156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд рассматривает дело в отсутствие указанных лиц. Предприниматель поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в заявлении и дополнительных пояснениях к нему. Представитель УФССП России по Республике Хакасия требования не признал. Просил учесть, что судебный пристав по ОУПДС ФИО3 не уполномочен рассматривать вопрос обоснованности вынесения постановления о принудительном приводе в связи с чем оснований признание его действий незаконными по исполнению указанного постановления не имеется. В ходе исполнения оспариваемого постановления судебный пристав ФИО3 действовал в соответствии с требованиями действующего законодательства, применениеспецсредств , наручников было обусловлено тем, что предприниматель не выполняла требования судебного пристава, отказывалась добровольно проехать в службу судебных приставов. Заслушав участников процесса, исследовав доказательства, представленные в материалы дела, арбитражный суд установил следующее. ФИО1 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 03 октября 2003 года. Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 02 апреля 2014 года по делу №А74-1512/2013 с предпринимателя в пользу общества с ограниченной ответственностью
ареста транспортного средства, осуществления изъятия транспортного средства Управление не привело. Изъяв и поместив транспортное средство на хранение в отсутствие на то веских причин, административный орган необоснованно ограничил законные права предпринимателя по использованию спорного транспортного средства. При таких обстоятельствах, суд полагает обоснованным требование заявителя о признании незаконными действий Управления по аресту транспортного средства предпринимателя без марки 222702 В826НХ102. Предприниматель заявил требование о признании незаконными действий Управления по проведению нескольких документарных проверок, по проведению плановых рейдов с привлечением силовых структур (вооруженный ОМОН и ФСБ), по применению физической силы и спецсредств в отношении водителей. Суд полагает, что данные требования подлежат отклонению, поскольку Управление действовало на основании рейдового задания от 02.09.2016 № 544-л, в котором указано на проведение мероприятий по контролю за порядком и правилами осуществления перевозок пассажиров и грузов юридическими лицами и предпринимателями на основании плана работы Управления на сентябрь 2016 года. В указанном задании определено проведение контрольных мероприятий Управлением совместно с УГИБДД
не запрещает проводить указанные процессуальные действия в один день, при надлежащем извещении лица, привлекаемого к административной ответственности и отсутствии иных препятствий для этого. Помимо этого, данное обстоятельство не воспрепятствовало всестороннему, полному и объективному рассмотрению дела, не нарушило прав заявителя на защиту, не повлекло принятие незаконного постановления. Доводом заявителя о том, что результаты фотосъемки не могут являться надлежащими доказательствами, суд непринимает. Действующим законодательством процедура фотосъемки нормативно не регламентирована. При этом в протоколе об административном правонарушении зафиксированы все выявленные нарушения. Ходатайств или дополнительных материалов после получения данного протокола от заявителя не представлено. Ссылка подателя жалобы на то, что административным органом осмотр места события правонарушения произведен без примененияспецсредств , без участия представителя общества, также подлежит отклонению ввиду следующего. Согласно статье 27.8 КоАП РФ осмотр принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю используемых для осуществления предпринимательской деятельности помещении, территорий и находящихся там вещей и документов производится должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях
факт вручения постановления о возбуждении исполнительного производства до 17.10.2014, не доказан факт уклонения предпринимателя от явки, и как следствие не доказана правомерность вынесения постановления о принудительном приводе. Поскольку постановление о принудительно приводе является незаконным, соответственно, действия, совершенные на основании данного постановления не могут являться законными. Кроме того, как указал суд первой инстанции,в ходе судебного разбирательства судебный пристав-исполнитель ФИО3 не предоставил арбитражному суду доказательств, свидетельствующих о том, что ему было поручено в установленном порядке исполнение постановления о принудительном приводе. Не указано на такие документы и в апелляционной жалобе. В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции судебным приставом ФИО5 не было представлено неопровержимых доказательств, свидетельствующих о наличии законных оснований для осуществления привода, применения физической силы и спецсредств , таких доказательств не было представлено и в апелляционный суд. Государственное принуждение осуществляется в строгом соответствии с принципом недопустимости его избыточного применения и обеспечения соблюдение баланса основных прав индивида и общего интереса, состоящего
принимаются. Указанный протокол составлен уполномоченным лицом и подписан ФИО1 без замечаний. Оснований полагать, что исправление внесено после уже после его составления и ознакомления не имеется. Доводы жалобы о том, что она не хотела скрываться с места задержания, а только пыталась завести в дом дочь, не состоятельны, опровергаются материалами дела. Согласно и пояснениям сотрудников ГИБДД, на требование предъявить документы, ФИО1 отказалась предъявить документы и пыталась скрыться с места задержания домой. Ссылка в жалобе на незаконное применение спецсредств не нашли своего подтверждения. При остановке автомобиля, ФИО1 вела себя агрессивно и пыталась скрыться. Сотрудники ГИБДД предупредили ее о применении спецсредств при неповиновении и агрессивном поведении, однако ФИО1 продолжила свои противоправные действия, вследствие чего сотрудниками были применены спецсредства – наручники. Таким образом, действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч.1 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.Административное наказание назначенов соответствии с требованиями статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с учетом общих
ответ заместителя прокурора ФИО9 считает незаконным и подлежащим устранению допущенные нарушения закона при его задержании. Постановлением Шкотовского районного суда Приморского края от 06 апреля 2016 года отказано в принятии жалобы к рассмотрению. В апелляционной жалобе ФИО8 не согласен с решением суда и указывает, что суд ошибочно ссылается на п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 10 февраля 2009 года, неправильно определил предмет его жалобы, поскольку он фактически обжалует незаконность его задержания, незаконное применение спецсредств , но не действия сотрудников полиции в рамках КоАП РФ при его задержании. Он полагает, что по его обращению прокурор был обязан провести проверку в рамках ст. 144, 145 УПК РФ, но заместитель прокурора ФИО9 необоснованно не усмотрел мер прокурорского реагирования на незаконные действия сотрудников полиции. «Судья самым изощренным способом скрыла должностные преступления полицейских, старательно их не заметила. Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. При несогласии
жалобы ФИО1 в порядке ст. 125 УПК РФ на действия (бездействие) и.о. Суздальского межрайонного прокурора. Изложив содержание судебного решения и существо апелляционной жалобы, выслушав мнение прокурора Потаповой Е. А., суд у с т а н о в и л: ФИО1 в порядке ст.125 УПК РФ обратился в Суздальский районный суд Владимирской области с жалобой на действия (бездействие) и.о. руководителя Суздальского межрайонного прокурора Г.., который, по мнению заявителя, ненадлежащим образом рассмотрел его жалобу на незаконное применение спецсредств при доставлении ФИО1 к следователю по уголовному делу №****. Судьей при решении вопроса о назначении судебного заседания было принято вышеуказанное решение. В апелляционной жалобе ФИО1, не соглашаясь с постановлением судьи, указывает на нарушение этим решением требований Европейской Конвенции о защите прав и основных свобод человека, норм Конституции РФ и уголовно-процессуального закона. Полагает, что непринятием мер по его обращению причинен ущерб его конституционным правам и затруднен его доступ к правосудию. Считает, что суд должен
системы видеоконференцсвязи, административное дело №а-273/20 по административному исковому заявлению ФИО3 к ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> и ФИО1: - о признании незаконными действия сотрудников ФКУ ИК-6 УФСИН ФИО1 по <адрес> по воспрепятствованию ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в согласовании своей позиции в судебном заседании в режиме видеоконференцсвязи по гражданскому делу № по его иску к Минфин ФИО1, ФИО1 РФ и ФКУ СИЗО - 66/1 ГУФСИН РФ по <адрес> о компенсации физического и морального вреда за незаконное применение спецсредств , с его представителем ФИО6; - о признании незаконными действия (бездействия) решение ФКУ ИК-6 УФСИН ФИО1 по <адрес> по передаче настоящего заявления в суд оператору почтовой связи для его доставки по принадлежности позднее одного рабочего дня; - об обязании ФКУ ИК-6 УФСИН РФ по <адрес> не препятствовать ему в конфиденциальных контактах в ходе судебных заседаний в режиме видеоконференцсвязи с его представителями, защитниками и адвокатами в рамках рассмотрения судом его жалоб и заявлений; -
