официального опубликования (статья 3). 3.2. Таким образом, ни положения пункта 3 статьи 20 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" (в редакции Федерального закона от 25 июня 2002 года N 71-ФЗ), ни положения статей 332 и 336 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 30 июня 2006 года N 90-ФЗ), устраняющие возрастные ограничения при замещении должностей деканов факультетов федеральных государственных высших учебных заведений, до настоящего времени не действуют, что не согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 27 декабря 1999 года N 19-П. В силу этого оспариваемые в жалобе гражданина А.П. Щеренко положения части четвертой статьи 332 и пункта 3 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающие, что в федеральных государственных высших учебных заведениях должности деканов факультетов замещаются лицами не старше шестидесяти пяти лет и что достижение этого возраста является основанием освобождения от указанной должности и прекращения с ними трудового договора,
сертификата с предоставлением обязательства о сдаче или о безвозмездном отчуждении принадлежащего ей на праве собственности жилого помещения в муниципальную собственность и распространяется на ту категорию лиц, к которой относится заявитель. В подтверждение заявленного требования указала, что подпункт "ж" пункта 44 Правил в оспариваемой части противоречит Закону Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", не содержащему такого требования, и не согласуется с правовой позицией , изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 1 декабря 1997 г. N 18-П. Полагает, что обеспечение жильем граждан, пострадавших от радиационных аварий, является обязанностью государства по возмещению экологического вреда, исполнение которой не может быть поставлено в зависимость от сдачи жилого помещения, принадлежащего гражданину на праве собственности. Решением Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2013 г. в удовлетворении заявления отказано. В апелляционной жалобе С. просит об отмене решения суда, ссылаясь
приобретения жилого помещения ставится в зависимость от наличия обязательства о безвозмездном отчуждении жилого помещения без установленных обременений, имеющегося в собственности у гражданина - участника подпрограммы и (или) члена его семьи. Заявитель полагает, что данная норма противоречит Закону Российской Федерации от 15 мая 1991 г. N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", не содержащему требования о безвозмездном отчуждении жилого помещения в государственную или муниципальную собственность, и не согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в его постановлении от 1 декабря 1997 г. N 18-П. Министерство регионального развития Российской Федерации (далее - Минрегион России), уполномоченное представлять интересы Правительства Российской Федерации - заинтересованного лица по делу, в письменных возражениях на заявление указало, что оспариваемые в части Правила действующему федеральному законодательству не противоречат, прав заявителя не нарушают. Обсудив доводы заявителя Р. и его представителя - адвоката Сабуровой М.Б., представителя Минрегиона России С., исследовав представленные
более слабую сторону в этом правоотношении, излишние обременения, связанные, в частности, с предоставлением полномочий суду принимать произвольные решения по вопросам реализации таких прав. Напротив, он обязан создавать надлежащие процедурные условия для своевременного определения размера причиненного вреда и его возмещения. Иное не только искажает природу правосудия, но и вступает в противоречие с обязанностью государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина (статьи 2 и 18 Конституции Российской Федерации), а также не согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной применительно к институту реабилитации в Постановлении от 2 марта 2010 года N 5-П. Во всяком случае объем прав для лиц, заинтересованных в защите данного права, должен быть сопоставим с тем, что предусмотрен для субъектов судопроизводства с аналогичным процессуальным статусом, в том числе по делам, возникающим из публичных правоотношений. Выступая в роли процессуальных гарантий, данный комплекс прав должен исключить, в частности, разрешение судом материально-правового спора в интересах другой
Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статьям 46 (пункт 3 части 4), 47 (пункт 9 части 4), 53 (пункт 1 части 1) Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, пункту 3 принципа 18 Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме, принятого 9 декабря 1988 г. на 43-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, а также не согласуются с правовыми позициями , выраженными в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25 октября 2001 г. N 14-П, от 26 декабря 2003 г. N 20-П, нарушают права обвиняемых (осужденных) и подозреваемых на своевременное получение квалифицированной юридической помощи в следственном изоляторе без ограничения количества и продолжительности свиданий с адвокатом (защитником). Р. извещен о времени и месте разбирательства дела, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Представители Министерства юстиции Российской Федерации Е. и М. в судебном заседании возражали
«О статусе судей в Российской Федерации» документы. Заключением от 18 октября 2006 года Квалификационной коллегия судей Республики <...> ФИО1 на должность судьи суда Республики <...> не рекомендован как не набравший необходимого количества голосов по результатам голосования. ФИО1 обратился в Верховный Суд Республики <...> с заявлением о признании указанного выше заключения незаконным. Указал, что заключение Квалификационной коллегии судей Республики <...> не соответствует положениям Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» и не согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в определении от 21 декабря 2000 года № 272-0 , поскольку в нем не содержится мотивов, по которым коллегия не сочла возможным рекомендовать его для назначения на должность судьи <...>суда Республики <...> каких-либо обстоятельств, препятствующих его назначению на должность судьи указанного выше суда, квалификационной коллегией судей не установлено, в представленных документах и в самом заключении содержатся сведения, которые не позволяли коллегии дать отрицательное заключение; сослался на вступившее
общего имущества многоквартирного дома по адресу: Республика Саха (Якутия), Мирнинский район, п. Чернышевский, ул. Космонавтов, 20 за период с 01.11.2012 по 01.11.2015, установил: решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17.02.2016, оставленного без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2016 и постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 2.08.2016, исковые требования удовлетворены. В кассационной жалобе заявитель просит обжалуемые судебные акты отменить. По мнению заявителя, судебные акты по делу противоречат действующему законодательству и не согласуются с правовой позицией ВАС РФ. По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и
оснований по результатам изучения судебных актов, принятых по делу о банкротстве, и доводов кассационной жалобы не установлено. Разрешая спор, суды сочли, что при реализации в процедуре банкротства имущества должника на открытых торгах преимущественного права у остальных участников долевой собственности не имеется, однако данные лица не лишены возможности участия в торгах на общих основаниях. Выводы судов об отсутствии у сособственника права преимущественной покупки при реализации имущества на торгах в рамках дела о несостоятельности не согласуются с правовой позицией , изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 № 306-ЭС19-22343. Вместе с тем, полагая, что при продаже доли нарушено преимущественное право покупки, общество не лишено возможности потребовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя (пункт 3 статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поскольку не утрачена возможность восстановления и защиты прав общества в ином порядке, изложенные в кассационной жалобе возражения не могут служить
взыскано 387 558 рублей 83 копейки судебных издержек, в удовлетворении остальной части заявления отказано. Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил определение суда первой инстанции в части взыскания судебных расходов сумме 295 603 рублей 83 копеек отменить, полагая ее необоснованно предъявленной. В частности, апеллянт полагает неправомерным предъявление к взысканию суммы гонорара успеха за положительный для оппонента исход дела, поскольку это не согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации. Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.02.2022 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 15.03.2022. Судебное разбирательство откладывалось до 30.03.2022. В судебном заседании стороны поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее. Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства. Как следует из материалов дела, предметом спора являлось требование истца об
торгов в случае нарушения порядка их проведения влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. Поэтому неприменение указанных заявителем обеспечительных мер не указывает на невозможность исполнения судебного акта в случае удовлетворения заявленных истцом требований, тогда как запрет на совершение действий, направленных на исполнение договора №247/ЛуТЭК-19 от 06.11.2019 с участником торгов, объявленным победителем по их итогам - ООО «Энергетический альянс - Сибири», нарушит интересы последнего в случае отказа истцу в заявленных требованиях, что не согласуется с правовой позицией , изложенной в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 №55, согласно которой при оценке доводов заявителя в соответствии с частью 2 статьи 90 АПК РФ арбитражным судам следует, в частности, иметь в виду: обеспечение баланса интересов заинтересованных сторон; предотвращение нарушения при принятии обеспечительных мер публичных интересов, интересов третьих лиц. При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для отмены либо изменения судебного акта не имеется. Процессуальных
привлечения ФИО1 к административной ответственности по части 1 статьи 8.37 КоАП РФ, признано осуществление ФИО1 охоты с нарушением установленных правилами охоты сроков охоты, то есть действия, которые не указаны в диспозиции части 1 статьи 8.37 КоАП РФ. При таких обстоятельствах действия ФИО1 подлежали квалификации по части 1.2 статьи 8.37 КоАП РФ. Вместе с тем, переквалификация совершенного ФИО1 деяния с части 1 статьи 8.37 КоАП РФ на часть 1.2 статьи 8.37 КоАП РФ не согласуется с правовой позицией , изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которой, если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, то судья вправе переквалифицировать действия (бездействие) лица, привлекаемого к административной ответственности, на другую статью (часть статьи) Кодекса Российской Федерации об
отходами производства и потребления, веществами, разрушающими озоновый слой, или иными опасными веществами. Из материалов дела следует, что 11 февраля 2019 года в 6 часов 45 минут по адресу: <адрес> ФИО1 выбросила из окна своей квартиры на придомовую территорию пластиковый пакет с мусором. При рассмотрении дела мировой судья пришел к выводу, что действия ФИО1 подлежат переквалификации со статьи 8.2 на статью 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Вместе с тем, подобная переквалификация не согласуется с правовой позицией , изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которой, если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, то судья вправе переквалифицировать действия (бездействие) лица, привлекаемого к административной ответственности, на другую статью (часть статьи) Кодекса Российской Федерации
пребывания (проживания) в Российской Федерации, выразившееся в отсутствии документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, или в случае утраты таких документов в неподаче заявления об их утрате в соответствующий орган либо в уклонении от выезда из Российской Федерации по истечении определенного срока пребывания, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния.В то же время переквалификация с ч. 1 ст. 18.8 КоАП РФ на ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ не согласуется с правовой позицией , изложенной в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005г. № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которой если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, то судья вправе переквалифицировать действия (бездействие) лица, привлекаемого к административной ответственности, на другую статью (часть статьи) КоАП РФ, предусматривающую состав правонарушения, имеющий единый родовой
(проживания) в Российской Федерации, выразившееся в отсутствии документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, или в случае утраты таких документов в неподаче заявления об их утрате в соответствующий орган либо в уклонении от выезда из Российской Федерации по истечении определенного срока пребывания, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния. В то же время переквалификация с ч. 1 ст. 18.8 КоАП РФ на ч. 1.1 ст. 18.8 КоАП РФ не согласуется с правовой позицией , изложенной в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 г. №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которой если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, то судья вправе переквалифицировать действия (бездействие) лица, привлекаемого к административной ответственности, на другую статью (часть статьи) КоАП РФ, предусматривающую состав правонарушения, имеющий единый
