Кредитный договор верховный суд - гражданское законодательство и судебные прецеденты

и 3 ст. 434 данного кодекса. В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Статьей 820 ГК РФ установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным. В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ). Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок

отчетного месяца по состоянию на 25 марта 2021 г. составила не менее 80 процентов численности работников заемщика, определенной при расчете максимальной суммы кредитного договора (соглашения) в соответствии с пунктом 24 Правил. В силу абзаца пятого пункта 24 Правил для заемщиков, обратившихся к получателю субсидии до 25 июня 2020 г. для определения максимальной суммы кредитного договора (соглашения), допустимо определение численности работников исходя из сведений о застрахованных лицах, поданных заемщиком в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по итогам апреля 2020 г. Общество с ограниченной ответственностью "Твой Фитнес имидж" (далее - ООО "Твой Фитнес имидж") обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующими абзацев первого и второго пункта 11, подпункта "б" пункта 12 Правил, ссылаясь на то, что оспариваемые положения нормативного правового акта противоречат статьям 3, 4 Трудового кодекса Российской Федерации, статьям 421, 702, 708 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1, пункту 4 части 3 статьи 6

заемщика по итогам мая 2020 г. составила менее 80 процентов численности работников заемщика, определенной при расчете максимальной суммы кредитного договора (соглашения) в соответствии с пунктом 24 Правил;". Абзацем шестым пункта 12 Изменений пункт 24 Правил изложен в следующей редакции: "Для заемщиков, обратившихся к получателю субсидии до 25 июня 2020 г. для определения максимальной суммы кредитного договора (соглашения), допустимо определение численности работников исходя из сведений о застрахованных лицах, поданных заемщиком в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по итогам апреля 2020 г.". Общество с ограниченной ответственностью "Р2 ЭКСПО" (далее - ООО "Р2 ЭКСПО") обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании частично недействующими абзаца третьего пункта 4, абзаца шестого пункта 5, абзаца шестого пункта 12 Изменений, ссылаясь на то, что оспариваемые положения нормативного правового акта не соответствуют пункту 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку меняют условия кредитного договора и нарушают права административного истца на государственную

367 ГК РФ (в новой редакции). Также ООО «Солорент» в своей жалобе указывает, что поскольку в Договоре об ипотеке срок его действия не установлен, а в Кредитном договоре срок полного возврата суммы кредита установлен до 29.09.2017, то Банк в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченных залогом обязательств по Кредитному договору должен предъявить иск к Залогодателю, однако Банк обратился в суд только 29.07.2019, когда действие Договора об ипотеке прекратилось. Приведенные заявителем доводы заслуживают внимания и требуют проверки в судебном заседании, в связи с чем кассационную жалобу с делом следует передать на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере

ипотеке был заключен 31.05.2017, то на него распространяются положения абзаца 2 пункта 6 статьи 367 ГК РФ (в новой редакции). Также Банк в своей жалобе указывает, что годичный срок на предъявление требования об обращении взыскания на заложенное имущество подлежит исчислению со дня наступления первоначального срока, под которым Банк понимает срок исполнения основного обязательства по Кредитным договорам 1 и 2, согласованным на момент заключения Договора об ипотеке. Приведенные заявителем доводы заслуживают внимания и требуют проверки в судебном заседании, в связи с чем кассационную жалобу с делом следует передать на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 73-КГ21-7-К8 № 2-88/2020 ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 20 июля 2021 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Киселева А.П., судей Марьина А.Н. и Кротова М.В. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Специализированное финансовое общество ИнвестКредит Финанс» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору по кассационной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Специализированное финансовое общество ИнвестКредит Финанс» на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия от 6 июля 2020 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 25 ноября 2020 г. Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Марьина А.Н., объяснения представителя общества с ограниченной ответственностью «Специализированное финансовое общество ИнвестКредит Финанс» Продан Ю.Н., действующей по доверенности от 8 июня 2021 г., поддержавшей доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного

А23-3271/2018 была подана кассационная жалоба в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации на Определение Арбитражного суда Калужской области от 27.02.2019 г., Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019 г. и Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 24.07.2019 г., которые установили требования АКБ «Финпромбанк» в качестве залоговых. В рамках данного обособленного спора суд устанавливал законность договоров залога и кредитных договоров. Считал, что имеется прямая взаимосвязь рассматриваемых споров и кроме рассмотрения законности кредитных договоров Верховным судом Российской Федерации, данный вопрос будет предметом рассмотрения в арбитражных делах по искам учредителя ООО «Веста». В судебном заседании представитель заявителя в судебном заседании представил письменные пояснения. Просил приобщить дополнительные документы. Возражал против удовлетворения ходатайства о привлечении ФИО6 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. В судебном заседании представитель ответчика представил справку о составе учредителей ООО "Веста". Дал пояснения. Оставил вопрос об удовлетворении ходатайства о привлечении ФИО6 в качестве третьего

силу статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается. Таким образом, по общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом. Вместе с тем, признавая необходимость повышенной защиты интересов граждан как потребителей соответствующих финансовых услуг при заключении ими кредитных договоров, Верховный Суд Российской Федерации в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указал на то, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам,

силу статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается. Таким образом, по общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом. Вместе с тем, признавая необходимость повышенной защиты интересов граждан как потребителей соответствующих финансовых услуг при заключении ими кредитных договоров, Верховный Суд Российской Федерации в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" указал на то, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с

силу статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается. Таким образом, по общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом. Вместе с тем, признавая необходимость повышенной защиты интересов граждан как потребителей соответствующих финансовых услуг при заключении ими кредитных договоров, Верховный Суд Российской Федерации в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 №17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" указал на то, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам,

основного долга в соответствии с положениями пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве. С учетом положений статей 167, 168, 395, 779, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 1, 5, 29 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 4 информационного письма Президиума от 13.09.2011 № 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре», Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.05.2015 № 309-ЭС15-5117, просроченная комиссия за обслуживание кредитной линии в течение всего периода действия договора в размере 0,5% годовых от остатка ссудной задолженности (фактической задолженности заемщика по кредиту (основному долгу)) в сумме 19 872 руб. 48 коп. является платой за стандартные действия банка, необходимые для исполнения им своих обязательств по договору. Начислена банком согласно условиям договора от 03.10.2012 № 123700/0199 об открытии кредитной линии (пункт 1.3.2). В

которое было согласовано сторонами при его заключении. Кредитным договором от 04 мая 2012 года не установлено данное условие, которое было бы согласовано сторонами при его заключении. Так из вышеуказанного кредитного договора, представленного в материалы дела истцом, видно, что кредитный договор ответчик не подписывал, а соответственно даже не была с ним ознакомлена, поэтому не давала своего согласия на переуступку права требования третьим лицам, и тем более не давала согласия банку передавать право требования по кредиту лицам, не имеющим лицензию на право осуществления банковской деятельности, так же никогда не приходила к соглашению об этом с банком. Признавая необходимость повышенной защиты интересов граждан как потребителей соответствующих финансовых услуг при заключении ими кредитных договоров, Верховный Суд Российской Федерации в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" указал, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих

силу статья 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается. Таким образом, по общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом. Вместе с тем, признавая необходимость повышенной зашиты интересов граждан как потребителей соответствующих финансовых услуг при заключении ими кредитных договоров, Верховный суд Российской Федерации в пункте 51 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указал на то, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требовании по кредитному договору с потребителем

РФ следует, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. По общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом. Вместе с тем, признавая необходимость повышенной защиты интересов граждан как потребителей соответствующих финансовых услуг при заключении ими кредитных договоров, Верховный Суд Российской Федерации в пункте 51 Постановления Пленума от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" указал, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии