административного и коммерческого назначения; здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях делового, административного или коммерческого назначения. При этом: здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях делового, административного или коммерческого назначения, если назначение помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии с кадастровыми паспортами соответствующих объектов недвижимости или документами технического учета ( инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование , парковки); фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях делового, административного или коммерческого назначения признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки). Торговым центром (комплексом) в силу пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором
признали неправомерным применение обществом в настоящем случае положений пункта 2 статьи 254 Налогового кодекса. Кроме того, суды указали, что поскольку металлолом образовался из сменного оборудования, не относящегося к амортизируемому имуществу, то его стоимость обществом списана дважды (сначала через расходы на его приобретение, а в последствие – через расходы на металлолом), что противоречит нормам налогового законодательства. Доводы кассационной жалобы, в том числе о выявлении спорного лома по результатам инвентаризации, были рассмотрены судами и отклонены, поскольку металлолом был получен налогоплательщиком в результате ликвидации сменного оборудования , а не в результате инвентаризации, либо демонтажа или разборки основных средств. Доводы, изложенные обществом в кассационной жалобе, не свидетельствуют о существенном нарушении судами норм материального права, а сводятся, по сути, к их неверному толкованию заявителем, что не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.1, 291.6 и 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской
стоящее нежилое здание (строение, сооружение) при условии если: - оно расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение офисных зданий делового, административного и коммерческого назначения (подпункт 1); назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета ( инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование , парковки (абзац второй подпункта 2); - фактически используется для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры, включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки не менее 20 процентов общей площади здания (абзац третий подпункта 2). Пунктами 1 и 2 статьи 1.1 Закона на имущество организаций к объектам недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как их кадастровая стоимость, отнесены, в
о факте владения и пользования спорным оборудованием ответчиком истец (его правопредшественник) должен был узнать с момента приватизации ответчика (создания ОАО «Автоагрегат»), а в отношении оборудования, полученного предприятием после приватизации Кинешемского завода «Автоагрегат», - с момента передачи товара, то есть в 1990 – 1992 годах. Кроме того, из имеющейся в деле переписки за январь – апрель 2002 года между ОАО «Автоагрегат» и государственными органами, в том числе Минимуществом России, усматривается, что на предприятии неоднократно проводилась инвентаризация оборудования , полученного по контрактам с иностранными фирмами, с участием государственных структур. Минимущество России в марте 2002 года проводило совещание по вопросу использования спорного оборудования (телефонограмма от 22.02.2002). Однако, при всех данных обстоятельствах Управление обратилось в суд с иском лишь в июне 2005 года, то есть за пределом трехгодичного срока исковой давности. Ответчик до принятия решения по спору заявлял о пропуске срока исковой давности, а потому в силу статей 196, 199 и 200 Гражданского кодекса
апелляционной жалобе ответчик, считая решение незаконным и необоснованным, вынесенным при неполном исследовании обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение отменить, взыскать с Банка в пользу Общества 730 541 руб. 20 коп. оставшейся части стоимости отделимых улучшений, указывая, что на территории Банка находится имущество, принадлежащее Обществу на праве собственности, что подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе договором поставки от 01.07.2013 №1-И, товарными накладными, а также выпиской из программы 1 С « Инвентаризация оборудования », спорное имущество с территории истца не вывозилось. Кроме того, истец не представил доказательства направления в адрес ответчика счетов-фактур, являющихся по условиям договора основанием для оплаты переменной части арендной платы. Банк возразил против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на жалобу. Законность и обоснованность обжалуемого решения проверены в апелляционном порядке. Как следует из материалов дела, между Банком (арендодатель) и Обществом (арендатор) заключен договор аренды от 01.06.2013 № 210/13 следующего недвижимого имущества: -
первоначальную стоимость имущества менее 40 000 руб., были списаны в производство как в 2010 году, так и в 2011 году, а также, что при списании в производство их стоимость не была учтена Обществом в составе расходов в указанные периоды, либо стоимость их списания в производство (учета состава расходов) была ниже стоимости, утвержденной по результатам инвентаризаций. Общество в обоснование своей позиции указывает, что основными факторами образования в 2010 году недостач нефтепогружного оборудования явилось то, что инвентаризация оборудования проводилась методом документальной проверки соответствия данных бухгалтерского учета данным эксплуатационных паспортов, а также в зимний период, что не позволило в полном объеме произвести идентификацию и точный пересчет нефтепогружного оборудования, находящегося на открытых складах хранения, в связи с чем в 2011 году проведены выборочные инвентаризации нефтепогружного оборудования, в результате которых выявлено оборудование, находящееся в наличии, но при этом учтенное по итогам инвентаризации по состоянию на 01.02.2010 в недостаче. Заявитель указывает, что суммы излишков нефтепогружного оборудования
офисе обслуживания и продаж, а также учитывая, что трудовые функции ответчики осуществляли совместно в одном офисе продаж по адресу <адрес>, ул. Республики, <адрес>, с работниками был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. Согласно пункту 1 заключенного договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности ответчицы приняли на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного им работодателем имущества. ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с Приказом №/УР-ТМН от 03.02.2014г. Истцом в присутствии членов коллектива (бригады) была проведена инвентаризация оборудования , находящемся на складе офиса продаж и обслуживания по адресу в <адрес>, ул.Республики, <адрес>. По результатам указанной инвентаризации было подтверждено наличие на складе и в ведении коллектива соответствующего оборудования, отсутствие на дату 29.07.2014г. каких-либо расхождений в количестве вверенного бригаде оборудования, что подтверждено Инвентаризационной описью от 29.07.2014г. ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с Приказом №/УР-ТМН от 30.09.2014г. истцом в присутствии членов коллектива (бригады) была проведена инвентаризация оборудования, находящемся на складе офиса продаж и обслуживания по адресу в
документе не имеется каких-либо подписей и оттисков печатей, на 02 листах; - лист формата А4, содержащий таблицу, согласно которой в МИФНС России № 7, № 8, № 16, № 17, МИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 1 фактически поставлены сплит-системы марки <данные изъяты> (6.0кВТ), которые не соответствуют заявленным в контракте <данные изъяты>, на 01 листе; - копия акта выборочной инвентаризации от 13.06.2017, согласно которому в помещении МИФНС № 17 по Санкт-Петербургу была проведена выборочная инвентаризация оборудования (сплит систем для помещений серверной), установленной в рамках государственного контракта от 18.12.2015 № №, в ходе которой установлено, что в соответствии с накладной № 18 от 25.12.2015 на балансе инспекции (в бухгалтерском учете) отражена модель системы <данные изъяты>, при этом фактически установлены <данные изъяты>. На документе имеется подпись и.о. начальника МИФНС России № 17 по Санкт-Петербургу от имени Хрт., подпись от имени Шбн., а также подписи других представителей МИФНС России № 17, производивших выборочную
спорные правоотношения, указывается, что в 2016 г. при приеме ФИО1 должности заместителя начальника штаба – начальника оперативного отделения штаба войсковой части №, инвентаризация проводилась без его участия, а подпись в инвентаризационной описи ему не принадлежит. Суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о проведении почерковедческой экспертизы и вызове свидетеля П., ранее занимавшего названную воинскую должность. Далее в жалобе отражено, что в 2017 г. проводились плановые инвентаризации материальных ценностей подотчетного лица, а не инвентаризация оборудования , содержащего драгоценные металлы, находящегося на ответственном хранении у ФИО1. Во время проведения названной инвентаризации инвентаризационной комиссией в присутствии материального ответственного лица было установлено, что недостающие три единицы компьютеров марки ПЭВМ ЕС1841-10 находятся в технически неисправном состоянии, о чем была сделана соответствующая запись в инвентаризационной описи. Ремонт названных ПЭВМ по согласованию с руководством воинской части был запланирован П. во время исполнения им обязанностей по занимаемой должности. Однако работоспобность ПЭВМ восстановлена не была, а демонтированные
ноября 2018 г. № 37882 «О закреплении на праве оперативного управления за КП «МЭД» объектов инженерно-коммунального назначения (имущество)» указанное ЦТП было взято на баланс КП «МЭД» (п. 84 перечня оборудования Приложения к Распоряжению ДГИ города Москвы от 12 ноября 2018 № 37882). Находящееся в ЦТП движимое имущество - оборудование Министерством Обороны РФ КП «МЭД» не передавалось. 11 сентября 2020 года совместно с представителями КП «МЭД» и Министерства обороны РФ был произведен осмотр и проведена инвентаризация оборудования , находящегося в ЦТП, о чем составлен акт. По результатам инвентаризации, в ЦТП находится следующее оборудование: фильтр грязевик приварной, насос, насос ГВС, насос ХВС, теплообменник ГВС, теплообменник ЦО, кран шаровой (4 шт.); задвижка клиновая (2 шт.), регулятор температуры КЗР (клапан запорно-регулирующий) с ЭИМ (исполнительным электрическим механизмом), трубопровод (3 шт.), щит управления насосами, шкаф диспетчеризации, шкаф вводной, манометр, термометр, светильник, УУТЭ, водомер подпитки. Оставляя исковое заявление без рассмотрения, суд исходил из того, что в данном
