права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и являются достаточным основанием для пересмотра оспариваемых судебных актов в кассационном порядке. Как следует из материалов дела, по договору купли-продажи от 04.05.2012 ФИО1 приобрела у ФИО2 жилой дом, оплата которого была произведена ФИО1 за счет денежных средств, полученных на совершение указанной сделки по договору ипотечного займа от 03.05.2012 № 214, заключенному с кооперативом. В дальнейшем ФИО1 обратилась в пенсионный фонд с заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала путем направления этих средств в сумме 387 640 рублей 30 копеек кооперативу на погашение основного долга и уплату процентов по упомянутому договору ипотечного займа, приложив к заявлению все необходимые документы: договор ипотечного займа, справку об остатке задолженности по договору ипотечного займа, свидетельство о государственной регистрации права собственности ФИО1 на жилой дом, обязательство об оформлении жилого дома в общую долевую собственность двух несовершеннолетних детей. Рассмотрев указанное заявление ФИО1 о распоряжении средствами материнского
за Ужаховой Р.М. право собственности на указанную квартиру, на Управление Росреестра по Республике Ингушетия возложена обязанность прекратить соответствующую запись о регистрации права собственности. При этом согласно данному решению суда, принятому по иску Арсамаковой М.И. к Олигову В.Ю., Ужаховой З.Т. и Ужаховой Р.М., ответчики Олигов В.Ю., Ужахова З.Т. и Ужахова Р.М. подали в суд заявления о признании исковых требований; основания иска Арсамаковой Б.И. в данном решении суда не приведены; данное решение суда никем не обжаловалось и вступило в законную силу. Таким образом, из материалов административного дела следует, что 23 мая 2002 года ФИО1 с использованием средств материнскогокапитала на основании недействительной сделки была приобретена квартира у ФИО4, 21 июля 2010 года ФИО1 данная квартира была передана на основании недействительной сделки ФИО5, 11 июля 2016 года ФИО1 и ФИО2 отказано в продлении срока действия статуса вынужденных переселенцев на основании оспариваемого решения Управления Федеральной миграционной службы по Республике Ингушетия, 26 июля 2016 года
Ольховского районного суда Волгоградской области от 30 сентября 2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллеги по гражданским делам Волгоградского областного суда от 16 января 2020 г., исковые требования Полтавец В .П. удовлетворены. Признано незаконным решение ответчика от 7 мая 2019 г. № 24 об отказе в удовлетворении заявления истца о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала. На ответчика возложена обязанность перечислить средства материнского (семейного) капитала истцу в соответствии с ее заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала от 15 апреля 2019 г. Не согласившись с названными судебными постановлениями, Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ольховском районе Волгоградской области обратилось в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции с кассационной жалобой на решение Ольховского районного суда Волгоградской области от 30 сентября 2019 г. и апелляционное определение судебной коллеги по гражданским делам Волгоградского областного суда от 16 января 2020 г., в которой содержалось ходатайство об освобождении от уплаты государственной
и кредитным потребительским кооперативом "Содействие", 680 453 руб. за счет собственных средств. Дух Ю.П. произвела оплату 1 и 2 платежа (платежные поручения № 734996 и 735288 от 31.08.2016). 15.11.2016 участник долевого строительства обратилась к ООО "Арсенал и К" с заявлением о расторжении договора и о возврате уплаченных денежных средств. В качестве основания для подачи заявления указано, что предложенная схема рассрочки неприемлема. На заявлении имеется отметка представителя застройщика о возражении относительно удовлетворения заявления, поскольку были использованы средства материнскогокапитала . 01.02.2017 между ООО "Арсенал и К" и Дух Ю.П., действующей за себя лично и как законный представитель своих несовершеннолетних детей, было заключено соглашение о расторжении договора участия в долевом строительстве № Н15/1 от 30.08.2016. Стороны договора 10.02.2017 совместно обратились с заявлением о государственной регистрации соглашения о расторжении договора. Платежным поручением от 13.02.2017 № 131 застройщик перечислил Дух Ю.П. 716 526 руб. в качестве возврата денежных средств по соглашению о расторжении
с содержанием ребенка (детей) и (или) присмотра и ухода за ними. В вышеприведенных правилах направления средств материнского (семейного) капитала на получения образования ребенком и осуществление иных связанных с получением образования ребенком (детьми) расходов, разграничиваются цели направления средств материнского (семейного) капитала. Считает ошибочным вывод суда о том, что упущенная выгода возникла в результате отказа ФИО3 от услуг заявителя, поскольку в заявлении она сообщила, что ввиду отказа УПФР по городу Первоуральску в удовлетворении заявления о распоряжении средствами материнского (семейного капитала ), а также отсутствием собственных денежных средств для оплаты образовательных услуг, прошу расторгнуть договор о предоставлении образовательных услуг №11, заключенный от 28.12.2020. Указывает на неправильное применение судом норм материального права и отмечает, что Федеральным законом «Об образовании в Российской Федерации» к организациям, осуществляющим образовательную деятельность, приравниваются индивидуальные предприниматели, осуществляющие образовательную деятельность. В подтверждение указанного довода ссылается на судебную практику. Пенсионным фондом представлен письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором он возражает
частям, в том числе направить его на улучшение жилищных условий. В п. 1 ч. 1 ст. 10 названного Закона указано, что средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться: на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону сделок и участия в обязательствах (включая участие в жилищных, жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах), путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору (договору займа) денежные средства на указанные цели. В силу ч. 4 указанной статьи Закона жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала , оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению. Во исполнение ч. 4 ст. 10 Закона
от ДД.ММ.ГГГГ № в удовлетворении заявления отказано по основанию, что нарушен установленный порядок подачи заявления о распоряжении (отсутствует письменное обязательство владельца сертификата), а также в связи с тем, что 1/3 доля жилого помещения приобретается у супруга, что не обеспечивает достижения установленной законом цели улучшения жилищных условий семьи (л.д.24). Из объяснений представителя ответчика ФИО11 следует, что в августе 2016 г. Ганины обращались в УПФР по <адрес> за консультацией, им объяснили, что если они подадут заявление на материнский капитал , им будет отказано, поскольку ФИО1 приобрела жилое помещение у мужа, и ими не было предоставлено засвидетельствованное письменное обязательство лица, являющегося покупателем по договору. ФИО1 подавать заявление не стала. Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что государственный сертификат на материнский (семейный) капитал серия МК-2 № истцу был выдан, а договор купли-продажи доли жилого дома был заключен до вступления истца в брак, в связи с чем, совершенная
