Невозможность исполнения верховный суд - гражданское законодательство и судебные прецеденты

вывозу сырья из мест хранения. По мнению судов, в нарушение положений статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) заявитель не приостановил исполнение работ в связи с невозможностью исполнения их в установленный срок, а продолжил использовать собственное сырье и привлекать для исполнения контракта третьих лиц. Между тем судами не учтено следующее. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса). Принцип добросовестности относится к основным началам гражданского законодательства, а положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права, подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с его основными началами, закрепленными в статье 1 названного Кодекса (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из

которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков. Ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне (часть 3 статьи 328 ГК РФ). В силу пункта 1 статьи 416 ГК РФ обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана наступившим после возникновения обязательства обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает. Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – постановление Пленума № 6), в соответствии с пунктом 1 статьи 416 ГК РФ обязанность стороны прекращается в силу объективной невозможности исполнения, наступившей после возникновения обязательства и имеющей неустранимый (постоянный) характер, если эта сторона не несет риск наступления таких обстоятельств. По общему

заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016)). Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной

изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305- ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. То есть, суду надлежит установить повлекли ли действия, с которыми заявитель связывает требование о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, наступление объективного банкротства должника, невозможности полного исполнения обязательств перед кредиторами. При этом, исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ, наличие у участников

когда взыскателю стало известно об утрате исполнительного листа судебным приставом-исполнителем или другим осуществляющим исполнение лицом. Таким образом, согласно приведенным нормам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Закона об исполнительном производстве, поскольку в случае возвращения исполнительного листа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения начинает течь новый трехгодичный срок предъявления исполнительного листа к исполнению, взыскатель может обратиться в суд в течение этого срока за выдачей дубликата исполнительного листа независимо от того, когда ему стало известно об утрате судебным приставом-исполнителем исполнительного листа. Иное толкование закона способствовало бы ограничению конституционного права заявителя на судебную защиту, неотъемлемой частью которого является право на исполнение судебного акта. Аналогичная позиция изложена в пункте 28 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2022, в котором отмечено, что в случае возвращения исполнительного листа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения начинает течь новый трехгодичный срок предъявления исполнительного листа к исполнению, в

отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц. Кроме того, судом первой инстанции правильно отмечено, что ФИО1 являясь руководителем ЗАО «Семьюновское» предпринял все имеющееся меры для погашения существующей задолженности перед кредитором ПАО Банк ВТБ 24, тем сам направил имеющееся личные средства, для исполнения обязанностей ЗАО «Семьюновское» перед третьими лицами, в целях функционирования хозяйственной деятельности общества и исполнения обязательств общества, в том числе и перед ФИО7 Руководствуясь разъяснениями пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,

исполнительного производства в связи с невозможностью исполнения (т. 2, л.д. 29). Доводы кассационной жалобы о том, что отсутствуют доказательства невозможности исполнения апелляционного определения, судебная коллегия не может принять во внимание, поскольку невозможность исполнения судебного постановления подтверждается вышеуказанным постановлением судебного пристава-исполнителя, актом о невозможности исполнения (т.2, л.д. 28), а также объяснениями самого ФИО1 от 27.05.2019г., данными Старшему судебному приставу Лениногорского РОСП, в соответствии с которыми спорного имущества у него нет и не было. Доводы кассационной жалобы о том, что истцом не был предоставлен отчет о рыночной стоимости имущества, а судом не была назначена соответствующая экспертиза, судебная коллегия считает необоснованными. Так апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 18.03.2019г., которым на ФИО1 возложена обязанность передать ФИО2 предметы мебели и бытовую технику, определена стоимость каждого объекта, а также определена общая сумма имущества в размере 618 294 руб. Указанное апелляционное определение вступило в законную силу. С учетом изложенного оснований

судебным актом (п. п. 31, 52 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 N 53). После завершения конкурсного производства или прекращения банкротства в связи с отсутствием средств на возмещение расходов по банкротству: по всем основаниям - кредиторы и работники должника, чьи требования были признаны обоснованными и включены в реестр (п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 N 53); по основаниям невозможности удовлетворения всех требований - кредиторы по текущим обязательствам при наличии судебного акта, подтверждающего требования, или иного документа, подлежащего принудительному исполнению в силу закона (п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 N 53). После возвращения заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом или прекращения производства по делу о банкротстве из-за отсутствия средств на возмещение расходов по банкротству - уполномоченный орган по всем основаниям (ответ на вопрос 1 Разъяснений по вопросам, возникающим в судебной практике, приведенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2019)). Срок подачи заявления -

судебным актом (п. п. 31, 52 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 N 53). После завершения конкурсного производства или прекращения банкротства в связи с отсутствием средств на возмещение расходов по банкротству: -по всем основаниям - кредиторы и работники должника, чьи требования были признаны обоснованными и включены в реестр (п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 N 53); -по основаниям невозможности удовлетворения всех требований - кредиторы по текущим обязательствам при наличии судебного акта, подтверждающего требования, или иного документа, подлежащего принудительному исполнению в силу закона (п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 N 53). После возвращения заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом или прекращения производства по делу о банкротстве из-за отсутствия средств на возмещение расходов по банкротству - уполномоченный орган по всем основаниям (ответ на вопрос 1 Разъяснений по вопросам, возникающим в судебной практике, приведенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2019)). Срок подачи заявления -

чем не имел возможности регулярно использовать данный автомобиль, что составило более 30 дней в течение второго года двухгодичного гарантийного срока (22.01.2021г.-21.01.2022г.). Указанные обстоятельства стороны не оспаривали. Вместе с тем, ответчик в письменных возражениях и апелляционной жалобе, а также третье лицо в апелляционной жалобе настаивали на том, что невозможность использования технически сложного товара более 30 дней вследствие неоднократного устранения его недостатков должна иметь место в течение каждого из двух лет гарантийного срока, и недостатки должны быть существенными для того, чтобы потребитель был вправе ставить вопрос об отказе от исполнения договора. Данный довод ответчика является ошибочным, так как согласно п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» в отношении технически сложного товара в качестве недостатка товара по п.1 ст.18 Закона о защите прав потребителей следует понимать, в частности, различные недостатки товара, на устранение которых в