432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Как установлено судом, договоры даренияквартиры и гаража между ФИО2 и ФИО1. заключены в простой письменной форме, существенные условия договора между сторонами были согласованы. Пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. При жизни ФИО2 переход права собственности по договору дарения на квартиру и гараж зарегистрирован не был. Вместе
наличии совокупности обстоятельств для признания оспариваемых договоров купли-продажи квартир от 01.08.2016 и от 24.08.2016 недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В отношении договоров дарения суд первой инстанции пришел к выводу, что они являются мнимыми, заключенными с целью создания трудностей для возврата спорных квартир в конкурсную массу должника. Применяя реституцию, суд первой инстанции исходил из того, что о применении последствий недействительности договора купли-продажи квартиры № 34 конкурсный управляющий не заявлял, поскольку указанная квартира находилась в залоге у банка, на нее в судебном порядке обращено взыскание и она продана с торгов добросовестному приобретателю. Отменяя определение суда от 21.01.2021, суд апелляционной признал недоказанной совокупность условий для признания сделок купли-продажи недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. По мнению суда, перечисленные ФИО2 денежные средства в сумме 13 600 000 руб. были
третьем этаже жилого дома по адресу: <...>. 11 ноября 2020 года между ФИО5 (даритель) и ФИО10 (одаряемый) заключен договор дарения на данную квартиру, по которому право собственности переходит к одаряемому. 14 декабря 2020 года между ФИО10 (даритель) и ФИО11 (одаряемый) заключен договор дарения доли в размере ? в праве собственности на данную квартиру. В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 5-7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия : а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2
что договор дарения квартиры от 07.11.2014, заключенный между ФИО4 и ФИО9, не может являться мнимой сделкой, поскольку договор дарения является безвозмездной сделкой, право собственности по спорному имуществу перешло от матери к дочери. Спорная квартира является единственным жильем, на которое в соответствии с действующим законодательством не может быть обращено взыскание. Также апеллянт обратила внимание на то, что ранее собственником квартиры являлась ФИО2, которая подарила ее ФИО4 (19.11.2012 под договору дарения), а только потом ФИО4 подарила спорную квартиру ФИО9, при этом согласно условий договоров дарения от 19.11.2012 и от 07.11.2014 за ФИО2 сохраняется право пожизненного пользования и проживания. Заявитель жалобы указала, что при вынесении определения о взыскании с нее в конкурсную массу должника полной стоимости земельного участка судом первой инстанции не учтено, что ФИО2 понесла расходы (затратила собственные денежные средства) в размере 65 500 рублей на приобретение у ФИО9 по договору купли-продажи указанного земельного участка, что подтверждается приходным кассовым ордером от
требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Заключение оспариваемого договора дарения привело к отчуждению принадлежавшей ФИО2 и ее супругу квартиры без какого-либо встречного исполнения со стороны одаряемых, то есть к уменьшению имущества должника, таким образом, в результате данной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов ФИО2 Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия : а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта
квартиры составляла около 4 000 000 руб. Оформлением данной квартиры занимались сотрудники ЗАО «ТМК», отвечающие за недвижимость. В декабре 2010 года ФИО9 сменил место работы в связи с чем, при переоформлении данной квартиры было решено оформить имущество на его мать - ФИО8 по договору дарения, что было согласованно с ФИО10 лично. Вместе с тем в приговоре, вынесенным в отношении ФИО10, данные обстоятельства отражены только в качестве свидетельских показаний, и в выводах суда относительно установленных обстоятельств уголовного дела не отражены. Доказательств того, что трудовым договором с ФИО9 были предусмотрены условия предоставления спорной квартиры в его собственность по истечении определенного периода работы в организации либо какие-либо иные условия , в материалах дела не имеется. Представленным в материалы дела приказом о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № 318-К от 22.12.20210 (т. 1 л.д. 20) подтверждается, что ФИО9 уволен из ЗАО «ТМК» 19.12.2010. Таким образом, обстоятельства дела свидетельствуют о том, что в
