использования средств самой кредитной организации при формировании собственного капитала рассматривался в рамках показателя "источники собственных средств (капитала), для формирования которых инвесторами использованы ненадлежащие активы". В течение 5-летнего переходного периода с 1 января 2014 года до 1 января 2018 года Положением Банка России от 28.12.2012 N 395-П "О методике определения величины собственных средств (капитала) кредитных организаций ("Базель III")" предусматривался постепенный переход от применения показателя "источники, для формирования которых инвесторами использованы ненадлежащиеактивы" к применению показателя "вложения в источники собственных средств (капитала )". Прекращение использования показателя и термина "ненадлежащие активы" начиная с 1 января 2018 года при сохранении требования о покрытии рисков, возникающих в связи с использованием средств самой кредитной организации при формировании собственного капитала, означает, что покрытие указанных рисков с 1 января 2018 года осуществляется в полном объеме в рамках применения показателя "вложения в источники собственных средств (капитала)". Настоящее письмо подлежит размещению на официальном сайте Банка России в информационно-телекоммуникационной сети
и апелляционной инстанций. Суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами норм права, а также соответствие их выводов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. При проверке законности и обоснованности судебных актов нижестоящих инстанций, суд округа установил, что суды ненадлежащим образом исследовали вопрос о размере действительной стоимости доли ФИО1, которая вышла из состава участников общества; выводы судов о стоимости чистых активов общества основаны на ненадлежащих доказательствах; при оценке финансовых активов (доли ответчика в уставном капитале дочернего общества) судами не указаны применимые нормативно- правовые акты, регулирующие порядок ведения бухгалтерского учета. Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал на необходимость установить и оценить все обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного рассмотрения спора, дать оценку доводам сторон. Суд кассационной инстанции действовал в пределах предоставленных ему полномочий; нарушений норм процессуального права не выявлено. Оснований
организацией тех или иных активов в качестве источников формирования собственных средств (капитала) кредитной организации (статья 72 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» (далее – Закон о банке России), пункт 2.5 Положения № 395-П). При выявлении в ходе подобной оценки фактов экономически необоснованного исчисления собственных средств (их части), то есть их формирования с использованием ненадлежащихактивов, Банк России на основании статей 72, 74 Закона о Банке России направляет предписание, содержащее требование к кредитной организации отражать в отчетности, начиная с ближайшей отчетной даты после получения кредитной организацией предписания, размер собственных средств (капитала ) с учетом корректировки, определенной Банком России. Таким образом, в рассматриваемом случае прикрываемая сделка не была определена судами, а статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации применена ими неправильно. Кроме того, податели жалоб находят, что общества «Нижнекамскнефтехим» и «Казаньоргсинтез» не являлись лицами, связанными с Татфондбанком, поэтому у них отсутствовал разумный интерес в увеличении значения норматива Н1.1, характеризующего
арбитражный суд с настоящим иском. Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из ненадлежащего уведомления истца о проведении собрания 25.12.2017. Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, пришел к обратному выводу. Суд округа, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов об их применении установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, отменил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, направив дело на новое рассмотрение, констатировав, что содержащиеся в обжалуемых актах выводы, сделаны без установления и соответствующей правовой оценки обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения спора. Кассационная инстанция указала, что судами первой и апелляционной инстанции не исследовался вопрос добросовестности действий участника Общества при реализации спорного имущества по цене почти в три раза ниже рыночной, при том, что хозяйствующим субъектом продан единственный актив, что снизило действительную стоимости доли истца в уставном капитале , исключив возможность осуществления юридическим лицом хозяйственной деятельности. Исходя из тождественности сторон,
совершенными противоправными действиями в период подозрительности; в ненадлежащем исполнении обязанности, установленной пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, в части неоспаривания договора дарения от 25.11.2013 жилого помещения, расположенного по адресу: <...>-«…», заключенного между ФИО5 и ФИО7 на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ, непринятия мер к оценке доли участия должника в уставном капитале общества «Красная площадь», разработке положения о порядке продаже данного актива и обращении в месячный срок в суд с заявлением об утверждении порядка продажи, содержащей также требование об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника с утверждением в качества финансового управляющего ФИО5 ФИО8, члена саморегулируемой организации «Национальная организация арбитражных управляющих». Частично удовлетворяя жалобы кредитора и признавая неправомерными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО1, выразившиеся в нарушении месячного срока для обращения в суд с требованием об утверждении Положения о порядке продажи имущества должника (доли участия ФИО5 в уставном капитале общества «Красная площадь») и в неподготовке заново
совершенными противоправными действиями в период подозрительности; в ненадлежащем исполнении обязанности, установленной пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, в части неоспаривания договора дарения от 25.11.2013 жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, заключенного между ФИО6 и ФИО7 на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ, непринятия мер к оценке доли участия должника в уставном капитале ООО «Красная площадь», разработке положения о порядке продаже данного актива и обращении в месячный срок в суд с заявлением об утверждении порядка продажи. содержащей также требование об отстранении ФИО4 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника с утверждением в качества финансового управляющего ФИО6 ФИО8, члена саморегулируемой организации «Национальная организация арбитражных управляющих». Частично удовлетворяя жалобы кредитора и признавая неправомерными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО4, выразившиеся в нарушении месячного срока для обращения в суд с требованием об утверждении Положения о порядке продажи имущества должника (доли участия ФИО6 в уставном капитале ООО «Красная площадь») и в неподготовке заново
законных интересов должника, кредиторов и уполномоченного органа приведенным бездействием конкурсного управляющего ФИО2 в материалах дела, отсутствуют, не установили оснований для признания действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО2 не соответствующими требованиям закона, отказав в удовлетворении жалобы в данной части. В части доводов о ненадлежащем исполнении обязанностей по продаже имущества должника, непроведении мероприятий по продаже 70 % доли в уставном капитале общества «Внешэкономпрод» в сумме 140 000 000 руб., дебиторской задолженности общества «Бест Ботлинг», а также товарных знаков, суды установили следующее. По результатам проведения инвентаризации имущества должника выявлены нематериальные активы в виде исключительных прав на товарные знаки (инв. опись от 27.12.2016 № 1), финансовые вложения в виде 70% доли в уставном капитале общества «Внешэкономпрод» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 140 000 000 руб. (инв. опись от 27.12.2016). Результаты инвентаризации дебиторской задолженности общества «Бест Ботлинг» отражены в инвентаризационной описи от 13.01.2020 № 1: №№ Наименование дебитора Размер задолженности 11 общество с ограниченной ответственностью «Бест Екатеринбург»
(через третьих лиц) источником которого явилось имущество, предоставленное самой кредитной организацией, и (или) имущество, предоставленное другими лицами, в случае, если кредитная организация прямо или косвенно (через третьих лиц) приняла на себя риски (опасность) понесения потерь, возникшие в связи с предоставлением указанного имущества. Согласно п. 12 Положения кредитные организации обязаны оценить качество собственных средств (капитала), в том числе исключить из расчета собственных средств (капитала) источники (их часть), сформированные инвесторами с использованием ненадлежащихактивов и отразить в отчетности величину собственных средств (капитала ) в соответствии с требованиями настоящего Положения. По утверждению заявителя, при оплате акций рядом инвесторов использовались заемные средства, что объясняется временной нехваткой ликвидных активов на момент эмиссии; активы, которые имели признаки ненадлежащих, за время, прошедшее с момента эмиссии, были полностью заменены (выкуплены компаниями, косвенно связанными с акционерами банка). Однако, при проведении повторной проверки по допуску банка в систему страхования вкладов, о чем составлен акт № АТ-52-23/32дсп от 29.04.2005 г., указанные
нарушение обязательств установлены статьей 401 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности (пункт 1). Ответственность без вины наступает лишь у лиц, не исполнивших или ненадлежащим образом исполнивших обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности (пункт 3). Из приведенных правовых норм следует, что для обращения взыскания на предмет залога необходимым условием является ответственность должника за допущенное существенное нарушение основного обязательства. Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 2 июня 2017 года между АО «АктивКапитал Банк» и ООО «Аркопласт» заключен Договор № КЛВ30-17-000-0003 об открытии кредитной линии юридическому лицу, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредитные средства в размере 70 000 000 рублей со сроком погашения не позднее 31.05.2018, под процентную ставку 19,5% годовых, при невыполнении установленных договором условий - 22,5%, цель кредита: расчеты
26 мая 2022 года. Заслушав доклад председательствующего, судебная коллегия установила: ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора доверительного управления, ссылаясь на следующие обстоятельства. 22.03.2019 ФИО1 (инвестор) и ФИО2 (трейдер) заключили договор доверительного управления, по условиям которого ФИО2 принял на себя обязательство управлять торговым счетом ФИО1 и совершать за счет истца сделки по купле-продаже активов на российских финансовых рынках. Во исполнение договора ФИО1 заключил с АО «Открытие Брокер» депозитарный договор и договор на брокерское обслуживание, открыл инвестиционный счет, на который 22.03.2019 внес денежные средства в сумме 5 000 000 руб. ФИО1 выдал ФИО2 доверенность, уполномочивающую последнего представлять истца перед АО «Открытие Брокер» с правом распоряжения средствами на счете для осуществления торговых операций. Условиями договора доверительного управления (пункт 3.1) предусмотрено, что максимальный размер рискового капитала за который трейдер не несет материальной ответственности составляет 1 000 000 руб. или 20% от начального депозита с учетом заработанной
