того, судом апелляционной инстанции установлено, что изъятая административным органом алкогольная продукция одновременно являлась вещественным доказательством по уголовному делу, в отношении данной алкогольной продукции районным судом принято решение об уничтожении вещественных доказательств на основании постановления районного суда. Однако сведения об исполнении судебного акта по уголовному делу об изъятии и уничтожении данной продукции в деле арбитражного суда об административном правонарушении отсутствовали. Действующим законодательством (Правила уничтожения по решению суда изъятых или конфискованных этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, указанных в подпунктах 1 - 3 и 8, пункта 1 статьи 25 Федерального закона "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции", а также сырья, полуфабрикатов, производственной, транспортной, потребительской тары (упаковки), этикеток, средств укупорки потребительской тары, используемых для производства этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, федеральных специальных марок и акцизных марок (в том числе поддельных) для маркировки алкогольной продукции, указанных в подпункте 4
ходе рассмотрения административного дела вопросов, требующих специальных знаний, назначает экспертизу, которая может быть поручена экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам. Суд может назначить экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или по своей инициативе. Однако, вопрос о назначении судебной экспертизы для проверки доводов административного ответчика судом апелляционной инстанции на обсуждение сторон не ставился. Также судебная коллегия не предложила административному ответчику представить дополнительные доказательства в подтверждение его довода об утилизации автомобиля его собственником, не выяснила, выдавалось ли собственнику свидетельство (акт) об утилизации, подтверждающее факт уничтожениятранспортногосредства , имеется ли у административного ответчика возможность представить его или его копию в материалы дела. Изложенное позволяет сделать вывод о том, что предусмотренные Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации меры для полного и правильного установления фактических обстоятельств дела, их всестороннего исследования при активной роли суда не приняты. Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в постановлении от 19 декабря 2003 г. № 23
решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению. Договор добровольного страхования между истцом и ответчиком заключен в соответствии с Правилами добровольного страхования транспортных средств и спецтехники № 171. Согласно пункту 3.2.1 Правил страхования транспортных средств и спецтехники ущерб - возникновение в период действия договора страхования непредвиденных расходов Страхователя/Выгодоприобретателя, связанных с необходимостью проведения восстановительного ремонта застрахованного транспортного средства/дополнительного оборудования или приобретения имущества, аналогичного утраченному, в случаях когда оно произошло в пределах Территории страхования в результате наступления следующих событий, наступление которых подтверждается соответствующими документами компетентных органов, в том числе в результате противоправных действий третьих лиц, выраженных во внешнем воздействии на указанное в договоре транспортное средство и/или дополнительное оборудование, связанное с умышленным уничтожением или повреждением имущества, включая хищение отдельных частей (деталей, принадлежностей) транспортногосредства и/или дополнительного оборудования
средства. Маркировка. Общие технические требования», принятым и введенным в действие постановлением Государственного комитета Российской Федерации по стандартизации и метрологии от 15.12.2002 № 469-ст, пришли к выводу о законности прекращения (аннулирования) регистрационного учета транспортного средства и отсутствии нарушения действиями (бездействием) управления прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Судебные инстанции, признав экспертное заключение от 24.11.2017 № 5-478 надлежащим доказательством по делу, исходили из того, что полученная органом регистрационного учета информация свидетельствует об уничтожении и изменение первичной идентификационной маркировки VIN на раме/шасси представленного транспортногосредства . При таких обстоятельствах суды, принимая во внимание, что действующим законодательством не предусмотрена возможность допуска к участию в дорожном движении транспортных средств, имеющих признаки изменения маркировочного обозначения идентификационного номера шасси транспортного средства, а иных доказательств, подтверждающих факт соответствия спорного транспортного средства требованиям безопасности в области дорожного движения, в материалы дела не представлено, пришли к выводу о том, что спорное транспортное средство не
материалы дела, суд отклоняет довод финансового управляющего о невозможности включения требований заявителя (кредитора) как обеспеченных залогом транспортного средства должника, поскольку приходит к выводу, что в материалы дела не представлены достаточные доказательства отсутствия в натуре залогового имущества – автомобиля FIAT Ducato, 2011 года выпуска, VIN <***>. Так в представленном финансовым управляющем письме МРЭО ГИБДД указано об отсутствии осуществления регистрационных действий должником в отношении транспортных средств за ограниченный период (с 01.01.2018 по 21.09.2021). Не представлены доказательства уничтожения транспортного средства , перепродажи транспортного средства за период с даты заключения кредитного договора по 01.01.2018, сдачи автотранспортного средства на металлолом, получения денежных средств за сдачу на металлолом. Доказательств, свидетельствующих о прекращении залогового права либо подтверждения выбытия имущества из контроля должника ФИО1, в материалы дела не представлено. При указанных обстоятельствах, суд считает, что требования ПАО «Квант Мобайл Банк» по кредитному договору <***> от 29.03.2017 в размере 1 453 479 рублей 85 копеек задолженности по кредитному договору
управляющим в заседании обоснованы препятствия в снятии автомобиля с регистрационного учета. С учетом представления в материалы дела доказательств утилизации автомобиля на момент рассмотрения заявления, наличия между лицами, участвующими в деле, разногласий относительно возможности исключения спорного имущества как объекта гражданских прав из конкурсной массы суд полагает возможным в целях урегулирования возникшего спора и установления определенности в правоотношениях участников спора удовлетворить заявление финансового управляющего и исключить из конкурсной массы автомобиль. Поскольку в материалы дела представлены доказательства уничтожения транспортного средства и прекращения в силу этого права собственности должника на автомобиль как объект гражданских прав, основания для учета указанного имущества в конкурсной массе отсутствуют, в связи с чем автомобиль подлежит исключению из конкурсной массы в соответствии со ст. 213.25 Закона о банкротстве. Лицами, участвующими в деле, доказательства, представленные финансовым управляющим, не опровергнуты, доказательства фактического существования транспортного средства на момент рассмотрения заявления не представлены, от представления дополнительных доказательств выражен отказ. Руководствуясь статьями 60, 213.25 Федерального
подтверждается и правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного суда РФ N 1 (2018), утвержденного Президиумом Верховного суда РФ от 28.03.2018. В судебном заседании представитель финансового управляющего пояснила, что должник не передал транспортное средство финансовому управляющему, место нахождения транспортного средства не установлено и в конкурсную массу не включено. При этом согласно ответу МРЭО ГИБДД от 17.03.2022, спорный автомобиль зарегистрирован за должником и имеет запреты на регистрационные действия. Доказательства уничтожения транспортного средства должником или его отчуждения не представлены. Применительно к абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве должник в течение трех дней с даты утверждения финансового управляющего обязан был обеспечить передачу материальных и иных ценностей финансовому управляющему. Согласно п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества. Следовательно, финансовый управляющий, действуя добросовестно и разумно, в целях обеспечения сохранности имущества должника обязан
налога. Закон не вменяет в обязанность налогового органа устанавливать какие-либо факты, связанные с реальным использованием транспортного средства его владельцем, поскольку данные вопросы не выходят в компетенцию Инспекции. Налоговый орган в целях налогообложения использует сведения о государственной регистрации транспортных средств, представленные уполномоченным государственным органом, в достоверности и обоснованности которых у Инспекции нет оснований сомневаться. Опровергать данные сведения и представлять надлежащую информацию в данном случае обязан собственник транспортных средств. Тогда как административным ответчиком представлены суду доказательства уничтожения транспортного средства в 2014 году, что не оспорено административным истцом по существу. В связи с чем суд отказывает в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 290 КАС РФ, суд Р Е Ш И Л: В удовлетворении административного иска Межрайонной ИФНС России № 8 по г. Калининграду к ФИО1 о взыскании задолженности по транспортному налогу, пеням – отказать. Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Калининградского областного суда путем подачи
транспортному налогу объектом налогообложения признаются транспортные средства, зарегистрированные в установленном порядке в соответствии с законодательством Российской Федерации. Следовательно, при уничтожении такого объекта налогообложения, как транспортное средство, невозможности его восстановления и дальнейшего использования по назначению, у налогоплательщика прекращается обязанность уплачивать транспортный налог. Таким образом, сама по себе регистрация транспортных средств в органах ГИБДД при фактическом отсутствии объектов налогообложения у налогоплательщика не является основанием для исчисления и уплаты транспортного налога. ФИО2 представила в ИФНС надлежащие доказательства уничтожения транспортного средства 29 марта 2015 года. При таких обстоятельствах ссылка на то, что ст. 357 НК РФ, безусловно, связывает обязанность по уплате транспортного средства с регистрацией этого средства за лицом, не может быть принята во внимание без учета положений ст. 358 НК РФ, определяющих предмет налогообложения. Таким образом, само по себе позднее снятие с регистрационного учета транспортного средства ФИО2 при установлении уничтожения транспортных средств 29 марта 2015 года не порождает обязанности по уплате налога, поскольку
основанием для исчисления и уплаты транспортного налога. Закон не вменяет в обязанность налогового органа устанавливать какие-либо факты, связанные с реальным использованием транспортного средства его владельцем, поскольку данные вопросы не выходят в компетенцию Инспекции. Налоговый орган в целях налогообложения использует сведения о государственной регистрации транспортных средств, представленные уполномоченным государственным органом, в достоверности и обоснованности которых у Инспекции нет оснований сомневаться. Опровергать данные сведения и представлять надлежащую информацию в данном случае обязан собственник транспортных средств. Доказательства уничтожения транспортного средства в 2011 году административным ответчиком представлены и не оспорены истцом по существу. При таких обстоятельствах ссылка налогового органа на то, что ст. 357 НК РФ безусловно связывает обязанность по уплате транспортного средства с регистрацией этого средства за лицом, не может быть принята во внимание без учета положений ст. 358 НК РФ, определяющих предмет налогообложения. Само по себе позднее снятие с регистрационного учета транспортного средства ответчиком при установлении уничтожения транспортного средства в 2011 году
уплаты транспортного налога. Закон не вменяет в обязанность налогового органа устанавливать какие-либо факты, связанные с реальным использованием транспортного средства его владельцем, поскольку данные вопросы не выходят в компетенцию Инспекции. Налоговый орган в целях налогообложения использует сведения о государственной регистрации транспортного средства, представленные уполномоченным государственным органом, в достоверности и обоснованности которых у Инспекции нет оснований сомневаться. Опровергать данные сведения и представлять надлежащую информацию в данном случае обязан собственник транспортного средства. Административным ответчиком ФИО1 представлены доказательства уничтожения транспортного средства 21 декабря 1996 года, которые административным истцом по существу не оспорены. При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 24 октября 2017г. подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований налогового органа. Руководствуясь ст.ст. 309-311 КАС Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам определила: решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 24 октября 2017г. отменить. Принять по делу новое решение, которым
