Использование программного обеспечения без согласия правообладателя - гражданское законодательство и судебные прецеденты

акты, судья Верховного Суда Российской Федерации пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 1 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по которым кассационная жалоба по изложенным в ней доводам может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Удовлетворяя заявленные требования в части взыскания компенсации за незаконное использование программного обеспечения, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 1259, 1252, 1229, 1261, 1270, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности факта использования ответчиком без согласия правообладателя программного обеспечения, авторские права на которые принадлежат обществу «1С». Судами установлено, что спорные программы запущены в отсутствие аппаратного ключа защиты, то есть ответчик использовал нелицензионные экземпляры программных продуктов. Учитывая количество экземпляров незаконно используемых ответчиком программных продуктов, двукратную стоимость соответствующих программ, указанную в представленном в материалы дела Справочнике некоммерческого партнерства Поставщиков Программных Продуктов, что правонарушение совершено ответчиком впервые и использование

ее дальнейшем бездоговорном использовании ответчиком, которое подлежит оценке наряду с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела. Ответчик в рамках рассмотрения настоящего дела имел возможность представить доказательства, опровергающие выводы, содержащиеся в экспертном заключении от 13.07.2015 № 75-СК/15, однако таким процессуальным правом не воспользовался. Судами также обоснованно учтено, что совокупностью имеющихся в материалы уголовного дела доказательств (нотариальным протоколом осмотра доказательств от 26.06.2015, копиями пассажирских билетов на автобус № ЦБ000522291011, № ЦБ000520525015, № ЦБ000748025019; протоколом осмотра места происшествия от 16.07.2015; заключением эксперта от 13.07.2015 № 75-СК/15; протоколом осмотра места происшествия от 25.09.2015; протоколами допроса свидетеля ФИО6 от 29.12.2015 и от 21.07.2016; протоколами допроса свидетеля ФИО7 от 31.12.2015 и от 21.07.2016; протоколами допроса свидетелей ФИО8 и ФИО9; протоколом явки с повинной ФИО1; протоколом допроса обвиняемого ФИО1) подтверждается тот факт, что 26.06.2015 спорное программное обеспечение было взломано и впоследствии использовалось ответчиком на бездоговорной основе и без согласия истца, являющегося ее правообладателем . При этом

ответственности за незаконное использование нелицензионного программного обеспечения, права на использование которого принадлежат истцу. Ссылка на статью 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае не может быть признана основательной, поскольку речь идет не о возмещении ущерба, а о взыскании компенсации за нарушение исключительного авторского права. В соответствии с частью 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя , за исключением

столах в помещении истца. Отсутствие права собственности общества на компьютеры, на которых установлены жесткие диски с контрафактной продукцией, не исключает возможности использования обществом в лице его работников при выполнении ими своих функциональных обязанностей программ для ЭВМ в своей предпринимательской деятельности. В соответствии со статьей 402 ГК РФ действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства. Таким образом, общество, устанавливая в качестве условия трудовых договоров предоставление работникам системных блоков компьютеров, должно было предпринять действия направленные на недопущение нарушения прав любых третьих лиц, в том числе, посредствам неиспользования работниками контрафактного программного обеспечения. Довод ООО «Проектная мастерская Маркштетера» о том, что оно не использовало контрафактное программное обеспечение в своей деятельности для получения прибыли без согласия правообладателя , отклоняется как противоречащий смыслу статье 1270 ГК РФ. Хранение – это способ использования объектов авторского права, является самостоятельным правомочием и

к конкретным обстоятельствам дела. Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, судами дана надлежащая, соответствующая применимым правовым нормам оценка имеющимся в деле доказательствам, а также доводам истца и возражениям ответчика. Нарушений требований процессуального законодательства при оценке судами доказательств по делу суд кассационной инстанции не усматривает. Довод ФИО1 о правомерном использовании ответчиком спорного программного обеспечения подлежит отклонению в связи с нижеследующим. Согласно положениям статьи 1229 ГК РФ правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя , за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. По смыслу названной нормы согласие правообладателя результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на его использование другим лицом должно быть выражено явно и однозначно. При рассмотрении настоящего дела суды не установили наличие у ответчика правовых оснований для использования спорной программы. Данный

ознакомительно с целью дальнейшего приобретения для автоматизации сервисного центра и запускалось несколько раз дистанционно с согласия фирмы-разработчика. С учетом этого, суды пришли к выводу о том, что доводы ответчика о том, что содержащиеся на жестких дисках принадлежащих предпринимателю системных блоков программы «1С: Предприятие 8.1», «1С: Предприятие 7.7» были размещены уже после того, как указанные компьютеры были изъяты у предпринимателя, являются необоснованными. В то же время доказательств использования этого программного обеспечения с согласия фирмы-разработчика, а также договоры на использование спорных программных продуктов с его правообладателем в материалы дела не представлены. Установив данные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций признали доказанным факт неправомерного использования ответчиком в хозяйственной деятельности программных продуктов, исключительные права на которые принадлежат истцу. Таким образом, исследовав и оценив представленные документы, суды пришли к обоснованному выводу о том, что предприниматель своими действиями нарушил исключительные права общества на спорные программные продукты. В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях,

предприниматель ФИО1 освобождена от административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного ею административного правонарушения и ей объявлено устное замечание. Не согласившись с указанным постановлением мирового судьи, считая его незаконным и подлежащим отмене, прокурор обратился в суд с протестом на вышеуказанное постановление, ссылаясь на то, что в магазине ИП ФИО1 выявлен факт использования компьютера с установленным рабочим программным обеспечением корпорации «Майкрософт» (программы Windows ХР Professional, SP2) с признаком контрафактности. Использование контрафактной продукции либо использование программных обеспечений без согласия правообладателя является незаконным, что недопустимо. Согласно п. 2 ч. 1 ст. 1225 ГК РФ результаты интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются: программы для электронных вычислительных машин (программы для ЭВМ). В нарушение п. 2 ч. 1 ст. 1229 ГК РФ, предусматривающей, что правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности, программное обеспечение

на Федеральный закон от 08 марта 2022 года №46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» выводов суда не опровергает, поскольку принятый в соответствии с указанным нормативным актом Перечень, утвержденный Приказом Минпромторга России от 19 апреля 2022 N 1532, не регламентирует порядок использования шрифтов. Оценивая доводы административного ответчика относительно изготовления макета агитационного материала на домашнем ноутбуке с использованием установленного программного обеспечения, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции относительно, того, что пользователь, владеющий на законном основании экземпляром программы для ЭВМ или экземпляром базы данных, вправе без согласия правообладателя и без выплаты дополнительного вознаграждения осуществлять действия, перечисленные в статье 1280 Гражданского кодекса Российской Федерации, в состав которых не входит изготовление агитационного материала, подлежащего использованию в период избирательной кампании. При рассмотрении дела судья городского суда пришел к обоснованному выводу о соблюдении срока обращения в суд, поскольку Решением Думы города Бийска *** от 17 июня 2022 года «О назначении выборов