признаков неплатежеспособности на момент совершения договора дарения. Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, наличие у должника на момент заключения договора дарения от 20.02.2019 признаков неплатежеспособности подтверждается материалами дела. Кроме того, судом первой инстанции установлено, что договор дарения заключен между должником и ФИО1, который приходится сыном должнику. Таким образом, осведомленность ФИО1 о наличии признаков неплатежеспособности презюмируется. Поскольку спорная сделка совершена безвозмездно, следовательно, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов совершением данной сделки предполагается. В последующем между ФИО1 и ФИО4 08.07.2019 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>. Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан 22.07.2019 осуществлена государственная регистрация прекращения права собственности ФИО1 и зарегистрировано право собственности за ФИО4. Согласно условиям договора купли-продажи квартиры от 08.07.2019 цена квартиры, передаваемой по настоящему договору составляет 1 300 000 руб. При этом судом первой инстанции установлено, что на момент осуществления спорных операций ФИО4 не обладала необходимым количеством денежных средств для
относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания ее недействительной. По изложенным выше основаниям доводы ФИО1 о ее заблуждении относительно природы сделки подлежат отклонению, как не нашедшие своего подтверждения в ходе рассмотрения апелляционной жалобы. Соглашение <данные изъяты>, заключенное между сторонами, и расписка ФИО2 от <данные изъяты> не влекут недействительность договора дарения квартиры, поскольку не имеют юридических последствий относительно договора дарения, заключение которого под условием не допускается. Стороны, при наличии таких намерений как дарение квартиры под условием содержания вправе были заключить соответствующий договор. Судебная коллегия находит обоснованными доводы ПАО «Совкомбанк» о наличии злоупотребления правом со стороны как истца так и ответчика, поскольку спорна квартира предоставлена ФИО2 в качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору, заключенному между ней и ПАО «Совкомбанк» от <данные изъяты>. Решением Дорогомиловского районного суда <данные изъяты> исковые требования банка к ФИО2 удовлетворены, взыскана задолженность по кредитному договору и обращено взыскание на квартиру по адресу: <данные изъяты> Иные
предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. В ходе судебного разбирательства ответчиком ФИО3 не отрицался факт заключения договора дарения квартиры под условием в дальнейшем передачи в собственность брата ФИО4 ? доли в праве собственности на подаренное недвижимое имущество, поскольку оно является наследственным имуществом. Более того, он подтвердил, что с точки зрения моральных и семейных ценностей он обязан выполнить волю отца – Истца по гражданскому делу и оформить право собственности своего брата ФИО4 на ? долю родительской квартиры. При таких обстоятельствах суд полагает, что совершенная сторонами сделка является недействительной. В соответствии с ч.ч.1,2 ст. 167 Гражданского
с ч. 1 ст. 574 ГК РФ дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации. Заключение договора является одним из предусмотренных п. 2 ст. 307 ГК РФ оснований возникновения обязательства. Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО5 был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: г. Москва, ХХХХ (л.д.7) Решение Кузьминского районного суда г. Москвы от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что истец при заключении сделки действовала добровольно, понимала содержание сделки, права и обязанности, вытекающие из нее. При этом в договоре не было указано, что ответчик должен содержать истца. ФИО7 оплачивал коммунальные платежи до 2008 года (л.д.11) Доводы истицы о том, что она заключала договор дарения квартиры под условием , что ей будут помогать материально и
квартиру, остается на ночлег. Просил признать сделку между ФИО1 и его дочерью недействительной и отказать в удовлетворении требований о прекращении им права пользования жилым помещением. ФИО1, ее представитель по доверенности ФИО5 исковые требования ФИО2 не признали, просили в удовлетворении требований отказать, полагая, что существенные условия при заключении сделки купли- продажи нарушены не были. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время ФИО2 проживает в <адрес> дивизии в <адрес> со своей супругой. Считает, что доводы ФИО2 о даренииквартиры под условием сохранения право пожизненного пользования, не подтверждены. При этом требование о денежной компенсации считает незаконным, так как ФИО2 есть где проживать, в более лучших условиях. ФИО3 посчитала требования ФИО2 необоснованными и просила их отклонить, пояснила, что при заключении сделки купли- продажи с ФИО1 спорной квартиры каких- либо существенных условий нарушено не было, поскольку право на пользование квартирой ФИО2 не было нарушено. Последний имеет право пользования квартирой №, где проживает с ФИО10, в летний период
