уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»). По смыслу упомянутого положения само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности . Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), с тем, чтобы не производить расчеты
ФИО1 и его семьи единственным пригодным для постоянного проживания помещением. Иного имущества у должника не выявлено. В связи с этим Арбитражный суд Калужской области пришел к выводу о целесообразности завершения процедуры реализации имущества гражданина. Вместе с тем, суд первой инстанции усмотрел основание для неприменения к ФИО1 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед ФИО2 В частности, Арбитражный суд Калужской области расценил неисполнение должником решений районного суда, принятых 03.08.2016 и 29.01.2018, как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (пункт 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»). Двадцатый арбитражный апелляционный суд не согласился с судом первой инстанции и отменил его определение в части неприменения к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором, исходя из следующего. В ходе процедуры реализации имущества ФИО1 финансовый управляющий не выявил признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, а также несоответствующих закону сделок должника. Вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции
на которое можно было обратить взыскание. Исходя из указанного, суд отметил недоказанность бездействия судебных приставов-исполнителей и, как следствие, наличия причинно-следственной связи между таким бездействием и возникшими на стороне ООО «Восток-Море» убытками. При таких обстоятельствах суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований. Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что судебные приставы-исполнители бездействовали, поскольку не предупредили руководителя ООО «Флагман-ДВ» об уголовной ответственности, подлежит отклонению, так как неизвещение должника об уголовной ответственности за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности само по себе не может причинить взыскателю убытки. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать обществу с ограниченной ответственностью «Восток-Море» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации Г.Г. Кирейкова
недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны. По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности . В рассматриваемом случае такие пороки в поведении должника не нашли своего подтверждения. Как усматривается из материалов дела, между ФИО1 и акционерным обществом «Банк «Советский» заключен кредитный договор от 02.12.2016 №11925321-16/2130 на сумму 100 000 руб. сроком на 60 месяцев с начислением процентов на кредит в размере 27,9 % годовых. По договорам уступки прав требования (цессии) от 26.08.2018 №01/2018, от 06.06.2022 №2022-0327/8 права требования к должнику на сумму 147 063 руб. 31
недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны. По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности . В рассматриваемом случае такие пороки в поведении должника не нашли своего подтверждения. По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности. В рассматриваемом случае таких нарушений в поведении должника из материалов дела не вытекает. Как усматривается из материалов электронного дела, на основании договора уступки прав (требований) от 14.04.2020 №РСХБ35-035-2995-2020
заинтересованного лица ФИО1 и апелляционной жалобе начальника отдела судебных приставов по Ленинскому району УФССП России по Новосибирской области ФИО2 на решение Ленинского районного суда г. Новосибирска от 30 мая 2019 года, которым постановлено: «Требования административного иска ФИО3 удовлетворить частично, признав неправомерным бездействие судебного пристава исполнителя отдела судебных приставов по Ленинскому району УФССП по Новосибирской области: - по непринятию мер для возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1 по ст. 177 УК РФ за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в сумме 2 413 418 руб., - по непринятию мер в период с 27.09.2016 по июнь 2018, направленных на арест и обращение взыскания на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, - по непринятию мер в период с 27.09.2016 по 07.05.2019, направленных на обращение взыскания на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>. Обязать судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов по Ленинскому району УФССП по Новосибирской области совершить необходимые
судимый, - осужден по ст.177 УК РФ к штрафу в размере 30 000 рублей; - мера пресечения не избиралась; - приговором определена судьба вещественных доказательств и разрешен вопрос о процессуальных издержках. Заслушав доклад судьи Емельяновой И.С., пояснения осужденного ФИО1, выступление адвоката Уваровой Д.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене приговора, мнение прокурора Ревякина Е.В., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, суд УСТАНОВИЛ: При обстоятельствах, изложенных в приговоре, ФИО1 признан виновным и осужден за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в силу соответствующего судебного акта. Преступление совершено в период с <Дата> по <Дата> в г.Чите. В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признал, пояснил о своей невиновности. В апелляционной жалобе адвокат Уварова Д.С. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным ввиду нарушения судом норм материального и процессуального права. Также считает, что судом дана оценка не всем обстоятельствам, имеющимся в материалах уголовного дела. Так, при анализе
... районного суда РБ. Это решение до настоящего времени ФИО1 не исполнено. Согласно ст. 13 ГПК РФ, вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. Уголовный Кодекс РФ содержит ст. 177 УК РФ, предусматривающую уголовную ответственность за злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в законную силу соответствующего судебного акта. Согласно Примечания к ст. 169 УК РФ: «В статьях настоящей главы, за исключением статей 174, 174.1, 178, 185 - 185.6, 191.1, 193, 194, 198, 199 и 199.1, крупным размером, крупным ущербом, доходом либо задолженностью в крупном размере признаются стоимость, ущерб, доход либо задолженность в сумме, превышающей один миллион пятьсот тысяч рублей.» Судебная коллегия полагает, что предупреждение ФИО1 об уголовной ответственности за
период с 11 марта 2021 года по 13 мая 2021 года, находясь по адресу: <адрес>, будучи обязана исполнить решение Ялтинского городского суда, несмотря на неоднократные предупреждения об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 177 УК РФ, имея реальную возможность для частичного погашения перед Потерпевший №1 кредиторской задолженности, заключила договор субаренды недвижимого имущества с ООО «<данные изъяты>» и произвела оплату денежных средств за аренду недвижимого имущества в сумме 225 699,95 рублей. Указывает, что ФИО1 осуществила злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности перед Потерпевший №1, выразившееся в активных действиях, связанных с длительностью непогашения кредиторской задолженности, имеющей соответствующую материальную возможность частичной оплаты кредиторской задолженности перед Потерпевший №1 Отмечает, что о смене адресов проживания в своих допросах показывают свидетели ФИО7, ФИО8, а также потерпевшая Потерпевший №1, в том числе, с приложением документов из Ялтинского городского суда о невручении повестки ФИО1 по причине отсутствия последней во всех адресах проживания. Считает, что доводы об отсутствии данных о периоде
