Использование аудиозаписи в качестве доказательств - гражданское законодательство и судебные прецеденты

делопроизводства ходатайства, с материалами дела ознакомлен представитель истца ФИО1 11.03.2013 через отдел делопроизводства истец обратился с замечаниями на протокол судебного заседания, в связи с тем, что в протоколе судебного заседания не зафиксированы устные заявления представителя ответчика о том, что оплата по договору уступки прав до настоящего времени не произведена, это обстоятельство не рассматривалось при рассмотрении гражданского дела в Металлургическом суде города Челябинска. Аудиозапись судебного заседании от 21.02.2013 выполнена некачественно, что влечет невозможность использования аудиозаписи в качестве доказательства по делу. В соответствии с частью 1 статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ходе каждого судебного заседания арбитражного суда первой инстанции, а также при совершении отдельных процессуальных действий вне судебного заседания ведется протоколирование с использованием средств аудиозаписи и составляется протокол в письменной форме (далее также - протокол). Протоколирование судебного заседания с использованием средств аудиозаписи ведется непрерывно в ходе судебного заседания. Материальный носитель аудиозаписи приобщается к протоколу (часть 6 статьи 155

довод о том, что аудиозапись от 22.02.2014, сделанная ФИО1 в офисе страховщика, является недопустимым доказательством. Однако согласно части 2 статьи 64 АПК РФ аудиозаписи допускаются в качестве доказательств. Часть 2 статьи 89 АПК РФ устанавливает, что к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном АПК РФ. Таким образом, законодатель прямо установил принципиальную возможность использования аудиозаписи в качестве доказательства . Представление доказательства (аудиозаписи) третьим лицом соответствует статье 66 АПК РФ. Арбитражный процессуальный кодекс не устанавливает ограничений по порядку получения аудиозаписей, не требует их санкционирования. Единственным ограничителем, касающемся возможности получения и представления доказательства в виде аудиовидеозаписей, выступает часть 3 статьи 64 АПК РФ о недопустимости использования доказательств, полученных с нарушением правовых норм, содержащихся в федеральных законах. В частности, к таковым относятся нормы права, обеспечивающие автономию личности в обществе и ее неприкосновенность: право

ФИО1 в офисе ООО «Росгосстрах», является недопустимым доказательством, поскольку отсутствует согласие общества на ее осуществление. Однако согласно части 2 статьи 64 АПК РФ аудиозаписи допускаются в качестве доказательств. Часть 2 статьи 89 АПК РФ устанавливает, что к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном АПК РФ. Таким образом, законодатель прямо установил принципиальную возможность использования аудиозаписи в качестве доказательства . Представление доказательства (аудиозаписи) третьим лицом соответствует статье 66 АПК РФ. Арбитражный процессуальный кодекс не устанавливает ограничений по порядку получения аудиозаписей, не требует их санкционирования. Единственным ограничителем, касающемся возможности получения и представления доказательства в виде аудиовидеозаписей, выступает часть 3 статьи 64 АПК РФ о недопустимости использования доказательств, полученных с нарушением правовых норм, содержащихся в федеральных законах. В частности, к таковым относятся нормы права, обеспечивающие автономию личности в обществе и ее неприкосновенность: право

с использованием средств аудиозаписи и с составлением протокола в письменной форме в соответствии с требованиями статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Акт содержит рукописную заметку следующего содержания: «согласно возражениям по Акту об устранении дефектов продукции, находящимся у потребителя № б/н от 10.08.2012 на 10 (десяти) страницах». Однако в материалы дела не представлены какие-либо возражения ООО «РТК-Системы» к рассматриваемому акту от 10.08.2012, оформленные надлежаще с участием ответчика (либо с удостоверением факта его отказа от такого участия). Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, установленного частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (согласно которой лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий). С учетом изложенного выше суд приходит к выводу о том, что представленные истцом односторонние акты не могут быть приняты в качестве доказательств наличия

заявления об увольнении по собственному желанию. В доказательство того, что у него имелись основания указывать в иске эти обстоятельства, ответчик ФИО3 в рамках настоящего дела представил сделанную им аудиозапись разговора с ФИО1 и ФИО7 10 февраля 2020 года. Возражая против принятия и исследования данного доказательства судом представитель истца указывала, что согласия на эту запись ФИО3 от участников разговора не спрашивал и о записи их не уведомлял. Вместе с тем, суд полагает возможным использование аудиозаписи в качестве доказательства , поскольку обсуждались не личные, а производственные вопросы и вопросы трудовых отношений. Из представленной аудиозаписи и расшифровки усматривается, что в разговоре с ФИО3 ФИО1 упоминала о наличии у нее неподписанного заявления, после чего разговор продолжается об основаниях увольнения работника. Наличие у ФИО1 на момент разговора заявления ФИО3 об увольнении по собственному желанию, представитель истца в судебном заседании не отрицала, пояснив при этом, что нет доказательств того, что такое заявление ФИО3 писал под

Российской Федерации от 06.07.1999 N 39/7 имели место в этом случае. Предупреждение об ответственности за демонтаж труб, заместитель прокурора Удалов Н.А. с достоверностью не установил, что ТСЖ принимаются соответствующие меры. Как следует из восрпоизвденной аудиозаписи протокола совещания от 25.10.2018, председатель ТСЖ не подтвердила факт выполнения работ по демонтажу труб. Материалы надзорного производства не содержит сведения об источнике данной информации, послужившей основанием для вынесения данного предостережения. Вопреки доводам административного ответчика, закон не запрещает использование аудиозаписи в качестве доказательства доводов стороны. Представленные фотоиллюстрации объявления о запрете съемки и записи в прокуратуре суд оценивает критически, поскольку факт размещения указанной информации на день проведения совещания 25.10.2018 не представлено. Вместе с тем, прав и законных интересов ТСЖ, как административного истца, данное предостережение не повлекло. Не может признаваться незаконным и недействительным совещание, проведенное с участием председателя ТСЖ 25.10.2018 в прокуратуре железнодорожного района, и его протокол, поскольку носит информационный характер, не возлагает на административного истца обязанности,

законодательством Российской Федерации; документ, удостоверяющий личность; документ о регистрации транспортного средства, выданный органом, осуществляющим регистрацию транспортного средства (паспорт транспортного средства, свидетельство о регистрации транспортного средства, технический паспорт, технический талон или аналогичный документ); водительское удостоверение или копию водительского удостоверения лица, допущенного к управлению транспортным средством (если договор обязательного страхования будет предусматривать допуск к управлению транспортным средством определенных лиц); диагностическую карту, содержащую сведения о соответствии транспортного средства обязательным требованиям безопасности транспортных средств. Факт не использования аудиозаписи в качестве доказательства , исходя из существа правоотношения, на суть принятого решения не влияет. Таким образом, оснований для привлечения указанного истцом ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения компенсации морального вреда не имеется. Иных доводов в апелляционной жалобе не приводится, другими лицами, участвующими в деле, решение не обжаловано. Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

вина ФИО14 в совершении вменяемого административного правонарушения, был отклонен, в связи с тем, что ФИО2 является должностным лицом и в силу статьи 2.4 КоАП РФ подлежит ответственности. При этом, заместитель управляющего Отделением по Воронежской области Главного управления Центрального банка Российской Федерации по Центральному федерального округу ФИО1 посчитал, что довод о том, что ФИО14 не давал ФИО11 указания о навязывании клиентам дополнительных услуг опровергается объяснениями ФИО6 от 10.02.2015г. Довод о том, о недопустимости использования аудиозаписи в качестве доказательства , было опровергнуто при рассмотрении дела тем, что содержание аудиозаписи подтверждается другими имеющимися в материалах дела доказательствами, а именно: объяснениями ФИО6 от 10.02.2015г. Доводы защиты о том, что ФИО6 является страховым агентом и не имеет право страховать в помещении страхового отдела и ФИО8 менеджером агентской группы ФИО12 предложено обратиться в офис продаж, были отклонены как не опровергающие факт совершения установленного имеющимися в материалах дела доказательствами административного правонарушения. При этом довод о том,