Статья 94. Защитник - лицо, осуществляющее в установленном УПК РФ порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу. В качестве защитников допускаются адвокаты. Защитник участвует в уголовном деле с момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица; с моментафактическогозадержаниялица , подозреваемого в совершении преступления, в случаях, предусмотренных ст. 91 и 92 УПК РФ, применения к нему в соответствии со ст. 100 УПК РФ меры пресечения в виде заключения под стражу; с момента начала осуществления иных мер процессуального принуждения или иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления, а также и в других случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 49 УПК РФ. Адвокат допускается к участию в уголовном деле в
000 руб.; - время прибытия ГБР в дневное время 3 – 12 мин., в ночное время 3 – 9 мин.; - вид оказываемых услуг: охрана имущества, экстренный выезд; эксплуатационное обслуживание; реагирование на сигнал «Пожар». Пунктом 5.2 договора установлено, что размер абонентской платы указан в разделе 13 договора. Абонентская плата начисляется с момента вступления в силу договора, если иной момент договором не установлен. Размер абонентской платы по договору не зависит от постановки объекта под охрану, фактического количества часов, в которые объект находился под охраной, а также от количества выездов на объект группы задержания . Абонентская плата уплачивается заказчиком до 10 числа каждого текущего месяца, путем наличного расчета или безналичного перечисления на расчетный счет исполнителя (пункт 5.5 договора). Согласно пункту 4.7.3 договора в случае нарушения порядка или сроков расчетов с исполнителем заказчик на основании письменной заявки исполнителя уплачивает последнему штрафную неустойку за каждый день просрочки исполнения обязательства. Пунктом 6.1. договора установлено, что
не имеется. Суд апелляционной инстанции учитывает, что задержание лица непосредственно после совершения преступления и до возбуждения уголовного дела УПК РФ не регламентировано, его порядок уголовно-процессуальным законом не установлен. Из материалов дела усматривается, что сотрудники полиции ограничили ФИО1 в свободе передвижения не на основании постановления о его задержании и до возбуждения уголовного дела. Таким образом, факт такого задержания сам по себе не указывает на предусмотренный статьей 92 и частью 3 статьи 128 УПК РФ момент фактического задержания лица , с которого начинается исчисление срока задержания. Нарушений судом норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и мотивированного решения, судом апелляционной инстанции не установлено. Постановление об отказе в удовлетворении ходатайства мотивировано, основано на исследованных материалах дела и соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ. При таких обстоятельствах постановление является законным и обоснованным, оснований для удовлетворения
Заводского районного суда г. Саратова от 07 июля 2011 года видно, что за совершенные преступления ФИО1 был фактически задержан 18 марта 2011 года, именно с этого периода ФИО1 находился под стражей. Факт доставления ФИО1 24 февраля 2011 года в отдел милиции № 2 в составе УМВД по г. Саратову для проведения проверки на причастность к совершению преступления, сам по себе не указывает на предусмотренный ст. 92 и ч. 3 ст. 128 УПК РФ момент фактического задержания лица , с которого начинается исчисление срока задержания. На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии при таких обстоятельствах каких-либо правовых оснований для принятия решения о зачете в срок отбывания наказания период времени нахождения под стражей с 24 февраля 2011 года по 25 февраля 2011 года, поскольку ФИО1 с 24 февраля 2011 года по 25 февраля 2011 года в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживался. Доводы апелляционной жалобы осужденного
возбуждения уголовного дела УПК РФ не регламентировано, его порядок уголовно-процессуальным законом не установлен. Согласно материалам дела непосредственно после задержания с наркотическим средством ФИО1 не имел процессуальный статус подозреваемого. Из материалов дела усматривается, что сотрудники УФСКН ограничили ФИО1 в свободе передвижения не на основании постановления о его задержании и до возбуждения уголовного дела. Таким образом, факт такого задержания сам по себе не указывает на предусмотренный статьей 92 и частью 3 статьи 128 УПК РФ момент фактического задержания лица , с которого начинается исчисление срока задержания. Таким образом, оснований для включения ДД.ММ.ГГГГ в срок лишения свободы не имеется. Нарушений судом норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и мотивированного решения, судом апелляционной инстанции не установлено. Постановление об отказе в удовлетворении ходатайства мотивировано, основано на исследованных материалах дела и соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК
соглашается с выводом суда об отказе в удовлетворении ходатайства о зачете ФИО1 срока содержания под стражей с 16 февраля 2011 года по 17 февраля 2011 года, так как данных о задержании последней 16 февраля 2011 года в порядке ст.91, 92 УПК РФ нет. Факт участия ФИО1 в следственных действиях, о которых указывает осужденная в своей апелляционной жалобе, сам по себе не указывает на предусмотренный статьей 92 и частью 3 статьи 128 УПК РФ момент фактического задержания лица , с которого начинается исчисление срока задержания. Из свидетельских показаний, приведенных в приговоре суда от 6 июня 2011 г., также не следует, что задержание ФИО1 по подозрению в совершении преступления, произведено 16 февраля 2011 года (л.м.11-19). Таким образом, каких-либо оснований для включения указанного осужденной периода в срок лишения свободы не имеется. Доводы жалобы ФИО1 о нарушении положений уголовно-процессуального законодательства при составлении протокола задержания не могут являться предметом рассмотрения в рамках данного материала. Нарушений
повинной. Пункт 11 статьи 5 УПК Российской Федерации определяет задержание подозреваемого как меру процессуального принуждения, применяемую органом дознания, дознавателем, следователем на срок не более 48 часов с момента фактического задержания лица по подозрению в совершении преступления. В соответствии с пунктом 15 той же статьи момент фактического задержания - это момент производимого в порядке, установленном этим Кодексом, фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления. Данные нормы определяют общие понятия задержания подозреваемого и момент фактического задержания лица . Исходя из этого, суд правильно определил, что ФИО1 был фактически задержан ДД.ММ.ГГГГ и до ДД.ММ.ГГГГ, когда был составлен протокол задержания в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ, ФИО1 был лишен возможности свободного передвижения, то есть находился под стражей. Поэтому суд обоснованно зачел в срок отбывания наказания ФИО1 два дня содержания под стражей – 2 и ДД.ММ.ГГГГ. Доводы апелляционной жалобы о том, что суд в постановлении должен был указать, с какого времени исчисляется срок
