не соответствующим среднерыночным, сложившимся в данном регионе. Решением Управлением Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю от 30.09.2014 № 07-20/015763 апелляционная жалоба общества на решение инспекции от 01.07.2014 оставлена без удовлетворения. Несогласие с принятым решением налогового органа послужило основанием для обращения общества в арбитражный суд с соответствующим требованием. Обосновывая свою позицию, заявитель оспаривал полномочия территориальных налоговых органов по контролю за обоснованностью цен, примененных в сделках между взаимозависимыми лицами, в рамках проводимых названными органами камеральных и выездных налоговых проверок , а также возражал против выводов инспекции относительно взаимозависимости общества и его контрагентов – покупателей товара. Кроме того, применяя положения раздела V.2 Налогового кодекса, инспекция, по мнению общества, допустила нарушение требований статей 105.5 и 105.6 настоящего Кодекса. Удовлетворяя требования налогоплательщика и признавая недействительным в полном объеме оспариваемое решение инспекции, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих о получении обществом необоснованной налоговой выгоды. Суд апелляционной инстанции, признавая
в представленных ранее декларациях по налогу на добавленную стоимость за 1-3 квартал 2017 года. Данное обстоятельство предоставляло налоговому органу право истребовать у общества пояснения относительно указанного противоречия, а также документы, подтверждающие обоснованность представленных пояснений. При этом, поскольку в силу статьи 247 Налогового кодекса объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, т.е. полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, а в силу пункта 2 статьи 87 Налогового кодекса целью камеральной и выездной налоговых проверок является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов, плательщиком страховых взносов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах, налоговый орган вправе был запросить у общества пояснения и документы как в отношении заявленных в представленной к проверке декларации доходов, так и заявленных в ней расходов. При таких обстоятельствах доводы заявителя не могут служить основанием для передачи заявления на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. При новом рассмотрении дела
платежи, характерные для ведения реальной хозяйственной деятельности, отсутствуют; дальнейшей реализации плодоовощной продукции, поставленной от общества, не производится. Принимая во внимание указанные обстоятельства, а также выявленные противоречия в первичных документах, представленных обществом, суды пришли к выводу об отсутствии реальной хозяйственной деятельности между обществом и спорными контрагентами. Довод, изложенный в кассационной жалобе относительного того, что инспекцией проведена выездная налоговая проверки налогоплательщика, охватывающая спорный период, результаты которой отличаются от камеральной, является несостоятельным. Из системного толкования положений статей 88 и 89 Налогового кодекса следует, что выезднаяналоговаяпроверка предусматривает более широкие полномочия налогового органа по контролю, выраженные в порядке проведения, условиях, а также объеме подлежащих проверке документов. Таким образом, по результатам выездной налоговой проверки, представляющей собой более высокий (углубленный) уровень налогового контроля, не исключается возможность пересмотра ранее сделанных по результатам камеральной проверки выводов налогового органа относительно обоснованности возмещения налога, что согласуется с правовой позицией, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от
отменил решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований налогоплательщика по рассматриваемому эпизоду и удовлетворил требования общества, признав, что порядок исчисления налога на добавленную стоимость в случае признания сделки недействительной и применения двусторонней реституции не был прямо предусмотрен законодательством. Учитывая наличие у общества подтвержденного налоговым органом права на возврат указанного налога, а также факт возврата инспекцией спорной суммы налога обществу по результатам камеральной налоговой проверки, суд апелляционной инстанции заключил, что доначисление и предложение уплатить эту же сумму налога по результатам выезднойналоговойпроверки привело к возложению на общество необоснованного и экономически неоправданного бремени. Отменяя постановление апелляционного суда в части удовлетворения требования общества, суд округа указал, что у налогового органа отсутствовала обязанность учитывать право налогоплательщика на вычет налога в сумме 205 712 329 рублей за 4 квартал 2013 года в рамках выездной налоговой проверки, поскольку данный налоговый период выходит за пределы проверки. При этом вычеты, заявленные в уточненной
мотивы, по которым отклонены следующие доводы заявителя. В соответствие со статьей 87 Налогового кодекса Российской Федерации выездная и камеральная налоговая проверка имеют своей целью осуществление контроля за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах. При вынесении оспариваемого решения не учтены данные камеральных налоговых проверок, проведенных за 9 месяцев 2005, за 9 месяцев 2004 года, а суды, по мнению истца, не рассмотрели доводы налогоплательщика о результатах ранее проведенных налоговым органом камеральных налоговых проверок. Камеральная и выездная налоговая проверка проводились одним и тем же налоговым органом, за одни и те же периоды, по одному и тому же налогу, в рамках одного и того же налогового режима. На момент представления налоговых деклараций налогоплательщик действовал на основании имевшихся у него документов. Камеральные налоговые проверки проводились с истребованием документов, подтверждающих произведенные расходы, документы были исследованы, суммы расходов подтверждены. По результатам выездной налоговой проверки не учтена проведенная Инспекцией и подтвержденная ею сумма расходов 3 640
ООО «Альвион Инвест», не соответствует действительным обстоятельствам дела, поскольку в решении по выездной налоговой проверке №14-04/2962 от 14.06.11 описана схема движения денежных средств, сделан вывод о том, что ООО «Фирма Атис-Б» и ООО «Альвион Инвест» являются организациями, подконтрольными ЗАО «Русстройбанк». Тот факт, что основополагающим для привлечения к ответственности в рамках выездной налоговой проверки явилось отсутствие платежного поручения на перечисление НДС, не означает, что данные камеральной налоговой проверки не должны приниматься во внимание. Камеральная и выездная налоговая проверка - это самостоятельные проверки в рамках налогового законодательства, и в данном случае, именно в рамках камеральной проверки собрана более обширная доказательственная база. Довод налогоплательщика о том, что фактически судом первой инстанции проведена новая проверка и выявлены новые правонарушения, которые не были установлены в рамках камеральной налоговой проверки, не соответствуют действительности. Новых правонарушений ни налоговым органом, ни судом первой инстанции в рамках рассмотрения дела по существу не установлено. Решениями от 07.02.2013 № 18-15/57147/20319,
имеющихся в деле доказательств и установленными в ходе судебного разбирательства обстоятельствами. Кроме того, согласно Определению Конституционного Суда РФ от 10.03.2016 № 571-О корректировка инспекцией размера налоговой обязанности налогоплательщика (или налоговая реконструкция) является механизмом определения действительного размера налоговой обязанности налогоплательщика, который в свою очередь предполагает, что эта обязанность должна определяться по правилам НК РФ об отдельных видах налогов. Указанная корректировка осуществляется в результате осуществления инспекциями предусмотренных НК РФ форм контроля, включая такие как камеральная и выездная налоговая проверка . При этом результатом проверки не может выступать доначисление налоговой недоимки сверх того, что требуется по закону, то есть такой, которая не должна была возникнуть у проверяемого лица при надлежащем соблюдении им требований законодательства о налогах и сборах. В частности, как верно отметил суд первой инстанции, при расчете по итогам выездной налоговой проверки недоимки по налогу на прибыль организаций инспекция обязана включить в состав расходов общества для целей исчисления этой недоимки сумму
провести камеральную проверку уточненной налоговой декларации после выездной проверки в отношении одного и того же налога и за один и тот же период (Определения ВАС РФ от 30.05.2012г., №ВАС-6316/12, от 23.04.2013г., №ВАС-4652/13, от 23.04.2013г., №ВАС-4758/13, Постановление Президиума ВАС РФ от 15.03.2012г., №14951/11, Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 13.08.2012г., по делу №А10-4086/2012, от 19.07.2012г., по делу №А19-19310/2011, Постановление ФАС Поволжского округа от 05.03.2013г., №А72-5136/2012). Таким образом суд соглашается с позицией налогового органа, что камеральная и выездная налоговая проверка являются самостоятельными и отдельными формами налогового контроля. Кроме того, поскольку выездная налоговая проверка и камеральная налоговая проверка представляют собой самостоятельные и независимые формы налогового контроля, не выявление налоговым органом в рамках проведения выездной налоговой проверки неправомерных действий налогоплательщика не исключает возможности установления и доказывания новых фактов в рамках проведения камеральной налоговой проверки, являющейся иной формой налогового контроля. К тому же спорная уточненная налоговая декларация за декабрь 2009 года не являлась предметом рассмотрения
взыскании налоговых платежей, надлежащим ответчиком по данным требованиям является физическое лицо, противоправными действиями которого причинен ущерб Российской Федерации. Не основан на законе и довод ответчика о том, что налоговым органом ежеквартально при подаче налоговых деклараций, производилась проверка правильности начисления и уплаты налога как на добавленную стоимость, так и на прибыль организации, и при проведении этих проверок каких-либо нарушений выявлено не было, в связи с чем результаты выездной налоговой проверки не обоснованны, поскольку камеральная и выездная налоговая проверка являются двумя самостоятельными формами налогового контроля, в связи с чем не выявленные налоговым органом в рамках проведения камеральных налоговых проверок неправомерные действия налогоплательщика не исключают возможности доказывания данных фактов в рамках выездной налоговой проверки. Суд критически относится к показаниям свидетеля Гудавадзе ФИО14 утверждавшей в судебном заседании, что договора с контрагентами заключались после проведения полной проверки их деятельности, и работы в действительности выполнялись силами этих организаций, в связи с чем нарушений налогового законодательства
При этом, суд считает, что довод ФИО1 о несоответствии действий МИФНС России №19 требованиям п.13 ст. 12 Федерального закона от 26.12.2008 N 294-ФЗ "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля", запрещающим проведение выездной налоговой проверки, так как по рассматриваемому периоду проводились документальная проверки, является необоснованным. В соответствии с абз.1 п. 1 ст. 82, п. 1 ст. 88, п. 1 ст. 89 НК РФ камеральная и выездная налоговая проверка являются самостоятельными и отдельными формами контроля, в связи с чем, действующее законодательство не содержит запрета на проведение выездной проверки по налогу и периоду, которые были предметом камеральной проверки. Указанные положения закона не предполагают дублирования контрольных мероприятий, проводимых в рамках выездных и камеральных налоговых проверок. Выездная проверка является углубленной формой налогового контроля, поскольку позволяет выявить налоговые нарушения, которые не были обнаружены при проведении камеральной налоговой проверки. Указанная правовая позиция отражена в Определении Конституционного
