с удовлетворением всех требований кредиторов, включенных в реестр требований. Выражая несогласие с постановлением Арбитражного суда Северо- Западного округа по данному делу, управление ссылается на допущенные судом существенные нарушения норм материального и процессуального права, отмечая, что право подачи в арбитражный суд исков об оспаривании сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона № 127-ФЗ, не является абстрактным и дано финансовому управляющему в рамках исполнения его обязанностей, установленных пунктом 8 статьи 213.9 данного Закона, по принятию мер, направленных на выявление имущества гражданина и обеспечению его сохранности. Таким образом, непроведение арбитражным управляющим анализа всех сделок должника и непринятие мер по оспариванию заключенных должником ФИО2 сделок свидетельствует о допущенном нарушении положений пункта 2 статьи 20.3 Закона № 127-ФЗ. Указанные доводы заслуживают внимания, в связи с чем кассационная жалоба управления с делом подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Исходя из изложенного, руководствуясь статьями
(пункт 2.1 статьи 289 АПК РФ). Судебная коллегия не может согласиться с позицией окружного суда, так как с учетом установленных судами прочих обстоятельств совершения сделки, не ставящих под сомнение добросовестность покупателя, применение к нему столь низкого критерия осведомленности о цели сделки противоречит как судебной практике, обобщенной в абстрактных разъяснениях высшей судебной инстанции применительно к различным правоотношениям, так и целям правового регулирования торгового оборота. Так, в частности, из абзаца 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. Согласно абзацу 7 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013
доводе. Учитывая, что каких-либо доказательств безвозмедности совершенной сделки ответчик не представил, а из материалов дела не усматривается намерения сторон именно на безвозмездный перевод долга, суд не находит оснований для удовлетворения встречного иска о признании его недействительным (ничтожным). Кроме того, довод ответчика о незаключенности договора перевода долга по причине отсутствия предмета договора, также отклоняется судом исходя из следующего. Уступка права требования и перевод долга являются разновидностями сделок по перемене лиц в обязательстве и представляют собой абстрактные сделки , перевод долга при этом является зеркальным отражением уступки требования. Поэтому в рассматриваемом деле суд считает возможным учесть разъяснения, изложенные в пункте 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007. № 120, согласно которому о наличии определенности между цедентом и цессионарием относительно предмета соглашения может свидетельствовать не только текст соглашения, но и другие документы. При отсутствии в договоре цессии ссылки на обязательство, в состав которого входило уступаемое право (требование), суд должен выяснить, повлекло ли
лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Материалами дела подтверждено, что истец ФИО1 является участником ООО НПП «ВНИКО» с размером доли в уставном капитале 30%, соответственно имеет право на обжалование принятых 13.11.2020 на общем собрании участников общества решений, так как голосовала против принятия решений по 2 и 3 вопросам. В соответствии со ст. 45, 46 ФЗ «Об ООО» одобрению подлежат не все потенциальные абстрактные сделки в будущем, а конкретные, совершаемые на определенную сумму, с известным лицом и предметом. В данном случае, общее собрание фактически одобрило не сделки с неограниченным кругом контрагентов, которые возможно и не будут совершены в будущем, а лишь подтвердило направление деятельности общества, не отменяя необходимости одобрять каждую конкретную, подлежащую одобрению, сделку в отдельности. Остальные вопросы повестки дня были призваны закрепить незаконное толкование решения собрания по первому вопросу повестки дня. Желаемое обществом толкование прямо противоречит п.2 ст.
года. Изложенное было отражено в протоколе судебного заседания от 10-12 сентября 2012 года, в котором присутствовал представитель ответчика, протокол не был оспорен ответчиком. Доказательств использования электронного адреса ФИО3 иными лицами ответчиком не представлено. Довод ответчика о незаключенности договора перевода долга по причине отсутствия предмета договора отклоняется судом исходя из следующего. Уступка права требования и перевод долга являются разновидностями сделок по перемене лиц в обязательстве, регулируются главой 24 Гражданского кодекса Российской Федерации и представляют собой абстрактные сделки . Перевод долга при этом является "зеркальным" отражением уступки требования. Поэтому в рассматриваемом деле суд считает возможным учесть разъяснения, изложенные в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которым о наличии определенности между цедентом и цессионарием относительно предмета соглашения может свидетельствовать не только текст соглашения, но и другие документы. При отсутствии в договоре цессии
уступки прав требования в обмен на принятие долга от 16.10.2009 года, стороны определили стоимость уступаемого права требования суммой 6 200 000 руб., которая осталась неоплаченной в виду отсутствия у Цедента (ООО «Хабинвестстрой») долга перед Кредитором (ООО «СТРОЙКОМПАНИ»), истец обратился с настоящим иском к правопреемникам Цессионария (ООО «Строймикс-А»). Уступка права требования и перевод долга являются разновидностями сделок по перемене лиц в обязательстве, регулируются главой 24 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –ГК РФ) и представляют собой абстрактные сделки . Перевод долга при этом является "зеркальным" отражением уступки требования. Поэтому в рассматриваемом деле суд считает возможным учесть разъяснения, изложенные в пунктах 1 и 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которым недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке права (требования), не влечет недействительности этого соглашения, а соглашение об уступке права (требования), предметом которого
учетом изложенного, поскольку судом первой инстанции принято решение о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, судебная коллегия пришла к выводу о переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ и привлечении ФИО6, ФИО7, Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (Россреестр) к участию в деле в качестве соответчиков. Недействительными могут признаваться только конкретные договоры, а не абстрактные сделки , и только по основаниям, предусмотренным законом. Причем истец должен доказывать все обстоятельства по делу. В данном случае истцами не представлено в обоснование своих требований какие же их права и интересы нормами материального права или действиями участников нарушены при осуществлении сделок купли-продажи (ст. 167-179 ГК РФ). Не представлены доказательства недействительности сделок (ст.ст. 59, 60 ГПК РФ). Материалами дела подтверждается, что к ФИО6 обратилась ФИО3 с регрессным требованием о возврате сумм по сделке купли-продажи квартиры,
одного месяца с даты их выдачи. Разрешение на совершение сделки по отчуждению недвижимого имущества (доли недвижимого имущества), принадлежащего подопечному или несовершеннолетнему лицу, выдается при условии приобретения на его имя равноценного недвижимого имущества (доли недвижимого имущества). Вышеуказанные документы также не представлялись истцом ни ответчице, ни в управление органов опеки и попечительства. Без предоставления указанных документов невозможно определить равноценность приобретаемого на имя ребенка недвижимого имущества, соответственно получение согласия второго родителя и разрешения органов опеки на совершение абстрактнойсделки невозможно. При указанных обстоятельствах суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО6 о разрешении совершения сделки продажи доли ребенка в праве собственности на жилое помещение. Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд РЕШИЛ: В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО3 о разрешении совершения сделки продажи доли ребенка в праве собственности на жилое помещение отказать. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа –
