30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, и исходили из того, что заключение договоров поручительства между банком и должником по кредитам третьих лиц на общую сумму 128 151 203,72 руб. увеличило более чем в два раза размер долговых обязательств должника, при том, что обязательства по поручительствам не обеспечены активами должника, т.е. изначально не могли быть погашены, доказательства экономической взаимосвязи между должником и ООО «СХС-С» не представлены, договоры поручительства являются для должника безвозмездными, данные бухгалтерского учета должника свидетельствует о совершении сделок по обеспечению исполнения обязательств третьих лиц в период ухудшения финансово-экономической деятельности должника. С четом исследованных в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, суды пришли к выводу о том, что целью заключения настоящих договоров поручительства являлось создание задолженности должника перед банком с целью причинения вреда самому должнику и его кредиторам. Доводы
экономической деятельности. Между тем по результатам изучения состоявшихся по делу судебных актов, доводов кассационной жалобы и поступивших на нее дополнений таких оснований не установлено. Разрешая спор, суды, основываясь на оценке представленных в дело доказательств в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 16, 71, 100, 142, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», исходили из фактических обстоятельств, связанных с наличием экономической взаимосвязи заявителя и должника, выходящей за пределы обычной коммерческой практики участников рынка недвижимости и указывающей на формальный характер сложившихся между сторонами спора отношений, в связи с чем отказали в удовлетворении заявления как предъявленного необоснованно. Выводы судов соответствуют нормам права, оснований для переоценки выводов судов по доводам жалобы не имеется. Нарушений норм материального права, а также норм процессуального права, влекущих за собой безусловную отмену указанных судебных актов, судами не допущено. Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций,
Закона о банкротстве, на которых настаивал Промсвязьбанк), так как уступка требования и поручительство заключены в один день – 08.12.2018. С этого момента у общества "ПКФ Сиблифт" возникла обязанность внесения денежных средств ответчику, а поручительство как акцессорное обязательство и не могло возникнуть ранее основного. Суды не установили признаков подозрительной сделки, поскольку установили совокупность обстоятельств: финансовую состоятельность Промсвязьбанка на момент выдачи поручительства (по официальным отчетам); наличие в действиях Промсвязьбанка разумного мотива - получение за поручительство вознаграждения; экономическую взаимосвязь Промсвязьбанка с обществами "КМЗ" и "ПКФ "Сиблифт"; обычную практику банка по выдаче подобных поручительств и допустимость такой практики законом и уставом кредитной организации; отсутствие признаков причинения имущественного вреда кредиторам Промсвязьбанка; наличие возможности удовлетворения суброгационных требований Промсвязьбанка к платежеспособному обществу "ПКФ "Сиблифт" за счет активов последнего в случае дефолта. Суды также указали, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, так как выдав поручительство, Промсвязьбанк впоследствии давал основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
получением налоговой выгоды путем создания формального документооборота, нельзя расценивать действия общества в рамках спорных хозяйственных операций как совершенные с намерением получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Помимо доказательств, свидетельствующих о невозможности исполнения указанным поставщиком обязательств по поставке спорного сырья, в том числе отсутствия у поставщика необходимых ресурсов для достижения результатов экономической деятельности, оформление документов о совершении спорных операций от имени поставщика сотрудниками общества, инспекция в ходе налоговой проверки установила и представила в материалы дела доказательства необоснованного возникновения у общества налоговой выгоды, которые подлежали оценке судов в их совокупности и взаимосвязи . Так, инспекция установила, что общество является производственным предприятием со строгим пропускным режимом на территорию, а химическое сырье – опасным грузом, перевозимым с соблюдением особых требований безопасности, что само по себе предполагает необходимым наличие у общества документов, подтверждающих доставку, получение и движение спорного сырья на предприятии при использовании его в производстве, в том числе документального
сопоставимыми условиями кредитования, установлена процентная ставка от 9% до 12% годовых о предоставлении кредитов на индивидуальных условиях не свидетельствует. Как указывает сам Банк России, в спорный период времени ставка по кредитам не была фиксированной. Ссылки Банка России на то, что экспертом не учтено наличие экономической взаимосвязи заемщиков с другими заемщиками банка, также являются необоснованными. При этом суд апелляционной инстанции считает возможным принять во внимание указание эксперта на то, что по предоставленным временной администрацией документам, экономическая взаимосвязь с другими заемщиками не существенна для заемщика. Так, в отношении ООО «БФГ» установлено, что дебиторская задолженность других заемщиков Банка, таких как ООО «КУБ» и ООО «ИЛК» по состоянию по состоянию на 01.01.21 в отчетности ООО «БФГ» составила 84% от суммарной дебиторской задолженности, но при этом всего 1% от валюты баланса, а дебетовый оборот за 4 квартал с указанными контрагентами составил 0,2% от выручки за год (без учета полностью погашенного в 4 квартале займа ООО
позволило суду первой инстанции сделать вывод о том, что должник не обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых сделок. Суд первой инстанции указал на наличие общих экономических интересов участников мирового соглашения и Должника, которые вытекают из экономической и юридической связанности участников мирового соглашения (на стороне должников) и поручителя, что проявляется в значительном совпадении состава участников этих юридических лиц и наличии экономических связей, основанных на взаимных обязательствах. Судом первой инстанции установлена экономическая взаимосвязь обществ с ограниченной ответственностью «РОКС» и «Рокс-Авто» по критерию финансовой зависимости, которая подтверждается тем, что требования общества «Рокс-Авто» к обществу «РОКС» превышают 25% выручки общества «Рокс-Авто» (бухгалтерская отчетность на 01.07.2011). Согласно бухгалтерской отчетности должника на 01.04.2011, активы составляют 5611 тыс. руб., требования общества «Рокс-Авто» к обществу «Рокс», а также иным участникам мирового соглашения отсутствуют. Согласно расшифровке кредиторской задолженности кредиторами должника являлись по состоянию на 01.04.2011 – общество с ограниченной ответственностью «Рокс», «Фирма «Ювио-Сервис», по
отказе во включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника также учтено отсутствие экономической целесообразности приобретения должником недвижимого имущества у общества «Элекстростальконструкция» при возможности приобретения его напрямую у застройщика общества с ограниченной ответственностью «Стройинкор». Таким образом, в конкретном случае, установив, что указанные кредитором обстоятельства не являются вновь открывшимися, учитывая, что по указанному обособленному спору, основанием для вынесения отказа в удовлетворении заявления общества «Элекстростальконструкция» о включении в реестр требований кредиторов должника, явилась совокупность установленных обстоятельств- экономическая взаимосвязь кредитора и должника, а именно невыгодное приобретение должником недвижимого имущества у кредитора при возможности приобретения его напрямую у застройщика, непоследовательное поведение должника, выразившееся в заключении мирового соглашения и последующее скорое обращение в суд заявлением о признанием банкротом, противоречивые пояснения должника относительно расходования средств, вырученных от продажи квартиры, проанализировав приведенные в заявлении о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам доводы, а также возражения участвующих в деле лиц, суды пришли к выводу, что факты, приведенные
договоры поручительства ничтожны в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), так как при их заключении допущено злоупотребление правом со стороны заявителя и должника, которое повлекло за собой искусственное увеличение кредиторской задолженности и приобретение кредитором права преобладающего контроля за процедурой банкротства, что влечет нарушение баланса интересов иных кредиторов. Заключение договоров поручительства более чем в два раза увеличило размер долговых обязательств должника при том, что они не обеспечены активами должника, экономическая взаимосвязь между ООО «СамараАгро» и ООО «СХС-С» отсутствует. В кассационной жалобе ОАО «Россельхозбанк» просит определение Арбитражного суда Самарской области от 21.11.2014 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2015 отменить, включить требование ОАО «Россельхозбанк» в реестр требований кредиторов должника. Заявитель указывает, что согласно бухгалтерскому балансу финансово-экономическое состояние должника на момент заключения договоров поручительства было стабильным. По мнению заявителя, представленные им документы о задолженности ООО «СХС-С» перед ООО «СамараАгро» в сумме 4 975 000 руб. опровергают
сопоставимыми условиями кредитования, установлена процентная ставка от 9% до 12% годовых о предоставлении кредитов на индивидуальных условиях не свидетельствует. Как указывает сам Банк России, в спорный период времени ставка по кредитам не была фиксированной. Ссылки Банка России на то, что экспертом не учтено наличие экономической взаимосвязи заемщиков с другими заемщиками банка, также являются необоснованными. При этом суд апелляционной инстанции счел возможным принять во внимание указание эксперта на то, что по предоставленным временной администрацией документам, экономическая взаимосвязь с другими заемщиками не существенна для заемщика. Так, в отношении ООО «БФГ» установлено, что дебиторская задолженность других заемщиков Банка, таких как ООО «КУБ» и ООО «ИЛК» по состоянию по состоянию на 01.01.21 в отчетности ООО «БФГ» составила 84% от суммарной дебиторской задолженности, но при этом всего 1% от валюты баланса, а дебетовый оборот за 4 квартал с указанными контрагентами составил 0,2% от выручки за год (без учета полностью погашенного в 4 квартале займа ООО
заявка на предоставление кредита, справки о кредиторской и дебиторской задолженности ООО <...> заполнены именно И., а подписаны ФИО1 и скреплены печатью ООО <...>, свидетельствует о соответствии ее показаний фактическим обстоятельствам дела. Изложенные обстоятельства безусловно свидетельствуют о наличии кредиторской задолженности ООО <...> перед <...> ФИО1 по договору аренды от 19.07.2007, о которой и ее размере ФИО1 не мог не знать при оформлении кредита в банке по договору № <...> от 12.05.2009, о чем свидетельствует и экономическая взаимосвязь ООО <...> и <...> ФИО1 Следовательно, данные представленного в банк и подписанного ФИО1 бухгалтерского баланса ООО <...> за 2008 год и справки о кредиторской задолженности ООО <...> на 01.04.2009, в которых не указано о наличии кредиторской задолженности ООО <...> перед <...> ФИО1, являлись заведомо ложными. Обязанность предоставить банку при оформлении кредита достоверные сведения о финансовом состоянии ООО <...> лежала на ФИО1 как на его директоре, который не только обязан знать о финансовом состоянии возглавляемого
не получил вовремя извещение о судебном заседании, не смог участвовать в судебном заседании. Представитель ответчика ОАО «Номос-Банк» - ФИО3, (по доверенности от < дата > г.) иск не признал, суду пояснил, что на территории ... филиала не было никогда, только операционный офис, где мог быть заключен договор поручительства. Кредитный договор был заключен с ООО «Прогресс» < дата > договор подписан директором - УИМ, и договор поручительства < дата > года. Считает, что имеется тесная экономическая взаимосвязь по договору поручительства. Фотографии при заключении договора с юридическими лицами не делаются, только физические лица фотографируются. Идентификация личности проводится по документам, удостоверяющим личность и документам, подтверждающим полномочия. Октябрьский районный суд ... вынес решение, и договор поручительства был предметом исследования. По заявлению ФИО1 было отменено заочное решение и вынесено решение. Информация о смене адреса он в банк не предоставлял. На судебное заседание ФИО1 не явился, хотя был извещен. Представитель третьего лица ООО «Прогресс» в судебное
профессиональные суждения ФИО11, в которых отсутствовала информация о плохом финансовом состоянии ФИО10, ФИО12 и ФИО13; полученные ФИО13 кредитные денежные средства шли на погашение его долгов перед ИП ФИО10, а не на погашение кредитных обязательств ИП ФИО10; отчетность ИП ФИО10, ИП ФИО12, ИП ФИО13 и ООО «<данные изъяты>» предоставлялась в банк за подписью руководителей указанных юридических лиц и опровергает вывод суда о кредитовании ею одного заемщика; судом дана неверная оценка экономической деятельности указанных юридических лиц; экономическая взаимосвязь юридических лиц не применялась при расчетах норматива Н6, а вывод суда о том, что указанные юридические лица являлись одним предприятием, в соответствии со ст.252 УПК РФ, ухудшил ее положение и право на защиту; нарушение норматива Н6 при выдаче кредитов не может являться основанием для квалификации действий по ст.201 УК РФ; судом не учтено, что положение банка России № 139-и предусматривает возможность использования заемщиком кредитных денежных средств на погашение кредитных обязательств других заемщиков с учетом
