не является бесспорным доказательством факта освобождения страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение, отклоняется судом кассационной инстанции. Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.10.2017 № 309-ЭС17-9038, при рассмотрении гражданского иска о взыскании страхового возмещения вопрос о том, имело ли место причинение убытков в результате совершения мошеннических действий, может быть разрешен арбитражным судом и при отсутствии вступившего в законную силу приговора суда по уголовному делу. Судом апелляционной инстанции верно отмечено, что в целях доказывания соответствующих обстоятельств сторонами в материалы дела было представлено постановление следователя о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту мошенничества в отношении общества «Балтийский лизинг», что соответствует Правилам страхования, с которыми согласился страхователь, вступая в договорные отношения со страховщиком. Подобное постановление выносится на основании ст. 146 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и содержит в себе вывод следователя о наличии преступления при принятии решения о
для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. Таким образом, не только приговор суда по уголовному делу имеет преюдициальное значение по обстоятельствам, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом, но и иные постановления, выносимые судом в рамках уголовного производства. Данная позиция подтверждается: Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2022 N 13АП-19001/2022 по делу N А56-90971/2019/тр.4/н/о. Кроме того, у суда в любом случае не имелось оснований для отказа в удовлетворении заявления ФИО2, поскольку помимо Постановления Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга по делу № 1-20/2020 от 05.11.2020 г., Постановления о признании ФИО2 потерпевшим, кредитор представил иные доказательства, подтверждающие совершение в отношении ФИО2 преступления – мошенничества , а именно: Обвинительное заключение в котором указано: «ФИО1 осознавая что ФИО2 не осведомлен об особенностях использования векселей в качестве средств платежа, пользуясь доверием последнего, в корыстных целях, действуя умышлено, с целью создать видимость
то есть решение о переквалификации преступления на пункт «б» часть 4 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации является незаконным. При этом суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении гражданского иска о взыскании страхового возмещения вопрос о том, имело ли место причинение убытков в результате совершения мошеннических действий, может быть разрешен арбитражным судом и при отсутствии вступившего в законную силу приговора суда по уголовному делу. Давая юридическую оценку действиям, приведшим к возникновению убытков на стороне страхователя, необходимо отметить, что в целях доказывания соответствующих обстоятельств сторонами в материалы дела было представлено постановление следователя о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту мошенничества , что соответствует Правилам страхования, с которыми согласился страхователь, вступая в договорные отношения со страховщиком. Подобное постановление выносится на основании статьи 146 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и содержит в себе вывод следователя о наличии преступления при принятии решения о
направлению «Содействие созданию новых рабочих мест» в соответствии с п.1.1 которого Фонд обязался предоставить заемщику кредит в сумме 750 000 рублей для приобретения специальной автомобильной техники (для вывоза мусора) и контейнеров согласно приложению №1 к договору, а заказчик – возвратить сумму кредита и проценты за пользование кредитом (пп.1.4, 2.3, 3.1). В обеспечение обязательств по договору №1 от 03.12.2004, сторонами заключен договор о залоге имущества №2 от 03.12.2004, предметом которого является имущество, подлежащее приобретению залогодателем - ООО «СпецВостокСервис» в будущем за счет денежных средств, предоставленных ему по договору №1, а также автомашины ММС-Галант и Нисан-Атлас, не принадлежащие залогодателю. Фонд перечислил заемщику денежные средства в сумме 750 000 рублей по платежному поручению №31 от 16.12.2004. Приговором Шкотовского районного суда Приморского края от 05.09.2006, вступившим в законную силу, директор ООО «СпецВостокСервис» ФИО2 признан виновным в совершениипреступления, предусмотренного статьей 159 частью 3 Уголовного кодекса РФ, а именно: мошенничество , то есть хищение чужого
преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то по смыслу положений пункта 1 примечания к статье 158 УК РФ и статьи 128 ГК РФ содеянное должно рассматриваться, как хищение чужого имущества. При этом такое преступление следует считать оконченным с момента изъятие денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причин ущерб. Таким образом, по мнению суда, местосовершенияпреступления – мошенничества , предметом которого являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, считается место расположение банка, либо его отделения, в котором открыт счет потерпевшего и с которого произошло изъятие денежных средств. Существенное нарушение УПКРФ, препятствующее рассмотрению дела судом, суд усмотрел в отсутствии в обвинительном заключении указания на место совершения Б.Т.В. инкриминируемых ей преступлений, а именно: на место расположения банков либо их отделений, в которых открыты счета потерпевших, и с которых производилось
Российской Федерации, если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то по смыслу положений пункта 1 примечаний к статьей 158 УК РФ и статьи 128 ГК РФ содеянное должно рассматриваться как хищение чужого имущества. При этом, такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб. Таким образом, местом совершения преступления – мошенничество , предметом которого являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, считается место расположения банка, либо его отделения, в котором открыт счет потерпевшего и с которого произошло изъятие денежных средств. В соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении, наряду с иными сведениями, должно быть указано место и время совершения преступления. В нарушение требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении
дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Защитник считает, что вывод суда о том, что организационные сложности судебного разбирательства не являются основанием для изменения территориальной подсудности, является необоснованным и может повлечь существенное нарушение права обвиняемых на защиту. По мнению автора жалобы, изменение подсудности по ходатайству стороны защиты будет соответствовать требованиям ст.32 УПК РФ о подсудности, которая по настоящему делу определена неправильно. В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, местом совершения преступления - мошенничества путем заключения кредитного договора - является место открытия банковского счета (место оформления документов на открытие расчетного счета), на который зачислены похищенные денежные средства. Указанный счет был открыт <данные изъяты> на территории <адрес>. В нарушение требований ст.220 УПК РФ, указание на это обстоятельство отсутствует в обвинительном заключении при описании преступного деяния, что не позволило правильно определить подсудность уголовного дела. Защитник считает постановление суда противоречащим ст.7 УПК РФ, так как при его вынесении суд сослался
