сделки проверяет, соблюдены ли эти условия. Как установлено из материалов дела, доля в уставном капитале ООО «Перспектива плюс», принадлежащая ФИО3, в силу пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса РФ является совместной собственностью супругов. Между тем, на дату заключения договора дарения (11.11.2015) нотариально удостоверенное согласие ФИО1 на совершение ее супругом сделки по безвозмездному отчуждению ( дарению) доли в уставном капитале ООО «Перспектива плюс» в нарушение пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса РФ получено не было. Так, из нотариально удостоверенного согласия ФИО1 от 31.10.2015 (зарегистрировано в реестре за № 2-527) следует, что истец дала согласие своему супругу произвести отчуждение в любой форме за цену и на условиях ей известных нажитого в браке имущества, состоящего из доли в уставном капитале ООО «Перспектива плюс» в размере 50 %. Таким образом, судом с достоверностью установлено, что основным условием согласия супруги на отчуждение доли в обществе являлась цена, тогда как между ФИО3 и ФИО4 заключен
ее продать с целью получения денежных средств на строительство дома в г. Хабаровске и дальнейшее содержание. Указывает, что при нарушении участником общества условия о получении согласия других участников на отчуждение доли сделка применительно к статье 174 ГК РФ может быть признана недействительной. Полагает, что дарение ФИО1 доли в уставном капитале общества не соответствует нормам Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ). В силу части 3 статьи 35 СК РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга . Указывает на отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3 дала нотариальное согласие ФИО5 на отчуждение доли в уставном капитале общества в пользу ФИО1 В этой связи ссылается на возможность признания сделки недействительной по правилам пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ.
прав участника Общества, и сделка по дарению ею спорных 25 процентов доли является ничтожной на основании статей 166, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец обратился в суд с настоящим иском. По мнению Общества, пережившая супруга ФИО6 не приобрела прав участника Общества, поскольку устав предприятия допускает возможность перехода долей участников к третьим лицам только с согласия остальных участников общества. Такое согласие ФИО2 не давал. По смыслу статьи 128, пункта 1 статьи 66, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статей 2 и 12 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон № 14-ФЗ) доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью принадлежит участнику этого общества, права которого возникают из личного участия участника общества и регулируются нормами названных законов и учредительными документами общества. Само по себе свидетельство о праве собственности на долю в общем имуществе супругов удостоверяет право собственности на долю как
притворной сделкой, а также имеет признаки мнимой сделки, учитывая заключения в последующем между ответчиками договора дарения. Суды первой и апелляционной инстанций не установили наличия правовых оснований для удовлетворения иска. Кассационная инстанция, исследовав материалы дела, изучив доводы жалобы и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, считает, что принятые по делу судебные акты не подлежат отмене в связи со следующим. На основании пункта 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и статьи 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, в том числе доли в уставном капитале коммерческих организаций, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо кем из супругов внесены денежные средства, является их совместной собственностью. В силу статьи 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласиюсупругов . При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он
недействительным соглашения о расторжении договора дарения с определением долей от 26.01.2016, заключенного между должником и ФИО5 Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.12.2021 (резолютивная часть от 25.11.2021) в удовлетворении заявления ФИО1 отказано в полном объеме. Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить полностью, принять новый судебный акт, удовлетворив заявление ФИО1 в полном объеме, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение и неправильное применение норма материального и процессуального права. В обоснование жалобы указывает на то, что до сентября 2021 года апеллянту было не известно об оспариваемом соглашении, впервые его копию представили в Пермский краевой суд, в этой связи из имеющихся сведений кредитор полагал, что транспортное средство является единоличной собственностью ФИО3, с учетом наличия этого имущества кредитор настаивал на введении в отношении должника процедуры реализации имущества. Отрицает, что требовал при утверждении плана реструктуризации долгов гражданина нотариальное согласиесупруги должника на продажу какого-либо имущества,
это отца - ФИО6, при этом дар приняла; ФИО6 хотя и не является стороной оспариваемого договора дарения от 22.10.2015, но является надлежащим истцом, поскольку его права и охраняемые законом интересы нарушаются этой сделкой и влекут для него неблагоприятные последствия. Обратное ответчицами не доказано. Согласие истца на дарение ФИО5 квартиры №1 и 1/2 доли в праве на земельный участок сыну ФИО8 не означает его осведомленность и согласие на дарение ФИО5 квартиры №2 и 1/2 доли в праве на земельный участок дочери ФИО7 Доводы жалобы о том, что до совершения ФИО5 оспариваемой сделки дарения жилой дом, нажитый в период брака, был разделен между бывшими супругами Ш-ными на две квартиры – отклоняются судебной коллегией, поскольку после указанного раздела жилой дом в общую долевую собственность Ш-ных не переходил, соответственно, квартиры, образованные в результате раздела, оставались совместной собственностью бывших супругов. Земельный участок, на котором расположены квартиры, вообще разделу не подвергался. Решение суда в части
