачи аванса 2 августа 2018 года, а именно заключение дополнительного соглашения к договору подряда на проектные работы от 11 июля 2018 года 14 сентября 2018 года, акт приема –передачи работы по договору на проектные работы от 11 июля 2018 ода от 3 октября 2018 года, из которого следует, что истица приняла проектную документацию объекта (планы этажей, визуализацию фасада, разрезы). Замечаний у заказчика – ФИО4, нет, работа принята. То, что проектная документация составлялась ответчиком именно по строительству индивидуального дома на принадлежащем ФИО3 участке, расположенном по адресу: <адрес>