ограниченной ответственностью «БИА», а также участник общества «Энергопром-Инжиниринг»), спорная сделка является сделкой с заинтересованностью, заключенной в отсутствие необходимого одобрения уполномоченного органа. Получение инвестором встречного предоставления в договоре не предусмотрено, что свидетельствует об убыточности этого договора для истца. При таких установленных по делу фактических обстоятельствах суды, отклонив с учетом условий договора доводы ответчика о необходимости его квалификации как договора простого товарищества, обоснованно удовлетворили иск, указывая на соблюдение истцом срока исковой давности, исчисленного с момента прекращения полномочий генерального директора , заключившего сделку. Доводы кассационной жалобы о несогласии с выводами судов аналогичны доводам, заявлявшимся в судах нижестоящих инстанций, которым дана надлежащая правовая оценка, выводы судов не опровергают. Таким образом, поскольку существенных нарушений судами норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, доводы жалобы не подтверждают, оснований для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не имеется. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.6,
давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Наличие и реализация участником общества своих прав в пределах установленного давностного срока сопряжены не только с моментом, когда он узнал о совершенном нарушении, но и предполагает наличие реальной возможности заявить свои требования (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2019 № 310-ЭС19-9515). В настоящем случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, только после восстановления компанией корпоративного контроля в обществе на основании решений арбитражных судов по делам № А40-72863/2015, № А18-1557/2018, прекращенияполномочийгенеральногодиректора ФИО12 и назначения генеральным директором ФИО11, у компании появилась возможность реализовать свое право на судебную защиту, а суды не учли эти обстоятельства и поэтому неправомерно признали пропущенным срок исковой давности. Применение судами исковой давности в настоящем случае без учета конкретных обстоятельств дела, лишило общество
«НИИЭ» ФИО6 Специалисту предоставлены: выписка по расчетному счету общества «Ресурс-Холдинг» (предоставлены ПАО «Сбербанк России» по запросу суда), бухгалтерская отчетность общества Ресурс Холдинг за 2016 год (архив), оборотно-сальдовые ведомости за 2016 и 2017 год (архив). Перед специалистом поставлены следующие вопросы: указать, была ли сделка займа с обществом «Торгмаш» значимой и убыточной для общества «Ресурс-Холдинг»; указать показатель обеспеченности общества «Ресурс-Холдинг» активами на момент получения обществом суммы займа от общества «Торгмаш» - 20.09.2016, и на момент прекращения полномочий генерального директора ФИО3 - 17.03.2017; указать, могло ли общество «Ресурс-Холдинг» на момент прекращения полномочий генерального директора ФИО3 (17.03.2017) либо в дальнейшем, при тех же показателях деятельности, рассчитаться по сделке. В ответ на первый вопрос специалистом указано, что сделка по получению заемных средств для общества «Ресурс-Холдинг» была существенной, но не была убыточной. В ответ на второй вопрос специалистом сделан вывод о том, что в 2016 году предприятие располагало достаточными активами и в том числе на
Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Такие доказательства исследованные материалы дела не содержат. Документы, на которые ссылается заявитель, подтверждают лишь сам факт отсутствия оборудования, однако бесспорно не свидетельствуют о том, что его отсутствие произошло по вине именно ответчика и допущено в период деятельности последнего. Как правильно отметил арбитражный суд, недостача материальных ценностей в обществе была выявлена не на момент прекращения полномочий генерального директора ФИО4, а позднее, что в совокупности с вышеизложенными обстоятельствами опровергает утверждения истца о наличии вины бывшего директора в причинении убытков. Довод заявителя жалобы о неправомерном отклонении судом первой инстанции ходатайства о вызове свидетелей признается несостоятельным, поскольку в соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявленные исковые требования должны быть подтверждены определенными доказательствами. Суд наделен полномочиями принимать решение о вызове и допросе свидетелей, исходя из конкретных обстоятельств дела и при наличии
документов хозяйственной деятельности общества, которые в наличии у общества имелись. Факт наличия документов в обществе при назначении ответчика на должность генерального директора также подтвержден свидетельскими показаниями ФИО5 в судебном заседании 26.09.2017, которая пояснила, что при смене генерального директора в июле 2016 года документы находились в бухгалтерии и никуда не передавались, за исключением документов, изъятых уполномоченным органом. На основании изложенного, апелляционная инстанция приходит к выводу, что документы, необходимые для осуществления обществом деятельности, на момент прекращения полномочий генерального директора В.Е. Хамбо, а также на момент прекращения полномочий генерального директора ФИО2 и назначении на должность В.Е. Хамбо фактически находились и продолжают находиться в обществе. Более того, общество, фактически обращаясь с заявленными требованиями, просит обязать ответчика представить документы за период с 2012 по 2016 год, которые подписывались непосредственно В.Е. Хамбо. Судом также установлено, что те документы, которыми ответчик располагал, а именно кадровые и организационно-правовые и уставные документы организации были переданы обществу по акту
материалов сами по себе не свидетельствуют о правомерности заявленных исковых требований. Как правильно обращено внимание судом первой инстанции данная часть иска обусловлена в значительной степень собственной неосведомленностью истца относительно обстоятельств оприходования, списания в производство и (или) реализацию соответствующих материалов и оборудования либо выбытия их иным образом, на что указывает содержание второго абзаца уточненного искового заявления от 27.12.2017, в котором указано, что истцу затруднительно установить наличие или отсутствие на предприятии указанного имущества на момент прекращения полномочий генерального директора ООО «Энерготранс» ФИО2, ввиду чего он полагает возможным заявить требование о солидарном взыскании 1 107 606 руб. 63 коп. с нее и ФИО5 При этом, в ходе судебного разбирательства, в том числе в суде апелляционной инстанции, истцом не заявлялось ходатайство о назначении по судебно-бухгалтерской экспертизы для установления обстоятельств отражения в внутреннем учете данных материалов в целях определения какие-именно из них не списаны надлежащим образом и отсутствуют в наличии. Доводы истца о солидарном
возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), разъяснено, что истец, обращающийся за возмещением убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Оценив в совокупности, представленные в материалы дела доказательства, приводимые доводы и возражения сторон в порядке статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание, что материалами дела о банкротстве должника не подтверждается, что на момент прекращения полномочий генерального директора ФИО2, (исполнял обязанности с 11.10.2013 года по 02.03.2020 года), и на момент возникновения и последующего прекращения полномочий генерального директора у ФИО3 (период с 03.03.2020 года по 21.04.2021), задолженность ООО «УК «Каскад» имела статус «безнадежной» по причине пропуска срока исковой давности, при этом комитетом кредиторов ООО «УК «Инская» 15.11.2021 в качестве способа преобразования выявленного имущества в денежную массу для целей расчета с кредиторами определена продажа имущества, в том числе прав требования, последующими решениями
без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения. Указывает, что 30.05.2012г. ФИО1 направил заявление об увольнении по собственному желанию участникам Общества - ЗАО «<данные изъяты>» и ООО ЛДП «<данные изъяты>». Протоколом № от 29.06.2012г. внеочередного общего собрания участников ООО ЛДП «<данные изъяты>» с генеральным директором Л.. досрочно расторгнут трудовой договор № 65-ТД от 19.10.2010г. Считает, что при прекращении трудового договора с директором его полномочия прекращаются независимо от внесения соответствующих сведений в ЕГРЮЛ. На момент прекращения полномочий генерального директора ООО ЛДП <данные изъяты>» признаков банкротства, предусмотренных Законом № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», не имело. Основания для подачи заявления в Арбитражный суд отсутствовали, поскольку у Общества имелось движимое и недвижимое имущество, реализация которых позволяла погасить текущую задолженность. Определением Арбитражного суда <данные изъяты> от 24.05.2012г. № о прекращении производства по заявлению установлено, что на 24.05.2012г. недоимка по налогам у ООО ЛДП «<данные изъяты>» перед ИФНС <данные изъяты> отсутствует. Данное обстоятельство также подтверждают справка
соизмеримы с его стоимостью. Вопреки доводам жалобы адвоката, следователем были проведены все мероприятия по установлению собственника вещественного доказательства судна «Заполярье» МК-0301, которые следует признать исчерпывающими, при этом судом были получены сведения от участников Общества С. и М согласно которым С уведомленный о времени и месте рассмотрения ходатайства следователя и его содержании, мнения своего не выразил, полагаясь на принятие решения в соответствии с действующим законодательством, а М сообщил, что к деятельности Общества с момента прекращения полномочий генерального директора не имеет. Что касается еще одного участника Общества Ч., последний надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения ходатайства, в судебное заседание не явился, мнения своего не выразил. При таком положении следует признать, что никто из участников ликвидированного Общества до рассмотрения ходатайства следователя не заявил требований о признании права собственности на вышеуказанное судно, его владелец не установлен, что позволяет констатировать, что спора о праве на вещественное доказательство, которое длительное время фактически находится
