могут быть признаны: главный бухгалтер, финансовый директор и должностные лица лиц, осуществляющих корпоративный контроль над должником (например, руководитель "материнской" компании); - суд может признать лицо КДЛ по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10); - для определения КДЛ введены три опровержимые презумпции (подпункты 1 - 3 пункта 4 статьи 61.10), которые облегчат доказывание наличия статуса КДЛ (то есть отсутствие статуса КДЛ должен будет доказывать сам субсидиарный ответчик). 2.1. Презумпции выгоды для определения КДЛ (признак КДЛ - бенефициара). Особо необходимо отметить презумпцию наличия статуса КДЛ при получении выгоды за счет незаконных или недобросовестных действий директора. Презумпция содержит два юридических факта : факт-основание, присутствующий в гипотезе нормы, и факт-предположение, заключенный в диспозиции нормы. Если установлен факт-основание, считается установленным и факт-предположение. Таким образом, для установления статуса КДЛ (факта-предположения) необходимо доказать получение выгоды (факта-основания). 2.1.1. Основания введения презумпции. Поскольку предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования
Российской Федерации "О защите прав потребителей"). Таким образом, возлагая на истца бремя доказывания нарушенных прав потребителя, суд допустил нарушение вышеназванных норм права. Рассмотрение обстоятельств дела следует считать полным, если исследован весь предмет доказывания, все обстоятельства, подлежащие доказыванию. По делу установлено, что, поскольку без проведения экспертизы, требующей специальных знаний в различных областях науки и техники, проверить качественное состояние счетчика невозможно, истец заявил ходатайство о проведении экспертизы. При рассмотрении дела в назначении экспертизы истцу было отказано, при этом в обжалуемых судебных постановлениях вывод об отсутствии оснований для назначения экспертизы не мотивирован. В связи с отказом в назначении экспертизы судом были нарушены положения статьи 35 ГПК РФ, поскольку истец был лишен права представить доказательства того факта , что установленный счетчик является неисправным. Между тем ОАО "Мосэнергосбыт" документов, подтверждающих качество конкретного (установленного) счетчика, не представило, в материалах дела данные документы отсутствуют. Указанные обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, подлежали проверке и установлению
единственного поставщика. Апелляционной коллегией отмечено, что подход к доказыванию наличия антиконкурентного соглашения, использованный УФАС при рассмотрении настоящего дела, соответствует сложившейся практике применения антимонопольного законодательства, в т.ч. разъяснениям Президиума ФАС России N 3 от 17 февраля 2016 г. " Доказывание недопустимых соглашений (в том числе картелей) и согласованных действий на товарных рынках, в том числе на торгах", содержащим ссылки на решения судов различных инстанций. 8. Бездействие органа власти по демонтажу рекламной конструкции, образующее признаки нарушения статьи 19 Закона "О рекламе", само по себе не свидетельствует о заключении антиконкурентного соглашения между указанным органом власти и лицом, разместившим в отсутствие правовых оснований рекламную конструкцию. В апелляционную коллегию поступила жалоба на решение УФАС об установлении факта нарушения статьи 16 Закона о защите конкуренции, выразившегося в заключении между Обществом и Учреждением соглашения при установке и эксплуатации незаконной рекламной конструкции на принадлежащем Обществу здании. Апелляционная коллегия удовлетворила жалобу Общества и отменила решение территориального органа, сославшись на
внимание акт сверки расчетов более поздней датой, но с меньшей суммой задолженности. По мнению ответчика, спорные товарно - транспортные накладные, на основании которых заявлены исковые требования, являются недопустимыми доказательствами, не могут подтверждать факт поставки, поскольку составлены с нарушением закона (представлены только в составе первого раздела), спорные УПД подписаны не уполномоченным лицом, не имеющим соответствующей доверенности и не одобрены впоследствии руководителем ООО «Кедр». Ответчик указывает, что суды неверно распределили бремя доказывания, возложив на ответчика доказывание отсутствия факта поставки. По мнению ответчика, спорные поставки являются внедоговорными (разовыми) в связи, с чем договорная неустойка не применима. В соответствии с абз. 2 ч.1 ст. 121 АПК РФ информация о принятии кассационной жалобы к производству, о месте и времени судебного заседания была размещена на официальном Интернет-сайте суда: http:www.fasmo.arbitr.ru. Определением Арбитражного суда Московского округа от 17.02.2020 рассмотрение кассационной жалобы было отложено до 25.02.2020. В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика изложил доводы кассационной жалобы,
работ за ноябрь 2007 г. (ООО ПФ «ЮТА») содержит 22 позиции. Акт о приемке выполненных работ от 30.06.2010 ООО «Капитал Сити» содержит 34 позиции. По данным актам, в частности, не совпадает метраж трубопровода, работы по тепло, и антикоррозийной изоляции, промывка трубопроводов, из чего следует, что по указанным актам выполнялись различные по составу и назначению работы. Кроме того, как следует из актов, указанные работы выполнялись не одновременно, а в различное время. Суд считает, что доказывание отсутствия факта производства работ ООО «Капитал Сити» произведено налоговым органом негодными средствами, поскольку налоговым органом не проведена, согласно ст.95 НК РФ, соответствующая экспертиза, подтвердившая отсутствие фактов выполнения работ или несоответствия выполненных объемов оплаченным. Поскольку реальность выполнения работ ООО «Капитал Сити» по договору № 5 от 05.06.2007. налоговым органом не опровергнута, а лишь поставлена под сомнение, у налогового органа отсутствовали законные основания для исключения расходов по данной сделке из состава затрат и непринятию к вычету сумм
акций не применяется в случаях безвозмездного отчуждения их акционером (по договору дарения) либо перехода акций в собственность другого лица в порядке универсального правопреемства. В случае представления доказательств о возмездном характере договора безвозмездного отчуждения акций (дарения), заключенного участником общества с третьим лицом, такой договор является притворной сделкой (п. 2 ст. 170 ГК РФ), а к самой возмездной сделке, с учетом ее существа, применяются правила, регулирующие соответствующий договор. В предмет доказывания мнимости дарения акций входит доказывание отсутствия факта передачи акций, либо тот факт, что даритель продолжил, в части подаренной акции, осуществлять права акционера. Как следует из выписки ООО «Регистратор «Гарант» исх. № 160816-0013 от 16.08.2016 г. как держателя реестра акционеров акционерного общества, регистратором выполнена операция в реестре АО "СТОА - 6" о переходе прав собственности от ФИО11 на ФИО6 в результате дарения шести акций общества. Впоследствии, являясь акционером АО "СТОА - 6" ФИО6, реализовал свои законные права как акционер и приобрел
возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика. Требования упомянутых норм права обязывают ответчика возвратить истцу неотработанный аванс, если он не докажет факт исполнения работ на спорную сумму. Вместе с тем, суды пришли к выводу, что истцом по встречному иску факт выполнения работ на заявленную сумму доказан, мотивы отказа Компании от подписания акта выполненных работ судами обоснованными не признаны обоснованными. Из изложенного следует, что бремя доказывания распределено верно, на Компанию бремя доказывания отсутствия факта выполнения субподрядчиком работ не возлагалось. Суды обеих инстанций, исследовав и оценив доводы сторон и представленные ими доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, установили, что до расторжения договора Центром было предоставлено встречное исполнение на сумму превышающую сумму авансовых платежей, в связи с чем на стороне Компании возникла задолженность. С учетом изложенного и принимая во внимание, что расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения
определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела. Указывает, что в ходе рассмотрения гражданского дела никаких объективных и достоверных доказательств, подтверждающих факт страхового случая, ФИО1 не представлено. Выводы суда о наличии факта страхового случая свелись к формальной констатации вышеуказанного юридического факта, без какой-либо ссылки на допустимые и достоверные доказательства, которые убедительно подтверждают факт страхового случая. Суд первой инстанции фактически освободил истца ФИО1 от процессуальной обязанности доказывания факта страхового случая и незаконно возложил на ответчика доказывание отсутствия факта страхового случая. Удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводу, что причинение ущерба Смартфону произошло в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 10-40 в районе <адрес>. Отказывая в привлечении к рассмотрению дела АО РСК «Стерх» и водителя автомобиля <данные изъяты> г.р.з. № ФИО2, суд не учел, что Смартфон застрахован по договору добровольного страхования имущества и имеется лицо, ответственное за причиние убытков, водитель автомобиля <данные изъяты> г.р.з. № ФИО2, чья ответственность по договору
судебные постановления, производство по делу прекратить. Указывает, что правонарушение, в котором обвиняют ИП ФИО1, произошло после закрытия кафе, полиция факт совершения правонарушения не зафиксировала, жалоб от жильцов дома не поступало и не поступает в настоящее время, факт нарушения подтверждается только показаниями Ф. Таким образом, доказательств, свидетельствующих о совершении указанного административного правонарушения не установлено. В нарушении п. 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) на ИП ФИО1 была возложена обязанность доказывания отсутствие факта административного правонарушения. Судом не учтено расположение квартиры Ф. относительно кафе, не исследован факт проживания Ф. в квартире, и мог ли он в действительности слышать музыку из кафе. Дело об административном правонарушении истребовано 27.04.2018, поступило в Пермский краевой суд 11.05.2018. Ф. была направлена копия жалобы заявителя, предоставлен срок для подачи возражений, которые от потерпевшего не поступили. Изучив материалы дела об административном правонарушении, проверив доводы жалобы, оснований для ее удовлетворения не нахожу. Из положений ст.
судья Елизовского районного суда Камчатского края постановил указанное решение. В жалобе, поданной в Камчатский краевой суд, защитником ставится вопрос об отмене решения судьи Елизовского районного суда Камчатского края от 13 апреля 2017 года и прекращении производства по делу. В обоснование указывается, что ФИО1 не нарушались требования федерального законодательства. Формальное превышение лимитов отходов на 0,2%, возможно, является технической ошибкой. В ходе производства по делу нарушен принцип презумпции невиновности, поскольку на ФИО1 возложена обязанность по доказыванию отсутствия факта совершения правонарушения. Проверив материалы дела об административном правонарушении, прихожу к следующим выводам. В силу ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме. В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению
Елизовского районного суда Камчатского края постановил указанное решение. В жалобе, поданной в Камчатский краевой суд, защитником Общества ставится вопрос об отмене решения судьи Елизовского районного суда Камчатского края от 15 марта 2017 года и прекращении производства по делу. В обоснование указывается, что Обществом не нарушались требования федерального законодательства. Формальное превышение лимитов отходов на 0,2%, возможно, является технической ошибкой. В ходе производства по делу нарушен принцип презумпции невиновности, поскольку на Общество возложена обязанность по доказыванию отсутствия факта совершения правонарушения. Проверив материалы дела об административном правонарушении, прихожу к следующим выводам. В силу ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме. В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению
