преступлений, притом что особо крупным размером похищенного применительно к наступлению уголовной ответственности по статье 159 УК Российской Федерации признается существенно меньший, нежели по его статье 159.4. В данном Постановлении Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в рамках уголовно-правового регулирования ответственности за преступления против собственности предпринимательская деятельность является объектом государственной защиты постольку, поскольку она осуществляется лицами, которые имеют соответствующий статус и выполняют обусловленные этим статусом предусмотренные законом и (или) не противоречащие ему экономические функции, направленные на получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. При этом Конституционный Суд Российской Федерации указал, что стоимость похищенного путем мошеннических действий имущества не может принципиально по-разному учитываться и оцениваться в качестве критерия определения и разграничения размера ущерба как квалифицирующего признака преступного посягательства на собственность, тем более что речь, по существу, идет о едином роде преступлений (мошенничестве), посягательстве на тот или иной вид собственности (частная, государственная, муниципальная), причинении имущественного ущерба одинаковым (подобным)
иметь в виду, что согласно статье 120 Кодекса учреждением признается некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера. Деятельность по сдаче недвижимого имущества в субаренду, на наш взгляд, по сути, представляет собой коммерческую деятельность Учреждения, направленную исключительно на достижение прибыли. Исходя из того, что согласно статье 50 Кодекса некоммерческие организации являются организациями, не имеющими извлечение прибыли в качестве цели своей деятельности, полагаем, что Учреждение не вправе осуществлять деятельность, направленную на получение прибыли . Учитывая изложенное, на наш взгляд, деятельность Учреждения, направленная на получение доходов от сдачи в субаренду арендуемых им помещений, не соответствует целям создания Учреждения. В связи с рассматриваемым вопросом следует иметь в виду, что аренда помещения Учреждением осуществляется с целью создания условий, необходимых для осуществления Учреждением возложенных на него задач. Согласно имеющейся информации, на оплату аренды помещений Учреждению ежегодно выделяются средства федерального бюджета в соответствии с бюджетной сметой. Учитывая данное обстоятельство, вызывает сомнение
тяжких преступлений, притом что особо крупным размером похищенного применительно к наступлению уголовной ответственности по статье 159 УК Российской Федерации признается существенно меньший, нежели по его статье 159.4. При этом Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в рамках уголовно-правового регулирования ответственности за преступления против собственности предпринимательская деятельность является объектом государственной защиты постольку, поскольку она осуществляется лицами, которые имеют соответствующий статус и выполняют обусловленные этим статусом предусмотренные законом и (или) не противоречащие ему экономические функции, направленные на получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, а мошенничество в сфере предпринимательской деятельности необходимо рассматривать как такое виновное использование для хищения чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием договора, обязательства по которому заведомо не будут исполнены (причем не вследствие обстоятельств, связанных с риском их неисполнения в ходе предпринимательской деятельности как таковой), что свидетельствует о наличии у субъекта преступления прямого умысла на совершение мошенничества. В то же время в названном Постановлении
Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующим пункта 8 Положения в части, делегирующей органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации полномочие устанавливать ставки на техническую инвентаризацию объектов капитального строительства, в связи с его противоречием части 8 статьи 47 Федерального закона от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности" (далее - Закон о кадастровой деятельности). В обоснование заявленного требования административный истец указал, что Общество является коммерческой организацией, основная цель деятельности которой направлена на получениеприбыли путем осуществления технической инвентаризации и паспортизации недвижимого имущества независимо от форм собственности. Оспоренная норма нарушает его права и законные интересы на получение прибыли в условиях свободной конкуренции. Правительство Российской Федерации поручило представлять свои интересы в Верховном Суде Российской Федерации Министерству строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации. В суде первой инстанции представитель Правительства Российской Федерации административный иск не признал, указав в письменных возражениях, что оспариваемый нормативный правовой акт издан в пределах предоставленных ему полномочий,
гражданке ФИО1 было исчислено и выплачено в соответствии с Федеральным законом от 29.12.2006 г. № 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством". Произведенный обществом расчет пособия Фондом не оспаривался, средний заработок был верно установлен судами, претензий по поводу правильности начисления заработной платы и ее средней величины у Фонда также не было. Заработная плата работнику общества была установлена самим обществом. Действия общества в указанный Фондом период были направлены на получение прибыли . Судами было установлено, что общество по итогам 2012 г. имело прибыль. Вопрос об эффективности действий работника решается работодателем. В связи с этим оценка Фондом экономической деятельности общества, его действий, признание общества убыточным в связи с его хозяйственными операциями, находится не только вне полномочий Фонда, но и является неверной по своей сути. Доводы судов о том, что контроль за соблюдением трудового законодательства не является основной функцией Фонда, являются верными. Согласно статье 287 Трудового
общество не включило в базу для исчисления налога на прибыль и НДС доходы, полученные от реализации услуг по аренде здания мебельного цеха, суды признали правомерным оспариваемое решение инспекции в части доначисления обществу спорных сумм налога на прибыль и НДС по хозяйственным операциям (аренда объектов недвижимости) с ООО «ПФ Тяжпромэлектропривод-2». Также суды признали неправомерным включение обществом в состав расходов при исчислении налога на прибыль затрат общества на приобретение электроэнергии, которая не использовалась в деятельности, направленной на получение прибыли . Установив все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения дела, на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, которые были оценены в их совокупности и взаимосвязи, суды признали правомерным оспариваемое решение инспекции по спорным эпизодам и отказали обществу в удовлетворении заявления в указанной части. Обжалуя судебные акты в Верховный Суд Российской Федерации, общество приводит доводы, которые являлись предметом рассмотрения судов и получили надлежащую правовую оценку применительно к установленным фактическим обстоятельствам дела.
Кодекса объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Пунктом 1 статьи 252 Кодекса установлено, что налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса). Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Суды, оценив имеющиеся доказательства, установили организацию формального документооборота по документам, отсутствие реальности осуществления хозяйственных операций и их связи с деятельностью, направленной на получение прибыли заявителем и самого факта осуществления хозяйственных операций. Доводы заявителя не могут быть приняты во внимание, так как не опровергают выводы судов и направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств. Изложенные в жалобе доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.1, 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определила: отказать обществу с ограниченной ответственностью "ИСТ-ФАРМ" в
целях обеспечения своих интересов за счет интересов представляемого. Исследовав доводы и возражения сторон, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалах дела доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что совершение ФИО5, как заинтересованным лицом, от имени ОАО «Иловляагропромпереработка» оспариваемых сделок не отвечало интересам самого общества, поскольку не было направлено на получение прибыли либо иной выгоды, и повлекло для него дополнительные обременения в виде увеличения кредиторской задолженности. Выводы судов о наличии негативных последствий для общества в результате совершения оспариваемых сделок, их убыточности, сделаны исходя из обстоятельств поступления в адрес ОАО «Иловляагропромпереработка» денежных средств по оспариваемым сделкам, целей их привлечения (для покрытия расходов, связанных с производством неучтенной продукции), установленных судами на основании оценки совокупности представленных в деле доказательств (в том числе, заключений эксперта от 16.09.2009 № 7235
АО «Альфа - Банк» в размере 1 199 585 666,99 руб. установленной в судебном порядке, полагая, что действиями по продаже земельного участка за 5 000 руб., с учетом его начальной стоимости – 21 166 000 руб. причинен вред имущественным правам кредиторов; при этом отсутствовали какие-либо препятствия для реализации указанного участка за его реальною стоимость, равно как и препятствия для включения стоимости участка в стоимость квадратного метра жилья, что, в конечном счете, было бы направлено на получение прибыли . Считает, что срок исковой давности кредитором не пропущен, поскольку именно решение комитета кредиторов и его неисполнение конкурсным управляющим служат моментом отсчета течения давности о признании сделки недействительной, с заявлением о которой обратилось АО «Альфа - Банк». Определением от 10.11.2021 указанная кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 09 час. 50 мин. 07.12.2021. Принимая во внимание, что уплата государственной пошлины происходит за счет средств
полагает, что соблюдение формы ходатайства об изъятии земельного участка, процедуры его подачи и рассмотрения не является достаточным основанием для его удовлетворения. Департамент, по мнению подателя жалобы, при вынесении оспариваемого приказа не учел всю совокупность требований, предусмотренных статьями 49, 56.2, 56.3 ЗК РФ и не опроверг доводы ООО «Агроинвест-12» о том, что АО «СУЭК-Кузбасс» может обладать спорным земельным участком только на праве аренды, что изъятие земельного участка лишь опосредованно служит интересам общества и фактически направлено на получение прибыли недропользователем и его акционерами. В дополнительных пояснениях заявитель указал, что судами не применена статья 3 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», в соответствии с которой АО «СУЭК-Кузбасс» может обладать спорным земельным участком только на праве аренды, так как 99,9% его уставного капитала принадлежит иностранному юридическому лицу. В отзывах на кассационную жалобу АО «СУЭК-Кузбасс» и Сибнедра просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. В
составе внереализационных доходов и превышали проценты по полученному у банка кредиту. С 01.01.2012 проценты по выданным займам, изначально сформировавшим задолженность общества «ЗЖБИ» перед заявителем, обществом не начислялись. При этом задолженность заявителя по кредитному договору с банком, за счет которого были выданы указанные займы, погашена не была. На основании изложенного инспекция пришла к выводу о том, что в 2012 году использование обществом кредита в сумме 705 369 291 рублей, полученного от банка, не было направлено на получение прибыли , в связи с чем сумма начисленных процентов за 2012 год исключена из внереализационных расходов по причине несоответствия расходов статье 252 Кодекса. Фактически налоговый орган обуславливает правомерность начисления процентов по кредитному договору необходимостью получения дохода от использования заемных средств и эффективностью их использования. Удовлетворяя заявление общества, суды пришли к выводу о том, что условия включения во внереализационные расходы процентов по долговым обязательствам, предусмотренные статьями 252, 265 Кодекса, заявителем соблюдены. Как указали суды, налоговым
суда о необоснованном исключении Инспекцией из состава расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль, спорной суммы задолженности и незаконности доначисления налога на прибыль (пени, штрафа) по данному эпизоду. Одним из оснований доначисления налога на прибыль и НДС (пени, штрафа) явился вывод Инспекции о неправомерном включении в состав расходов затрат по сделке с ООО «Вилар-Люкс» и незаконном уменьшении общей суммы НДС на суммы налога, предъявленные ООО «Вилар-Люкс», в связи с тем, что заключение Обществом сделок не было направлено на получение прибыли и на погашение кредиторской задолженности. Как следует из материалов дела, 06.12.2004 Обществом был заключен договор на оказание услуг № 0612/04 с ООО «Вилар-Люкс», предметом которого являлся поиск потенциальных покупателей на принадлежащее Обществу право требования к должникам: к МУП «Городские электрические сети» в размере 69 000 000 руб. за отпущенную электроэнергию на основании договора энергоснабжения № 136 от 25.05.1999; и к МУП «Тепловые сети» в размере 101 000 000 руб. за отпущенную тепловую энергию
в размере 1000000 руб., так и в сумме фактически произведенных им и документально подтвержденных расходов, связанных с приобретением этого имущества, учитывая, что указанный налогоплательщик не имеет право на получение имущественного налогового вычета, предусмотренного п.п.1 п.1 ст. 220 НК РФ. Пояснил, что участие проверяемого лица при допросе свидетелей не предусмотрено ст. 90 НК РФ. По данным инспекции административные истцы осуществляли за 2016 г. систематически реализацию объектов собственности. Размежевание земельного участка с целью продажи было направлено на получение прибыли . В соответствии с нормами налогового законодательства, физическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, для целей исполнения обязанностей, установленных НКК РФ, фактически приравнивается к индивидуальному предпринимателю. Поскольку сделки заключались систематически и носили однородный характер, объекты недвижимости находились в собственности непродолжительное время после их размежевания, данный случай нельзя отнести к отдельным случаем продаж. Деятельность административных истцов по реализации объектов недвижимости носило систематических характер, в связи с чем, и был доначислен
выводы судьи не опровергает. Отсутствие данных о Х. в ПФР и СРС не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений с ООО «1...», поскольку по смыслу ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают с момента заключения трудового договора или фактического допуска работника к работе. Таким образом, привлекая Г. к трудовой деятельности на производстве, принадлежащем ООО «1...», Х. действовал в интересах общества как его должностное лицо. Сведений о том, что производство, осуществляемое 20 января 2015 года, было направлено на получение прибыли самим Х. в обход интересов ООО «1...» материалы дела не содержат. Кроме того, Г. в своих объяснений указал, что был осведомлен о работе на большую фирму, начальник которой находился в г.Москва. Довод защитника о проведении проверки производства с нарушением требований закона был предметом рассмотрения суда первой инстанции, и обоснованно отвергнут как несостоятельный. Поскольку проверка от 20 января 2015 года проводилась в отношении иностранных граждан, пребывающих по адресу: Ивановская обл. <…>, а не юридического
выводы судьи не опровергает. Отсутствие данных о Х. в ПФР и ФСС не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений с ООО «***», поскольку по смыслу ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают с момента заключения трудового договора или фактического допуска работника к работе. Таким образом, привлекая Ш. к трудовой деятельности на производстве, принадлежащем ООО «***», Х. действовал в интересах общества как его должностное лицо. Сведений о том, что производство, осуществляемое 20 января 2015 года, было направлено на получение прибыли самим Х. в обход интересов ООО «***», материалы дела не содержат. Кроме того, Ш. в своих объяснений указал, что был осведомлен о работе на большую фирму, начальник которой находился в г.Москва. Привлечение на основании постановления УФМС России по Ивановской области от 15.12.2014 г. Х. как физического лица к административной ответственности по ч.1 ст.18.15 КоАП РФ за привлечение к осуществлению трудовой деятельности на этом же производстве в качестве разнорабочего гражданина Таджикистана Ш., не исключает
